Его сокровище - Эмилия Росси

за него до тех пор, пока наша еда не была готова. Маттео заказал четыре хот-дога — три со всем, и один с кетчупом. Я протянула руку, чтобы взять две газировки, и поставила их на колени, пока мой муж балансировал с нашим обедом в руках. Я подала сигнал Нудлу, чтобы он начал идти, и мы направились в парк.

Мгновенно шум с улицы стал стихать, когда мы вошли в коридор деревьев и зелени. Маттео подстроил свои шаги под мой медленный темп, позволяя мне наслаждаться всеми статуями и цветами.

— Здесь как в другом мире, — вздохнула я.

Мы с Милой всегда мечтали о местах, куда хотели бы поехать. Последние годы мы смотрели повторения сериала «Друзья», так что Нью-Йорк был на вершине нашего списка. Я сглотнула ком в горле от того, что ее не было рядом.

Он повел меня к пустой скамейке.

— Где хочешь сесть?

Я осмотрела скамейку. Она не выглядела особенно удобной. Я решила направить свою коляску к краю скамейки, чтобы мы все еще могли быть рядом. Маттео сел рядом и передал мне мой хот-дог.

Я довольно зажмурилась от первого укуса.

— О нем ты мечтала? — Сухо спросил Маттео.

Я энергично кивнула.

— Лучший хот-дог, который я когда-либо ела.

— Попробуй мой, — скомандовал он.

Я сморщила нос, рассматривая начинку на его хот-доге. Не знаю, что на меня нашло, но я наклонилась и откусила прямо из его руки, не отрывая взгляда от его глаз. Его глаза потемнели и засияли жаром, а мои щеки запылали. Я хотела подразнить его, но воздух между нами стал наэлектризован. Боже, может мой муж тоже хочет меня?

— Как тебе? — Спросил он хриплым голосом.

Я откинулась назад, задумчиво пережевывая.

— Отвратительно. — Я сделала длинный глоток Кока-Колы, и Маттео хмыкнул от смеха. Я присоединилась к нему, и это могло быть лучшим моментом в моей жизни.

Мы ели молча, и я притворялась, что не замечаю, как мой муж подкармливает Нудла маленькими кусочками еды.

Мы закончили обедать, и Маттео выбросил мусор.

— Хочешь исследовать дальше?

На мгновение я представила, как снимаю с него одежду и исследую каждый дюйм его тела, позволяя ему делать то же самое со мной. Я прочистила горло.

— Да, пожалуйста.

Я подала сигнал Нудлу встать с места рядом с моей коляской, и он мило потянулся, прежде чем подошел ко мне. Я была с ним всего несколько дней, и не могла представить свою жизнь без него. Без обоих моих парней.

Руки Маттео зависли над ручками моей коляски, но он не взялся за них, не начал толкать меня, и мое сердце согрелось. Он слушал меня, хотя я знала, что он хотел взять контроль в свои руки.

— Ты думаешь… — Начала я, но тут же замолчала, вдруг занервничав.

Его рука обхватила мою щеку, большой палец поглаживал мою челюсть.

— Что такое, tesoro?

— Можем ли мы попробовать держаться за руки во время прогулки? — Я не успела опробовать мотор на улице, но мне нужно было управлять коляской только одной рукой, другая была свободна.

Хватка Маттео на моем лице слегка усилилась, какие-то эмоции мелькнули в его глазах так быстро, что я почти не успела заметить. Он наклонился и нежно поцеловал меня в лоб. Затем выпрямился, взял меня за руку, и мы отправились гулять по парку.

34

МАТТЕО

Я провел всю ночь, пытаясь принять решение.

Дважды я хотел открыть ее дверь, но потом отступал. Несмотря на то, что мы провели весь день вместе, этого оказалось недостаточно. Мне хотелось быть рядом с ней в постели, чтобы ее обнаженное тело было прижато к моему. Я хотел ощутить ее сладость на своих губах, чувствовать ее кожу на своей. Я хотел проникнуть в нее, почувствовать, как ее киска сжимает мой член, пока она стонет от удовольствия.

Прошло слишком много времени с тех пор, как я кого-то трахал. Это, должно быть, причина моего текущего состояния. Но даже когда эта мысль проносилась в моей голове, я знал, что это не так. Правда постепенно давала о себе знать.

Мне нравилась София. Она была веселой и интересной. Ее быстрая реакция, дерзкие замечания вполголоса и ослепительная улыбка что-то сделали со мной. Я перестал себя контролировать, и мне это не нравилось.

Поэтому, когда Ромео позвонил мне до рассвета, я уже не спал. И теперь я смотрел на горящий грузовик, подожжённый албанцами. Каждый взмах пламени подпитывал мою ярость.

— Как, черт возьми, они узнали о нем? — Спросил я у Ромео.

— Бьянки пропал, — ответил он. — Единственные, кто знал об этом, были из внутреннего круга: водитель, Бруно и Бьянки. Водитель и Бруно мертвы.

— Как они вообще до него добрались? — Прошипел я.

В голове не укладывалось, что Бьянки был информатором албанцев. Он был молодым парнем, преданным Семье. Когда его отец умер от сердечного приступа несколько лет назад, я позаботился о его матери и сестре. Как я мог не заметить, что он предатель?

— Не знаю, — сказал Ромео, в его голосе слышалась усталость. — Но теперь у Арбена есть оружие на полмиллиона.

Первый луч солнца прорезал горизонт, заливая мир красным светом.

— Они знают, что Бьянки не сможет продолжать быть информатором после этого, значит, они либо допустили ошибку, разоблачив его, либо у нас крысиное нашествие, — сказал я.

Ромео кивнул.

— Хочешь устроить ложные следы?

— Со следующим наркотическим рейсом. И… — Моя челюсть напряглась, не желая произносить эти слова. — Я попрошу Рустика предоставить нам людей. Таким образом, у нас будет больше глаз на ложных маршрутах.

Албанцы оказались хитрее, чем я предполагал, и я больше не допущу ошибки. Но мысль о том, чтобы просить помощи у Пахана, особенно после того, как я узнал, как он относился к Софие, была для меня пеплом во рту.

Союз делал то, что я от него ожидал — не давал нам воевать на два фронта. Теперь, когда у нас был мир с русскими, мы могли сосредоточить все силы на албанцах.

Но я все еще испытывал искушение сказать Рустику, чтобы он шел на хуй. Он не заслуживает дышать после того, как обошелся со своей дочерью.

— Должна же быть хоть какая-то польза от свадьбы, — пробормотал Ромео.

Я резко повернулся к своему заместителю, который сразу понял свою ошибку. Он поднял руки в примирительном жесте.

— Я ничего плохого не имею в виду против твоей жены, брат.

— Сегодня не