Демон-босс - Алайна Салах

возле моего подъезда. — И тебе спасибо, Игорь. — Ласково погладив полиграфического магната по руке, я выглядываю в окно. — Свет горит. Значит, Ника ждет меня с чаем.

— Ну и куда подевались твои графские манеры? — иронично выдает Жданов, глядя на меня из салонного полумрака. — Будущего мужа почаевничать пригласить не планируешь?

Поймав, ошеломленный взгляд Михаила в зеркале заднего вида, непроизвольно краснею. Ох и Игорь. Если что-то решил, то прет как бульдозер. К завтрашнему дню о нашей помолвке будет полгорода знать.

— А ты хочешь подняться? — растерянно переспрашиваю я.

— А почему нет? Чая твоего отведаю, с будущей падчерицей познакомлюсь.

— Ну ладно…

Я выхожу на улицу, Жданов идет следом.

— Ты чего разволновалась, Люба? — продолжает иронизировать он, глядя как я отпираю подъездную дверь. — Я на десять минут зайду. Уж дюже интересно, как ты живешь. Самой-то поди тоже интересно было, когда в первый раз ко мне ехала.

Он прав. После решения стать законными мужем и женой, справедливо пустить его в свой мир. Что, впрочем, ничуть не мешает волноваться. Как Ника воспримет известие о свадьбе? Не решит, что ее мать неожиданно спятила? И вообще — понравится ли ей Игорь? Не то, чтобы ее симпатия на что-то коренным образом повлияет, но все же… Хотелось бы, чтобы эти двое друг другу понравились.

— Привет, ты чего… — Взбудораженная Ника выскакивает в коридор с явным намерением устроить допрос прямо с порога, но, заметив, что я стою не одна, осекается. — Здравствуйте!

— Здравствуй. — Мой спутник оглядывает ее с интересом. — Похожи. Игорь Жданов.

— Ника. Чай будете?

— За тем и пришел. — С этими словами полиграфический магнат скидывает с ног туфли. — За чаем и познакомиться.

— Давно пора, — не моргнув глазом, резюмирует дочь, и, шлепая босыми ногами уносится на кухню.

Со вздохом сняв пиджак, я иду за ней следом. Жданову приглашения не требуется. Он и так чувствует себя довольно расковано.

— Вам чай покрепче, дядя Игорь? — Ника, искрясь весельем, смотрит через плечо.

— Делай как себе, — незаинтересованно отвечает Жданов и тут же добавляет: — мы с твоей мамой решили пожениться.

Я замираю с открытым ртом. Ну Игорь. Да как же так можно? Чтобы сходу без подготовки такое ребенку вываливать?

— То есть, вы собираетесь жениться на моей маме? — переспрашивает дочь будничным тоном. Ясно, что заявление полиграфического магната шокировало ее до неверия.

— Именно это и собираюсь сделать, — гаркает Жданов, по-свойски придвигая стул. — А ты, смотрю, сообразительная.

— Почти «Москва слезам не верит», — хмыкает Ника. — Гошиных тараканов относительно женщин у вас, надеюсь, не водится. А то мама такого не терпит.

— Никуш… — Я смотрю на нее с укоризной.

— Да я уже в курсе, — отмахивается Жданов. — Мама твоя на днях дала мастер-класс.

— Ну, что тут скажешь? — Поставив на стол чашки, дочь с улыбкой смотрит на нас. — Поздравляю, немолодые! Вас, дядя Игорь, особенно. Сорвали, можно сказать, джек-пот.

Мое удивление сменяется растерянностью. То есть это все? Не будет ни удивления, ни сопротивления, ни просьб подумать?

— Тоже так думаю. — Полиграфический магнат подносит кружку ко рту, делая глоток. — Что за чай такой? Вкусный.

— По рецепту мамы. — Ника расслабленно приземляется на соседний стул. — С липой и мелиссой.

— То есть ты не только пирогами славишься? — Он стреляет в меня взглядом.

