Сожги венец безбрачия - Евгения Халь

в том, что мы здесь все другу другу не враги и не конкуренты, а компанеро, то есть, друзья, – он метнул на Матвея негодующий взгляд. – Пробуйте, друзья.

Мы зачерпнули ложечками мороженое и одновременно застонали от удовольствия.

– Никогда не ел ничего вкуснее, а ведь я был во многих странах мира, – восхитился Матвей.

Альберто бросил на него испытывающий взгляд, словно проверяя: правду он говорит или грубо льстит, пытаясь загладить оплошность? Убедившись в искренности собеседника, Альберто заметно расслабился, зачерпнул ложкой мороженое и сказал:

– Фидель Кастро так любил мороженое, что во время совещаний делал перерыв, чтобы его поесть. После революции, в 1966 году, на Кубе была открыта сеть государственных кафе-мороженых. Целью проекта, которым руководил лично Фидель, было превзойти количеством вкусов мороженого весь мир. Для этого в Нидерландах и Швеции закупили самое передовое оборудование. В 70-ые годы разнообразие вкусов, предлагаемых в гаванской "Коппелии", поражало даже избалованных любителей. Здесь предлагали кокосовое, ананасовое, сливочное, клубничное, ванильное, карамельное, из гуаявы и манго, с шоколадом и многие другие виды мороженого. Сливочный вкус в сочетании с нежным пирожным или сухими рассыпчатыми печеньками бискочо – до сих пор любимое лакомство местных жителей. А стоимость – один песо за шарик – была такова, что его мог себе позволить даже бедняк. Сейчас от былого разнообразия сортов почти ничего не осталось. Но ничто не умалит его самое главное достоинство – насыщенный нежный сливочный вкус. Потому что до сих пор в производстве используют только натуральные ингредиенты: молоко, сливки, шоколад, фрукты. И ни капли химии.

Пока Альберто рассказывал, Никита зачерпнул ложечкой мороженое и поднес к моим губам.

– Это фруктовое. У тебя такого нет. Попробуй, принцесса, – шепнул он.

– Столько не осилю, – призналась я.

– Я тоже, – хмыкнул он. – Со сладким перебор однозначно. Давай я у тебя попробую, а ты у меня, – он подождал, пока я облизала ложку, зачерпнул мое мороженое и отправил в рот.

Матвей замер, не донеся ложечку до рта. Температура вокруг нас сначала упала до минус десяти по Цельсию. А потом резко скакнула вверх до максимальной отметки. В Гаване и до того было жарко. Но сейчас мне показалось, что мы с Никитой сейчас просто расплавимся под пристальным взглядом Матвея.

Альберто заметил, что мы с Никитой шепчемся, не слушая его, и сделал эффектную паузу, молча глядя на Никиту.

– Не интересно? Я могу замолчать. Вы ведь деньги платите, поэтому подумал, что захотите послушать что-нибудь интересное, – несмотря на любезный тон, в его голосе прозвучала обида.

Кубинцы вообще, как дети малые. Моментально ошибаются.

– А я что? Я ничего! Со всем уважением, – Никита снова поднес ложку к моим губам, сжал кулак второй руки и резко выбросил его вверх: – Но пасаран!

– Не обращайте внимание, – успокоил Матвей нашего водителя и гида. – Лично мне очень интересен ваш рассказ. И я внимательно слушаю. А у него проблема с усвоением знаний. Как все примитивные натуры, познание нового у него совершается через рот и вкусовые рецепторы. Это свойственно детям, которые всё в рот тянут, и людям с низким интеллектом. Об этом еще Фрейд писал.

– Вы ученый человек, – уважительно заметил Альберто. – Психолог?

– Психотерапевт.

– Сразу видно, – поцокал языком Альберто.

– Ага, – подтвердил Никита. – По его лицу видно, что псих. Нормальные люди такие профессии не выбирают. Только те, кому мама в детстве придавила дверью пипись… гхм, извини, принцесса, вырвалось. Я хотел сказать: придавила достоинство.

Матвей побледнел. Альберто с усмешкой посмотрел на них, а потом на меня.

– Кажется, намечается кровавая коррида, сеньорита, – сказал он по-испански. – Я думал, они компанеро.

Компанеро – это очень специфическое кубинское словечко, вроде нашего «братишки».

– Это зависит от того, кто будет быком, – ответила я, облизывая очередную ложку мороженого, которое Никита заботливо поднёс к моему рту. – Лично мне хочется заколоть их обоих.

Альберто хлопнул ладонью по столу, запрокинул голову и расхохотался.

– А нам перевести? – поинтересовался Матвей.

– Извини, это непереводимый кубинский фольклор, – притворно вздохнула я.

Мне нравилось, что Матвей едва сдерживается. Его лицо даже вытянулось от злости. Каждую ложечку мороженого он провожал ревнивым взглядом. И куда подевалось его хладнокровие? Неужели это так просто: зажечь мужчину? А я и не знала. Всегда думала: как бы не ляпнуть лишнего, не обидеть. А нужно было всего лишь немного дерзости и капельку наглости. А самое главное: вести себя так, как в данный момент хочется мне, не думая о чувствах других. Матвей, конечно, очень классный специалист. Он ведь мне говорил, что мы не в ответе за чувства других. И не должны беспокоиться о том, что их задевает. Во всяком случае, в отношениях с мужчинами.

Целую лекцию прочитал тогда в кафе, когда с помощью дурня- плюшевой сосиски изгнал Никиту, а потом с наслаждением поглощал пирожные, когда я чуть ли не рыдала. А какая бы девушка сдержалась, если бы из нее сделали ночную бабочку в целях психотерапии? У меня ведь венец безбрачия, а не дебилизм. Ты, Матвей, думал, что так можно. И мама думала, что можно. И все думали так. Даже я сама. А теперь брошенный бумеранг возвращается. Не знаю, что ты там разбудил во мне своими сеансами, но правильно говорят: «Не будите спящую собаку». Только вот мало кто помнит вторую часть цитаты из средневекового английского поэта Джефри Чосера: «Иначе она проснется и укусит вас».

Я урок усвоила. Вообще очень быстро учусь. Особенно когда вижу, что ледяной Король Ночи тает на кубинском солнце, как мороженое. Видимо, Куба обнажает в людях всё скрытое. Где-то ведь это во мне пряталось? А я и не подозревала.

– Но выбрать одного из двоих всё же придется, – прошептал мне на ухо Альберто, помогая сесть в машину после того, как мы уничтожили гору мороженного. – Знаете, как говорят у нас? Если женщина спит одна…

– То рядом с ней в постели спит дьявол, – прошептала я вторую часть известной испанской поговорки.

После мороженого мы снова продолжили наши поиски. Но безрезультатно. Под вечер Альберто повез нас в гостиницу.

– А давайте окунемся в море, – предложил Никита на ломаном испанском.

– Ни в коем случае! – Альберто сделал испуганное лицо и вскинул руки. – В Гаване никто не купается. Вынырнешь грязным и еще подцепишь какую-то гадость. Максимум, что можно – по колено в воду зайти. Да и то с опаской. Хотите на пляж? Могу прямо сейчас отвезти. Всего сорок километров от Гаваны – и чистейший пляж в полном вашем распоряжении. Там даже бунгало для ночевки есть на берегу.

– Рванем, принцесса? – загорелся Никита. – Сорок