Фиктивная жена миллионера (СИ) - Черника Ника

- Немного, - грустно улыбаюсь. - Но это, наверное, неизбежно было бы в любом случае. Для него я всегда маленькая девочка, которой рано уходить из дома… Ты когда перестал жить с родителями?

- На пятом курсе, - Влад делает еще один глоток чая. - Когда начал встречаться с Машей. Но потом я еще возвращался к ним.

- Почему?

- Прогорел один проект, денег не было особенно, я решил, чем платить за квартиру, лучше эту сумму вкладывать в рекламу, - Влад усмехается, качая головой. - Мне кажется, я был рад куда меньше жизни в отчем доме, чем та же мама. Слава богу, потом дела пошли в гору, хотя какое-то время я жил практически на одной вере в то, что поймаю золотую рыбку в мутной воде.

- И она выполнит все твои желания? - усмехаюсь я.

- Ой, у меня не так много желаний. К тому же если она все выполнит, чем буду заниматься я?

Я смеюсь, качая головой.

- Человеку только кажется, что исполнение желаний сделает его счастливым, - продолжает Влад, - на самом деле это не так. Человек может быть счастливым, невзирая на исходные данные вокруг себя. Тогда он движется к своим целям не как к счастливому будущему, а следует из точки А в точку Б. Морально это воспринимается гораздо проще. И реализуется соответственно тоже. И вообще, это вот, мол, дайте мне только возможность исполнить мои желания… Что бы ты сделала, если бы у тебя было одно любое желание, даже фантастическое? Только потратить его надо для себя, а не на мир во всем мире. Что бы ты загадала?

Я некоторое время размышляю, потом тихо говорю:

- Наверное, сделала бы так, чтобы мама была жива.

Повисает пауза, а я на секунду думаю, что зря сказала об этом. Необременительная беседа сразу становится тяжелой, и не факт, что Владу это нужно. Вот вообще не факт.

- Скучаешь по ней? - спрашивает он, я пожимаю плечами, кидая на него взгляд.

- Мне было два года, когда она умерла. Скучаю ли я по маме? Да, наверное. Но мне трудно скучать по человеку, которого я совершенно не помню. Для меня это только фотографии, от которых странно и немного больно. - Я смотрю перед собой, глотая ком в горле. - Папа любит ее иначе. Так, что жить с кем-то ещё не может. А я… Я нет. И даже не могу разделить с ним эту боль. Вот такая я… - отворачиваюсь, шмыгая носом и вытирая выступившие слезы.

Ну вот, я не собиралась плакать, совсем. Влад подсаживается ко мне ближе и в следующий момент прижимает к себе, так что я утыкаюсь лицом ему в грудь.

- Прости, - шепчу я.

- Глупости не говори, Арин, - его голос звучит тихо, успокаивающе, руки гладят спину.

Становится спокойно и хорошо. Настолько, что хочется прижаться ещё сильнее, но я чётко осознаю, что это неправильно.

- Загрузила тебя, - я отстраняюсь, стирая слезы, смотрю на Влада, он улыбается уголками губ.

- Все нормально. Правда.

Киваю в ответ, он отсаживается на свое место, я хватаюсь за чашку с чаем, чувствуя неловкость. Хочется перевести тему, чтобы ушло напряжение, и я перебираю в голове мысли, думая о чем можно еще поговорить.

- А вообще, я бы еще загадала не бояться, - говорю в итоге.

- Не бояться чего? - спрашивает Влад.

- Всего. Не знаю, я как будто не верю в свои силы, в то, что у меня получится. И поэтому не двигаюсь вперед, понимаешь? Вроде как все и так хорошо.

- Потому что понятно.

- Да. А там впереди неизвестность, я боюсь, что если не получится, то я вовсе перестану заниматься тем, что нравится.

- Это не твой случай, Арин. У тебя хорошие фотографии, ты сама хочешь этим заниматься всерьез?

- Да, думаю, да.

- Тогда найди курсы, которые помогут тебе сделать шаг на ступень выше, я не знаю, что там нужно для успешности, это уж ты сама выбери. Я оплачу их, и включим в ближайшее время рекламу на твой аккаунт. Это минимальное и самое простое, что приходит мне в голову. Если ты знаешь, что еще может помочь - делай.

Я смотрю на него, потом произношу:

- Ты не обязан платить за меня.

- Я делаю это не из обязанности. Я так хочу. И могу себе это позволить.

Мы еще несколько секунд смотрим друг на друга, потом Влад достает телефон и наводит на меня.

- Ну что, блогер Арина Миронова, что вы можете сказать своему миллиону подписчиков?

Я смеюсь.

- Миллиону? Шутишь?

- Я никогда не шучу. Давайте, Арина Романовна, не скромничайте. Вы же блогер, - на его лице широкая улыбка, я качаю головой.

- Перестань, Влад.

Он приближает и удаляет телефон, я прикрываю лицо рукой.

- Ладно, если ничего не скажете, Арина Романовна, я выложу сейчас это в сториз с вашей отметкой, чтобы вам потом было стыдно.

- Не смей!

Влад грузит страничку, а я тянусь, чтобы выхватить у него телефон, он ловко отводит руку в сторону, продолжая.

- Влад, ты этого не сделаешь!

- Я? - кидает насмешливый взгляд.

- Влад!

Я делаю выпад, но он прячет телефон за спину.

- Отдай, - говорю, и только в следующий момент осознаю, что мое колено стоит на диване между ног мужчины, а я сама возвышаюсь над ним как-то слишком близко.

Ловлю взгляд Влада, он щурится, разглядывая меня, а потом говорит:

- Убеди меня отдать тебе телефон.

Мы продолжаем смотреть друг на друга, и я снова чувствую, как мое тело наполняется тяжестью. Кажется, я никогда не приму этого: что стоит только пересечь зону личного пространства, как внутри меня словно щелкает выключатель. По телу расползается приятная дрожь, низ живота наполняется теплом, а в груди тяжелеет.

- Давай, Арина, - голос Влада как будто становится ниже, - двадцать секунд, и я нажму кнопку отправить.

Я смотрю на него, и не знаю, что испытываю в этот момент. Мое тело реагирует на близость так остро, что начинает ломать внутренние барьеры, наверное, потому я делаю то, что делаю.

Наклоняюсь, кладу руку ему на шею сзади и шепчу на ухо, касаясь губами кожи:

- Отдай мне телефон, Влад.

Я не отстраняюсь, напряженно дышу, втягивая носом запах туалетной воды, перемешанный с личным запахом Влада, пальцы как-то сами собой зарываются в его волосы.

Я боюсь отстраниться, боюсь посмотреть на лицо Влада, потому что этот порыв вдруг оказался слишком личным, и то, что сейчас происходит, меньше всего похоже на шутку.