Два монстра в наследство - Кира Лафф

видимо, наблюдая за тем, как тело Рината скрывается в морской глубине.

Вот и всё. Они скрыли убийство… Убийство, свидетелем которого по роковой случайности стала я. От этих мыслей меня начинает бить дрожь.

Нервно сглатываю и так и не решаюсь подняться на палубу.

Вместо этого я тихо поворачиваю обратно и открываю дверь в каюту.

Быстро ложусь на кровать и подбираю под себя озябшие ноги. Сама не понимаю, отчего же мне так страшно… Сердце гулко бьётся в груди. Руки становятся ледяными. Дима и Тимур, ведь, не собираются и от меня потом тоже избавиться? Я не буду никому ни о чём рассказывать! Буду молчать как рыба! Они же сделали это ради меня! Убили человека, который хотел причинить мне вред… спасли меня… так что теперь я им обязана…

Ещё несколько томительно долгих минут я провожу в размышлениях об этом, а потом вдруг слышу, как открывается дверь в каюту.

Тихие шаги по ковровому покрытию, и я зажмуриваюсь, когда матрас прогибается под тяжестью их тел по обе стороны от меня.

Чья-то рука касается моих волос, ласково перебирает пряди. Покрывало приподнимается, и чьё-то горячее тело накрывает мою спину.

Лежу, не шевелясь и во всю изображаю из себя спящую…

— Она совсем замёрзла, — тихий шёпот слева.

— Ничего, сейчас согреем, — отвечает ему второй.

Пытаюсь дышать ровно, когда мои руки накрывает жаркая ладонь.

Тимур прикасается аккуратно, беря мои ледышки в свои руки.

Дима накрывает меня покрывалом до самого подбородка, устраивая голову на своей груди.

Делаю глубокий вдох и пытаюсь расслабиться. Жар их тел моментально согревает.

Чтобы заснуть, мне придётся довериться им. Ведь сейчас я и Монстры в одной лодке. Одни посреди бескрайнего моря. Тут нет никого, кто мог бы мне помочь… Кроме доверия, у меня нет иного выбора. Ведь те, кто забрал мою невинность не сделают мне ничего дурного, правда?

Глава 40

Аня

Наутро я просыпаюсь в крепких мужских объятиях. Мы долго нежимся в кровати, а потом завтракаем апельсиновым соком с тостами, и Дима встаёт за штурвал и направляет яхту к берегу.

Мы с Тимуром сидим на палубе, за капитанским мостиком и наслаждаемся чудесной погодой. Солнце припекает, и я чувствую, как марево проникает под кожу. Сейчас мне так тепло и приятно, что я даже забываю о том, что случилось с нами вчера… Море будто смывает с души весь тот ужас, что мне пришлось пережить.

Монстры ведут себя до неприличия обходительно. Их внезапно перевоплощение из мучителей в принцев, которые предупреждают каждое моё желание, просто ошеломительно. Они ведут себя так, будто им совсем не всё равно. Будто они понимают, что для меня прошлая ночь значит очень и очень многое… Ведь теперь они навсегда останутся для меня первыми мужчинами… Теми, с кем я познала удовольствие, теми, кому я открыла свою женственность и подарила самое сокровенное.

Если честно, я не знаю, как реагировать на их знаки внимания… Боюсь поверить в то, что сейчас они настоящие. Что маска беспринципных наглецов, действительно, была лишь маской, а теперь, пережив весь тот ужас, они больше не боятся показать себя уязвимыми… Я ужасно боюсь этих новый, нежных мужчин… Ведь, как и любая девочка на моём месте, я уже начинаю представлять то, куда могут завести эти странные и совсем нестандартные отношения… Кажется, я полностью очарована ими и… уже начинаю влюбляться!

Ближе к обеду мы причаливаем к незнакомому берегу.

Дима управляет заходящей в гавань яхтой, а Тимур набрасывает мне на плечи свою рубашку. Потом спускается обратно в каюту и приносит женские шорты.

— Держи, думаю, подойдут.

Беру протянутую вещь и примеряю на себя.

— А это чьё? — хмурюсь, спрашивая.

Если он ответит, что это вещь какой-нибудь их бывшей любовницы, надевать точно не буду!

— Это мамино, — обаятельно усмехается он. — Не волнуйся, постиранное.

— А, ясно… — смущённо опускаю взгляд.

— Ты первая девушка, которую мы сюда привели, — его пальцы касаются моего подбородка, заставляя меня приподнять лицо и посмотреть ему в глаза. — Это семейная яхта, детка.

— Понятно, — уголки губ приподнимаются в улыбке.

Видимо, Тимур понял суть моих переживаний, и решил их предупредить.

— Ты особенная, — он поворачивает голову на бок, внимательно следя за тем, как я одеваюсь и заставляя меня ещё больше смущаться.

— Не говори так, пожалуйста… — тихо шепчу, чувствуя, как зарделись щёки.

— Это ещё почему?

— Мне не верится, что ты, и правда, так думаешь…

— Ты считаешь, я ради каждой случайной девушки убиваю людей? — внезапно спрашивает он, а у меня сердце начинает биться чаще.

К горлу подступает ком, и я застываю на месте.

— Прости, — мотает головой Тимур, замечая моё напряжение. — Дурацкая шутка. Я так всегда делаю, когда на душе тревожно… Пытаюсь шутить над тем, над чем шутить нельзя. На похоронах отца тоже, вот, шутил… — он задумчиво смотрит в даль. — В общем, прости.

Я хочу сказать ему что-нибудь ободряющее, но в этот момент появляется Дима.

— Ну что, спускаемся? — предлагает он, протягивая мне руку.

Я киваю, всё ещё глядя на задумчивого Тимура. Сейчас мне внезапно кажется, что он куда сложнее и глубже, чем я думала изначально. Он не избалованный мажор. Сейчас Тимур больше похож на потерянного мальчика, которому так нужна моя забота…

Монстры спускаются по приставному трапу и подают мне руки, чтобы помочь спуститься.

Когда я оказываюсь на земле, то оглядываюсь по сторонам. Городок небольшой. На пристани, в основном, прогулочные катера и рыбацкие лодки. Проходящие мимо люди с удивлением и восхищением поглядывают на красавицу-Ласточку.

— Что это за место? — спрашиваю с интересом.

— О, это сюрприз, — загадочно отзывается Дима. — Ты проголодалась?

— Ну… да! — улыбаюсь.

— Тогда пошли, — мужчины берут меня за руки и ведут вперёд.

Мы выходим на небольшую набережную. Море сегодня тихое, ласковое. На диких пляжах много отдыхающих, а на обочинах дорог растут раскидистые пальмы.