— Вы еще ее борщ не пробовали. Это пушка.

— Я будто на смотринах, — очнувшись, бормочу я. — Ни к чему так меня нахваливать, Ника. Замуж уже позвали.

— А то, что я твою маму к себе перевезу — как на это смотришь? — Жданов внимательно оглядывает Нику. — Восемнадцать ведь тебе уже есть?

— Берите выше, дядя Игорь. Мне почти двадцать. Детско-родительская сепарация нисколько меня не пугает, если вы об этом. Как говорится, если любишь — отпусти. Забирайте себе маму, но только при условии, что она будет счастлива.

— Ты глянь, какой осознанный образец, — Жданов смотрит на нее с новым интересом. — Мама твоя хорошо потрудилась. Парень у тебя есть?

Ника розовеет.

— Есть. Глебася.

При звуке этого имени я непроизвольно вздыхаю. Не жалую я его, хоть тресни.

— С Глебасей ты точно каши не сваришь, — фыркает Игорь, слегка поморщившись. — Ладно. Ближе к лету поговорим.

— А что будет ближе к лету? — оживляется дочь.

— Узнаешь. Ну что, Люба? — Он переводит взгляд на меня. — Благословения я у твоей родственницы попросил, пора назначать дату свадьбы.

— Так быстро? — От того, как легко все прошло, я не могу перестать растерянно улыбаться. Опасения относительно реакции на важную новость Ники все-таки были, но к счастью не оправдались. — Ты ведь мне всего пару часов назад предложение сделал.

— А чего рассусоливать? Решили жениться — нужно делать.

— Поддерживаю, — встревает Ника. — Мам, а у тебя белое платье будет? А подружки невесты?

У меня голова идет кругом. Господи. Я ведь действительно замуж выхожу!

— Обойдемся, пожалуй, без фаты и выкупа.

— О, папа звонит! — Приложив телефон к уху, Ника вскакивает. — Пап, привет! Представляешь, что? Мама выходит замуж!

Закатив глаза, я тянусь чашке с чаем. Липа и мелисса мне сейчас тоже не помешают. Уже и бывший муж в курсе моей предстоящей свадьбы.

— Отличный у нее ухажер, — доносится удаляющийся голос дочери. — Сразу видно, что очень ее любит… Ты не расстраивайся, пап. Мама бы обратно все равно тебя не приняла… Слишком ты накосячил.

— Толковая у тебя дочь, — одобрительно хмыкает Жданов, провожая ее глазами. — Умеет точки над «i» расставлять. Лучше бы даже я не сделал.

54

— Ну что, Люба Владимировна? — Полиграфический магнат по-свойски кладет ладонь мне на колено. — Скоро Ждановой станешь.

— Это сеанс НЛП от великого продажника, Игорь? — иронизирую я, выдерживая его искрящийся весельем взгляд. — С фамилией есть еще время определиться.

— Ты только не вздумай на новомодный манер двойную брать. Оставь это Петровым-Водкиным и Маминым-Сибирякам. Михаил! — гаркает он, глядя на водительское кресло. — Любовь Жданова. Отлично, по-моему, звучит.

Тот молча показывает два больших пальца.

— Любовь Жданова, — повторяю я с улыбкой. — Хороший каламбур получился.

Игорь смотрит на меня снисходительно.

— Не каламбур, а судьба.

Прикрыв рот рукой, я смущенно хихикаю. В последнее время стала делать это все чаще, что совершенно на меня не похоже. Стесняюсь и кокетничаю как молоденькая девчонка. Даже песни напевать стала. Ох уж эта весна в душе — преображает женщину до неузнаваемости.

— Ладно, я пойду, — берусь за дверную ручку. — Большое спасибо, что довезли. Вам Михаил отдельное.

— И почесала, — ворчит Жданов, поймав меня за локоть. — Целовать-то на прощанье будешь?

— Извини. — Улыбнувшись, я касаюсь губами его щеки. — Я уже и забыла, как это — быть в отношениях. Хорошего тебе