Измена. Жизнь вдребезги (СИ) - Анна Тар

теперь у меня точно больше нет слов. Даже дыхание перехватывает от возмущения. Кулаки сжимаются. И внутри такая злость… Ну, Леша… Тут не программа слежения в телефоне, тут все круче… Сладкая парочка монстров-разрушителей действует во имя благой цели…

— Так что, Юлия Эдуардовна, Вас уже можно поздравить? Все свершилось? — любопытничает Розалия Михайловна.

— Нет-нет, еще рано поздравлять. Мы в процессе… — и уже про себя добавляю, в бракоразводном. И я очень надеюсь, что он скоро благополучно завершится. Разводом. — Розалия Михайловна, извините, но завтрак скоро закончится…

— Конечно, Юлия Эдуардовна, Вам нужно хорошо питаться. Приятного аппетита! Рада нашей встрече!

— Спасибо, Розалия Михайловна! И я очень рада…

Ох, как я рада… Вы себе даже не представляете, любезная Розалия Михайловна… Как говорил Вадим? Нет ничего тайного, что рано или поздно не становится явным?

После откровений Розалии Михайловны аппетит у меня пропадает, и завтракать совсем не хочется…

Зато теперь многое становится понятным. Дурацкие вопросы на собеседованиях, обвинения в утаивании информации. Да, Леша, молодец, все продумал, с Розалией Михайловной договорился. На что он рассчитывает? Если не смогу устроиться на работу, то вернусь к нему на полное обеспечение? Будем наслаждаться счастливой семейной жизнью? Как же все это мерзко и грязно…

Звоню Вадиму и делюсь с ним полученной информацией.

— Юль, даже не знаю, что сказать, — хмыкает он. — Это же надо такое придумать…Кириллу я сам расскажу, он сейчас в суде.

— Вадим, а по мне что-то уже решили? На заседание приезжать? — мне нужна определенность, чтобы не нервничать.

— Юль, сегодня все обговорим с Кириллом. Жди звонка.

Пятидесятая глава

Жди звонка.

Жду. Очень жду. Чем ближе назначенная дата судебного заседания, тем больше я нервничаю. Может быть, я себя и зря накручиваю. Но почему-то уверена на сто процентов, что Леша с Евгением Владимировичем готовят нам какой-то неприятный сюрприз. И несмотря на утверждение Вадима и Кирилла, что развод непременно состоится, меня терзают обоснованные сомнения и нехорошее предчувствие.

— Юля, привет! — Кирилл звонит мне уже вечером, позже, чем обычно. Голос очень уставший, слова произносит тихо и неторопливо.

— Здравствуй, Кирилл! — я рада его слышать, но замираю в ожидании вердикта. Тревожно.

— Юль, мы обсудили ситуацию с Вадимом, взвесили все за и против. Думаем, тебе лучше лично присутствовать на судебном заседании. Кто-то из парней, Андрей или Сергей, привезет тебя в город, а Вадим встретит у здания суда, — озвучивает Кирилл принятое ими решение.

— Хорошо, надо так надо, — вздыхаю я. Но на самом деле никакого желания участвовать в процессе у меня нет. Наоборот, внутри появляются противный холодок и уверенность, что все пройдет не так, как сейчас планируют мои адвокаты. И, наверное, мой настрой чувствуется по голосу, в котором внезапно начинают звучать пронзительные металлические ноты.

— Юль, ты расстроилась, что ли? Вадим будет постоянно рядом, у него все под контролем. Не волнуйся! — пытается успокоить меня Кирилл. — Он тебе все объяснит, расскажет.

— Ты тоже будешь с нами на заседании? — уточняю, потому что в присутствии этого мужчины мне будет намного спокойнее.

— Нет, Юль, к сожалению, у меня не получится. Буду в это время занят в процессе по другому делу. Но в пару с Вадимом я отправлю еще одного нашего адвоката. Если возникнут какие-нибудь проблемы, мы потом все вместе с ними обсудим. Я тебя не брошу. Не переживай!

Дальше разговариваем уже на другие темы, но в этот вечер наша беседа длится недолго: Кирилл устал после рабочего дня, а я расстроена необходимостью присутствовать на судебном заседании.

И вот наступает то самое время “Ч”. Сергей привозит меня к зданию суда, где нас уже ждут Вадим и молодой мужчина, представившийся Игорем. Мне долго и подробно объясняют особенности предстоящей судебной процедуры. Слушаю, но на нервах почти ничего не запоминаю. Только четко понимаю для себя одно: во время заседания мне лучше молчать, а общаться со стороной ответчика и судьей будут мои адвокаты.

Проходим в здание, ждем своего времени, получаем приглашение и следуем в зал суда.

С Лешей и Евгением Владимировичем здороваюсь на расстоянии. Оба выглядят довольными и уверенными в себе, улыбаются. Стараюсь не смотреть на них, отворачиваюсь в другую сторону и с напряжением сжимаю кулаки, чтобы скрыть дрожащие пальцы. Нервно. Пульсирует жилка виска. Заседание еще не началось, а хочется, чтобы уже быстрее все закончилось.

Смотрю на своих адвокатов и автоматически повторяю их действия. Встали. Сели. Звуки воспринимаю приглушенно, словно через вату.

Мне задают вопросы, собираюсь с силами, отвечаю. Вадим кивает. Значит, делаю все правильно.

А потом начинает говорить Евгений Владимирович, и я понимаю, что сегодня действительно все идет не так.

— К сожалению, Юлия Эдуардовна, не осознает значения своих действий. Она не понимает, что делает, — слышу вдруг от Евгения Владимировича. Чтоооо? О чем это он? — Мой клиент уже подал исковое заявление о признании ее недееспособной. Он просит назначить проведение судебно-психиатрической экспертизы. Вот соответствующие документы.

Он это серьезно? Признание недееспособной? Такое вообще возможно? В недоумении смотрю на Лешу, который в этот момент сам выглядит удивленным.

Вижу, что Вадим изо всех сил пытается сохранить внешнюю невозмутимость, но ему это удается с большим трудом. А у меня в голове бьется только одна мысль: “Я так и знала…”

— Юлия Эдуардовна эмоционально нестабильна. У нее серьезные проблемы на протяжении нескольких лет, начиная с подросткового возраста. Ранее она проходила лечение в психоневрологическом диспансере, — продолжает вещать Евгений Владимирович.

Вадим вопросительно смотрит на меня. А я не знаю, что ему сказать…

Пятьдесят первая глава

Вадим вопросительно смотрит на меня. А я не знаю, что ему сказать…

Поворачиваюсь и утыкаюсь взглядом в Лешу. Вижу его нечетко. В глазах печет, подступают слезы. Все размывается. Леша опускает голову… Обидно! Горько! Еще одно предательство. Я рассказала ему о своих подростковых проблемах перед нашей свадьбой. Была уверена, что между мужем и женой не должно быть тайн… Господи, наивная глупая девочка! Как он мне сказал тогда в своем кабинете? Дура? Так и есть. Дура. Я не могла себе даже представить, что пройдет совсем немного времени, и моя откровенность будет использована им против меня.

Не дождавшись от меня объяснений, Вадим начинает о чем-то разговаривать с судьей. После этого тот обращается ко всем с какими-то разъяснениями. Я почти ничего не слышу и не вижу. Но, когда присутствующие на судебном заседании встают, понимаю, что на сегодня все закончено.

На выходе из зала заседаний меня пытается остановить Леша.

— Юль, прости, я