Плохиш для преподавательницы - Софья Крылова

уверена? Потому что я не остановлюсь. Просто не смогу. Ведь так в душе и не кончил. Без тебя не могу этого сделать. Сколько бы не дрочил. Только мозоли натер. — Усмехается. Не двигаясь. Пока я ерзаю на нем.

Ничего не ответив, я немного привстала и выпустила на свободу гордо торчащий член. Он снова застонал. Я приготовилась пуститься на него.

— Крошка. Нельзя же на сухую. — Поругал меня.

— Я не сухая. — Прошептала, смущённо взяв его руку, и положила на истекающую от возбуждения себя.

Артур зарычал. Обхватил рукой мою голую киску. Впившись мне в рот. Сильно потянув за волосы. Я застонала от небольшой грубости. Его губы вцепились в мою шею. Покусывая, всасывая. Окончательно сорвавшись.

Не убирая руки от истекающего лона, слегка заводя палец внутрь. Я закричала, задрожав в его руках. Он подхватил меня и резко опрокинул на кровать. Наваливаясь сверху.

Спустил штаны, не отрываясь от моей шее. Переходя на ключицу. Задрал майку, а после полностью снял. Кидая куда-то за спину. Я стонала извиваясь. Артур порыкивал.

Умелые губы опустились на мою грудь. Заглотив полностью сосок и то же самое проделывая со второй грудью. Я металась по кровати, крича.

Умоляя его не останавливаться. Но, судя по всему, он и так не собирался этого делать. Когда наигрался с грудью. Его губы спустились в низ. Целовала ребра, живот. Я замерла.

— Артур! — что ты прокричала и замолчала, когда он поцеловал лобок.

— Расслабься. Ты такая горячая. Я готов тебя сожрать. Хочу узнать, на столько же вкусная твоя киска как и вся ты.

Я не успела возразить или запротестовать. Когда его губы стали целовать меня внизу. Так же, как он делал это с моим ртом. Я закричала от интенсивности. Никогда со мной подобного не было.

— Аааааа Артур.

— Крошка. Ты т тут охуенная. Моя девочка— шептал Артур. Снова поглощая меня. Всосал сначала одну губу, потом вторую. Языком закружил во круг клитора. Провел ниже. Я задыхалась. Мне так хорошо. Его язык толкнулся в меня. И я потерялась.

— Да пусти свои соки мне на язык. Как охуенно- рычал Артур, требуя от меня чего-то. Его язык долбился в мою щель. — Какая ты узкая. Охуенно тугая. Представляя, как буду трахать тебя уже не языком.

— Боже! Да! — вопила, раздирая горло, кончая.

Даа Кончай! — вторил мне Артур.

Я рассыпалась по частям. Лежала безвольной куклой. Артур ещё раз прошелся языком по клитору, я вздрогнула от чувствительности. Я сейчас один большой комок оголеного провода.

Артур поднимался к моему лицу. По путно целуя живот, грудь. Его взгляд Дикий. Кричащий о том, чего он хочет.

Член, увитый венами, выглядел болезненно. Головка немного покраснела. Свет был включен, и я любовалась им.

— Прости, крошка. Сейчас будет жёстко. — Прохрипел, прокуренным голосом. Артур навис надо мной. Рукой приподнимая мою ногу, устраиваясь межу ним.

Я была в такой дымки. Что не соображала ничего. Вообще.

Голова была пустая. Я лежала выжата как лимон. Моя ноги дрожали. Артур накидывается на мой рот. Жадно целует. А потом резко, без предупреждения входит в меня с диким криком.

А после кричали уже мы оба. Он от наслаждения. Я же от боли.

Меня прострелило. Словно в меня вогнали горячую кочергу. Все внутри распирало. Я чувствовала, как что — то потекло. Не мои соки и не сперма Артура. Кровь. Это была кровь.

— Блять, что на хуй — пораженно шептал Артур. Глядя на меня, а потом на член, что похоронен очень глубоко во мне. Натягивая и причиняя ужасную боль.

Я чувствовала, как из меня вытекала кровь. Намочив простынь подо мной. — Ты. — Прохрипел — Ты девственница?

Глава 38

Артур

— Очевидно что уже нет — скалится Полина с полными слез и болью глазами.

Ну, очевидно, что уже нет — скалится Полина с полными слез и болью глазами.

Ну, очевидно, что уже нет — скалится Полина с полными слез и болью глазами. Ну, очевидно, что уже нет — скалится Полина с полными слез и болью глазами.

Я задыхаюсь от шока и такого же блядь наслаждение. Я ловил кайф. Ни чем не передаваемый. Такое у меня в первые. Девственниц ещё никогда не было. Я предпочитал опасность невинности. С такими девушками даже не связался. И вот связался. И ни о чем не сожалению, кроме того, что не был с ней знаком раньше. У нас разница в возрасте ни такая большая. И я бы мог защитить ее. Я был, конечно не лучшим человеком. Но если бы этот ангел встретился на моем пути раньше. Я бы изменился. С ней я другой. И то, что сейчас произошло, вставляет меня. Член каменный. Я понимаю одно, что если не трахну ее. То взорвусь к чертям собачим. Какая же она сексуальная и пиздец какая тугая. Сжимает меня так сильно, что больно дышать.

— Артур, вытащи его из меня.

Снова скулит моя крошка. А я, блядь, не могу этого сделать. Я сдохну, если не продолжу.

— Прости меня. — Остервенело целую ее в губы, в щеку, в шею. Оставляя засосы. Как какой-то подросток. Но не могу контролировать себя. И не хочу. Слегка выходу и возвращаюсь. Полина кричит. А у меня в голове каша.

— Артур — поскуливает Полина. Цепляясь ногтями мне в руку. Я даже не чувствую всей этой боли. Мне хорошо, как никогда и не с кем.

— Крошка, я вылежу тебя. Очень долго буду это делать, пока боль не пройдет. Но не проси меня остановиться. Я не смогу. — Стону ей в рот. Выхожу и вхожу, ели проталкиваясь.

Она очень тугая. Пиздец насколько. Хоть и сам испытываю дискомфорт, но не могу остановиться. Стараюсь действовать аккуратно. Не причиняя ещё больше боли. Я большой, а она такая крохотная.

Пальцы опускаю на клитор. Он испачкан кровью, как и весь мой лобок и член. Пальцы теперь тоже. Мне по хер на это. Она моя. Вся моя. Целиком и полностью. Я так бесился на этого пиздюка Артема.

Что он трогал ее, целовал, занимался с ней сексом. Но теперь знаю, что ничего у них не было.

— Моя девочка, — шепчу в перерывах между поцелуями. И вхождение в ее тесноту. Голова идёт кругом от переизбытка эмоций. От чувств. Сбавляю напор. Чтобы ей было легче.

— Артур больно — скулит Поля.

— Всё пройдет, моя девочка. Обещаю. Как же я тебя люблю! — Стону в ее шею. Снова входя. Работаю пальцами у ее клитора. Она даже стонет.