Мой сводный кошмар (СИ) - Анастасия Воронцова

бы спасибо ей сказал! — Лина загораживает меня, словно готова защищать от собственного брата, и от шока у меня не остается слов.

Я что, сплю? Мир сошел с ума? Или Лина правда меня защищает от Кирилла?

На это Кирилл ничего ей не отвечает, только шумно сопит, прожигая меня взглядом, который я показательно игнорирую. Целиком справедливо, кстати. Мне, в отличие от него, действительно есть на что злиться. на что злиться.

Взяв показания у всех участников, полиция отпускает нас домой, правда предупреждает, что позже нам придется явиться для повторных показаний.

Оказалось, что эти амбалы не только пытались похитить Лину, но и избавились от охраны у запасного выхода, и даже отключили камеры. Если бы я не услышала мычание Лины, и не вмешалась, им бы все сошло с рук.

Убедившись в том, что с Линой все в порядке, я все-таки вызываю такси, вот только уехать на нем мне не дают. Только я собираюсь сесть в машину, как Кирилл внаглую берет меня на руки и несет к своей машине.

— Барский, ты совсем страх потерял?! — рычу я, отбиваясь от него, — А ну поставь меня! Поставь, кому сказала, пока я полицию не позвала! Они вон, только-только двоих за попытку похищения упаковали, третьим будешь!

Конечно, это все пустые угрозы. Я бы ни за что не сдала его полиции, но я так зла, что меня не остановить.

— Я с тобой не поеду! Я тебя знать не хочу, понятно? Видеть тебя тошно! Терпеть тебя не могу, придурок! Оставь меня в покое!

Нет, ну вы только посмотрите! Я машу в воздухе руками и ногами, ругаю его на чем свет стоит, а ему хоть бы хны!

Хорошо хоть гости разошлись — полиция всех разогнала до выяснения обстоятельств, так что никто, кроме Алекса, Лины и парочки работников на территории клуба не видели моего позора.

Когда Кирилл садит меня в свою машину, его руки упираются в сидение по бокам от моей головы, отрезая пути отхода. Мое сердце так колотится, будто вот-вот проломит ребра, но я стараюсь не выказать волнения.

— Лучше бы сестру свою домой отвез! Ее, между прочим, сегодня чуть не похитили! — я прожигаю его взглядом, но он не отстраняется. Напротив, придвигается ближе.

— Алекс о ней позаботится, — бросает Барский, и смотрит на меня так, что мне мигом становится жарко, и я злюсь на саму себя за эту реакцию.

— А я прекрасно позабочусь о себе! Может быть уже перестанешь вести себя как придурок и отпустишь меня? — шиплю я, с вызовом глядя ему в глаза.

— Все сказала? — спрашивает он.

— Да!

— Тогда слушай…

И Кирилл рассказывает мне все. Начиная с того дня, когда мы с ним распрощались у дверей моей квартиры.

Оказалось, в тот день не только я получила сообщение от шантажиста, но и он. Вот только угрожали в этот раз совсем не Кириллу.

Ему прислали снимки, сделанные на одной из вечеринок королевы универа. На них была изображена Лина, в весьма провокационном виде. Похоже кто-то напоил ее, и сделал фотографии, когда она уснула, и грозился разослать снимки во все чаты универа, если Кирилл не будет выполнять указания.

Тогда-то они с Алексом и поняли, что тот, кто шантажировал меня раньше, учится с нами в одном универе. И, пока шантажист был уверен, что у него все схвачено, они подбирались к нему ближе.

Кирилл тянул время. Он делал все, чего хотел шантажист. Наше расставание, мое унижение в коридоре, его уход из универа — все это было частью игры, чтобы защитить сестру, и раскрыть личность подонка.

И в конце концов им это удалось.

Им оказалась ученица второго курса, младшая сестра парня, который попал в больницу из-за Лины. Как оказалось, она была одной из “девушек на ночь”, с которыми Кирилл раньше проводил время, а еще она была бывшей девушкой Андрея. Когда тот попал в тюрьму, это стало последней каплей. Она возненавидела всю семейку Барских, и меня в том числе, и решила отомстить.

Пойманная с поличным, она была прижата к стенке Алексом и Кириллом. Они заставили ее избавиться от всех фотографий, собрали доказательства ее шантажа, и пригрозили, что, если она еще раз попытается выкинуть подобное, отправится вслед за своим ненаглядным Андреем.

Дослушав его рассказ до конца, я сжимаю кулаки и спокойно спрашиваю:

— Это все, что ты хотел мне сказать?

Холоду в моем голосе позавидовал бы и январь.

Кирилл замирает, кажется он даже не дышит.

— Если это все, то я пойду. Завтра у меня тренировка.

Я отталкиваю его и выхожу из машины, на ходу вызывая такси. Одному богу известно чего мне стоит идти медленно, вместо того, чтобы убежать.

Где-то на полпути к другому концу парковки он ловит меня за руку и резко разворачивает к себе.

— Я же тебе все объяснил!

— И что? Ты думал я тут же прощу тебе все? Как же! Любая девушка мечтает быть с великим Барским! Королем универа! Ты хоть понимаешь, через что я прошла из-за тебя?! Хоть представляешь, как я себя чувствовала все эти дни?! Что я почувствовала там, в коридоре, когда ты унизил меня при всех?!

— Что мне еще было делать?! — Кирилл тоже начинал злиться, — Она угрожала Лине!

На моих губах появилась злая улыбка. Я больше не кричу, но каждое мое слово ударяет его, точно стрела.

— Ты мог все мне рассказать. Всего несколько смс, и я бы знала, что происходит. Всего несколько смс, и я не страдала бы все это время, с трудом собирая себя по частям каждое утро. Вместе мы бы придумали, как переиграть ее. Но теперь… Теперь уже поздно.

Я собираюсь с духом, и говорю то, чего Барскому, наверное, не говорил никто и никогда в жизни:

— Между нами все кончено.

Глава 24

Злата

Странное дело, вроде как я сама поставила точку в наших отношениях, а все равно мне больно.

Уезжая на такси, я ни разу не оборачиваюсь, хотя прекрасно знаю, что Кирилл все еще там. Стоит, опустив сжатые в кулаки руки, и смотрит мне вслед.

Вряд ли он ожидал, что я так поступлю после его рассказа. Впрочем, я сама от себя ничего такого не ожидала.

Разум говорил, что я поступила правильно. У меня и без того достаточно проблем, чтобы ввязываться в подобные отношения. А сердце… Сердце болело.

Оно тянулось к нему, обратно на парковку, готовое простить все на свете, только бы все