Любовница. По осколкам чувств - Даша Коэн

автомобиля. Смотрю на охранников исподлобья, давая понять, что мечтаю свернуть обоим шеи.

Виновато отворачиваются.

Протяжно вдыхаю и выдыхаю, пытаясь обуздать свою бурлящую злость, а потом закуриваю третью сигарету. Ну не могу я, блядь, успокоиться.

Не. Могу!!!

Достаю телефон и набираю номер. Пара гудков и трубку на том конце провода берут.

- Здравствуйте, Данила Александрович.

- И тебе не хворать, Андрей Андреевич.

- Слушаю тебя очень внимательно.

- Мне надо в Россию вернуться. Срочно! – припечатываю я и максимально давлю собеседника голосом.

- Пока нельзя. Ты официально еще мертв. Мы должны дожать Безрукова, – монотонно выговаривает мне следователь, но я знаю все его слова наизусть.

Вот только ситуация в корне изменилась. Мне надо домой. Надо! Вот прям сейчас!

- К Эллине мужика подослали?

- Да, он её уже дважды трахнул. Но надо еще парочку, чтобы наверняка.

- Да, блядь!

- Согласен, но нам нужен исполнитель, Данила Александрович. Безруков устранил тех, кто минировал твой автомобиль и стрелял в тебя.

- Гандон штопаный…, – рычу и глубоко затягиваюсь сигаретой.

- Потерпи. Максимум месяц и я тебя выдерну.

- Месяц, – прикрываю я глаза и так сильно стискиваю зубы, что кажется они вот-вот раскрошатся к чертовой матери. – Две недели, Андрей, – перехожу я на «ты», прекращая эти танцы с бубнами вокруг наших титулов.

- Данил, ну что за спешка, а? Что у тебя там случилось, что тебе так неожиданно приспичило?

Баба у меня тут случилась. Красивая. Сексуальная. Исключительная. И меня от нее вштырило. Да!

Я хочу еще!!! Много. Часто. Со вкусом!

- Просто ускорься, ладно? – выдыхаю я сизый дым из легких.

- Поспешишь, людей насмешишь.

- Иди ты…

- Короче, покойничек, позагорай там за меня. А Андрюша, пока ты чилишься, за тебя плохим дядькам жопы надерет. Больно и качественно. Все, люблю, целую. Созвонимся.

- Андрей, – снова накаляюсь я.

- Да, бля, у меня генерал Осипов на второй линии уже минуту ждет пока я тут с тобой натреплюсь. Шах, ну совесть имей, а!

- Хер с тобой, – отключаюсь я и поднимаю голову к безоблачному небу.

Месяц.

А-р-р-р!!!

Бесспорно, это хреново. А потому, надо бы еще кое-кому позвонить. Сажусь в тачку, отдавая команду ребятам ехать, а сам снова набираю номер. На этот раз начальника своей службы безопасности.

- Валера, это я.

- Здравствуйте, Данила Александрович. Слушаю вас?

- Через девять часов во Внуково прилетит рейс из Коломбо. На нем будет девушка. Фотки сейчас тебе вышлю. За ней надо будет приставить слежку и глаз с нее не спускать, пока я не вернусь. А еще в кратчайшие сроки пробить по ней всё от и до!

- Будет сделано.

- И еще. Если к ней хоть одна особь мужского пола подойдет – кастрировать на хуй! И ноги переломать, чтобы больше ходить не мог.

- Понял, босс.

- Выполнять!

Скинул вызов и бездумно уставился в окно, тупо смотря на мелькающие пальмы, разбросанные тут и там домики. И павлинов, что были в этой стране вместо голубей.

- Как она умудрилась-то на самолет сесть, босс? – спросил меня вдруг охранник, – Мы же всех проверили.

- Значит не всех, – буркнул я, – видимо через другой гейт зашла.

- Но как? – спросил удивленно второй.

- Жопой об косяк, Гена! – снова вспылил я, – Волшебным, мать её, образом. Точно так же, как и вы ее проглядели, так и она смылась.

И оба тут же заглохли, виновато втягивая головы в плечи. А я принялся отправлять начальнику службы безопасности фотографии Леры, чтобы он выцепил ее по прилету в Москву.

Вот только спустя девять часов Валера доложил мне, что мою девчонку прямо в аэропорту встречает какой-то смертник.

О, голубчик видать пожаловал. Ну, этому и яйца оторвать не жалко, всё равно они ему нахрен не нужны.

- Он прямо сейчас рядом с ней? – стиснул я руки в кулаки.

- Да, просит поговорить с ним.

- А она?

- А она морозится. В уборную топает. Рядом еще две бабуси какие-то трутся.

- Так, ну ладно. Пока ее нет, объясните парню, чтобы он больше не отсвечивал рядом с девушкой. Иначе будут последствия.

- Понял. Отзвонюсь.

- Погоди, – тормознул я.

- Слушаю.

- Как она вообще?

- Я ее даже не узнал сначала по тем фотографиям, что вы прислали.

- Почему?

- Ну, она зарёванная вся.

- Услышал. Ладно, до связи и берегите мне её.

Зареванная…

За ребрами что-то неприятно завозилось. Ни то жалость, ни то чувство вины. Ну, а хера ли она хотела? Нечего было нос свой любопытный в чужие телефоны совать! Сидела бы сейчас рядом со мной счастливая и затраханная, а не вот это во всё. Бабы! Накопают на свою голову правду, а потом ревут в три ручья, не зная, что дальше с ней делать.

Еще через минут сорок, Валера снова вышел на связь.

- Ну что там? – нетерпеливо вышагивал я по палубе яхты, приговаривая очередную за этот долгий день сигарету.

- Данила Александрович, не послушался парень. Пришлось ему все-таки руку сломать.

- А он что? – ухмыльнулся я.

- А он тупой, Данила Александрович, – тягостно вздохнул мужик.

- Ну так вы вторую руку ему сломайте, до него и дойдет. А не дойдет, так у него еще ноги есть. Их тоже можно сломать, да еще и в двух местах, чтобы эффект был максимальный.

- Понял. Принял.

- Валера?

- Да?

- Пробейте мне за этого полупокера все.

- А-а?

- Чисто поржать, Валер. Давай, делай…

И уже к вечеру следующего дня у меня на руках была вся информация по Валерии Дмитриевне Райской и её бывшем женижке-пидерасте, который и по сей день обитал с ненаглядным в своей собственной квартире.

Так погодите, а Лера же говорила, что он жилье снимал. Как так? Перепроверил информацию, но все верно – жилплощадь, в которой проживал Шибаев Денис Валентинович была выделена ему государством как сироте почти сразу же после выпуска из детского дома.

Заржал в голос и покачал головой.

Красавчик вообще. Невеста по общагам скитается, а он ей напиздел с три короба и в ус не дует.

Бля, ну что за мерзость, а? Хотя, чему я удивляюсь? Какой человек – такие и поступки. Не мужик же, в конце-то концов, а так – баба с