Я не ее копия - Евгения Чащина

коже становится больно, и углубляет поцелуй, силой размыкая мои губы и скользя языком внутрь моего рта. Рта, который должен немедленно раскрыться и сказать, что это всё неправильно и не нужно. Но я позволяю себе затянуть это буквально на минуту, минуту, о которой потом пожалею. Я должна была уйти из этого дома, помня последний поцелуй, который подарил мне муж, на губах. А я… Каждый раз в одно и тоже болото. Он как моё личное проклятие, которое всегда будет напоминать о том, какая я дура на самом деле, и как люблю обманывать себя.

Потому что я же люблю его. И всегда любила. И даже мой муж знал это. Но он любил меня вопреки этому. Он был выше своего эгоизма, и мне стоит брать с него пример.

— Малыш, ты же об этом пожалеешь, — выдыхаю у его губ, разрывая поцелуй.

Я чувствую, как напряжено его тело. Понимаю, что один неправильный шаг, и он завалит меня на лопатки бездумно и жадно. И спасаю его от этого.

— Нам нужно спешить, человек задерживается на работе из-за нас, не нужно злоупотреблять добротой.

— Прости.

Я ничего не отвечаю, киваю и аккуратно выбираюсь из его рук. Это было мило. Лишним, но милый способ сказать прощай.

Возвращаюсь в свою комнату, забираю пакет с вещами и бросаю последний, быстрый взгляд на эти светлые стены. Понимаю, что в моей голове действительно происходит то самое закрытие главы, о котором многие могут лишь мечтать, и оно даётся мне легко. Потеря Коли сильно ударила по мне. Но он научил меня, что любовь не знает эгоизма, и я благодарна ему за все уроки, которые он успел мне преподать. Он определенно был моим ангелом-хранителем на земле, а теперь он там, где ему и место — с другими ангелами, я была абсолютно уверена в этом. И я знала, что всю жизнь пронесу в своём сердце светлую память о нём.

Поэтому когда я зашла в нашу квартиру, мне не было больно. Я подошла, взяла его футболку, вдохнула изо всех сил его запах и поцеловала ткань. Прижала ее к себе, чтобы почувствовать его объятия и тепло. Мне многое предстоит, мой медведь, и без твоих обнимашек я не справлюсь.

Проснулась ни свет ни заря, заварила кофе и листала закладки в браузере, которые сделала, мониторя сюрприз мужу на годовщину, когда зазвонил мобильный телефон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Следователь.

Странно, мы ведь были у него вчера с Лёшей. Доехали в тишине, каждый в своих мыслях, там поговорили, всё обсудили, всё рассказали, но он покачал головой и сказал, что зацепки слишком слабые и дело, скорее всего, все равно будет закрыто. Но он сделает все, что может.

Потом Лёша так же молча отвёз меня домой и ещё одно дело было закрыто для меня.

И вот неожиданный звонок.

— Да?

— Василиса Вадимовна? У нас есть новая зацепка. Вы должны присесть и выслушать меня очень внимательно…

31 глава

Алексей

Чертова связь. И как быть? Сижу словно йети в пещере боюсь выткнуться на улицу, где усиливается ветер и несёт снег. Мой арендованный автомобиль — крутой внедорожник, но что-то я сделал не так, если злостно пробуксовывало колесо.

Как далеко к тому домику, где прячется она, моя беглянка? Моя злость подсказывает, что сидеть и ждать ночи неразумно. Лопаты у меня нет, откопаться я не смогу. Нужно вываливать свою задницу из теплого салона и пытаться искать связь. Пытаюсь посчитать расстояние, которое осталось впереди. Если выйду сейчас, то при такой видимости доберусь за час. Главное до того, как резко потемнеет. Ночи в горах начинаются рано. Я это знал. Был готов к поездке и одет соответственно. На мне теплый комбинезон Коламбия, парка, перчатки и все, необходимые для экстренных обстоятельств, предметы. Вот только сука лопаты не оказалось. Как так? Я городской житель, мне это никогда не требовалось, но здесь. Шагаев, ты стареешь. А впрочем, я просто был растерян. Собирался впопыхах, пока обрабатывал информацию и пытался унять негодованием, которое копилось долгие три месяца отчаянных поисков.

Уехала. Неизвестно куда. Не предупредила. Так не делают. Это неразумно. В то утро я просто врос на пороге ее квартиры, когда понял, что Василисы нет и не будет. Соседка любезно рассказала о том, что девушка куда-то поспешно уезжала с несколькими чемоданами.

Не время. Сейчас не время возвращаться мыслями в те три месяца ада, в которые превратилась моя жизнь, пока лучшие детективы искали ниточки, за которые можно зацепиться. След терялся в Варшаве, а потом пустота. Словно сквозь землю провалилась. Жива? Это единственное, что волновало каждую нервную клетку. Я голову откручу этой вздорной девчонке за те нервы, которые испортил за эти длинные девяносто дней. После шестидесяти дней стало легче. Не в плане душевного спокойствия. Нет.

Неожиданное сообщение из глубинки Италии в университет дало новый толчок для поисков. Вчера утром мне пришла ошеломительная новость: Василису отыскали. И вот стою на полпути к ее берлоге и понимаю, что скоро увижу ее. Что скажу первое, как только увижу? Голову отверчу или просто прижму к груди?

— Выметайся из машины, Шагаев, время бесценно в этой глуши.

Гоню себя словами и выхожу из машины, иду к багажнику, чтобы извлечь рюкзак.

Слышу вдалеке звук мотора. Кто-то едет. Шанс на спасение есть. Закрываю багажник и всматриваюсь в горный серпантин, по которому движется огромная Тойота. Этот вездеход точно моё спасение.

Я возвращаюсь в салон, завожу движок и включаю аварийку, чтобы дать понять, что мне нужна помощь.

Тойота останавливается перед моей машиной, оттуда выпрыгивает щуплый водитель в лыжном костюме. Практично.

Открываю дверь и вижу, что он уже открывает свой багажник и достаёт трос, чтоб взять на буксир. Вероятно, не первый раз буксирует кого-то в этих местах.

Выхожу из машины, водитель подходит ко мне, и женский голос на очень плохом итальянском предупреждает, что не знает языка, но поможет вытянуть машину.

Застываю, как вкопанный, в то время, как девчонка поднимает взгляд на меня и тоже застывает как вкопанная.

Несколько секунд слышны только порывы ветра и звук работающих двигателей наших авто. На ее лице растерянность и удивление. А затем она вдруг смотрит мимо меня, в салон моего автомобиля, и спрашивает:

— Ты один? А где Оля?

Просто стою и просто пялюсь на нее. Я врос ногами в заснеженную землю и понимаю, что нервно сжимаю пальцы в кулаки. Ее только это волнует? Оля? Ни привет, ни здравствуйте,