Не может быть - Лия Блэр

И еще… на время лечения воздержитесь от половых контактов.

— Спасибо. Обязательно, — Ветров кивнул и взял Олю за руку, уводя к выходу.

Про себя девушка думала, что стыд скоро станет обычным её состоянием рядом с шефом. Последние слова доктора витали в мозгах и от этого хотелось взвыть.

— Пристегнись, — Ветров занял место водителя и завел автомобиль.

До офиса ехать не больше двадцати минут. Очередная молчанка угнетала и давила. Оля перебирала пальцами и поджимала губы. Не так она планировала сообщить о своем интересном положении, но когда и кто спрашивал о ее желаниях? Видимо, с рождения не вписывалась в правильный порядок вещей.

— Позвонить не хочешь? — нарушил тишину Кирилл Андреевич.

— Кому? — удивилась Оля.

— Отцу ребенка, — логично предположил шеф, останавливаясь на светофоре и барабаня пальцами по кожаной оплетке руля. — Мужчина должен знать все, что происходит с его женщиной. Тем более беременной.

— Нет, — Смирнова поправила на себе полы кофты.

— Поссорились? — понимающе спросил Кирилл Андреевич и плавно повернул влево.

— Нет. Он не знает, — хотела сразу разъяснить все. Быть честной. И так долго скрывала правду.

В чем смысл играть в таинственность и недосказанность? Может и лучше оттолкнуть его. Не попадать в зону его доверия и заботы, от которых становилось мучительно. Если он будет держаться холодно и отчужденно, то и у нее не будет повода находить в нем каждый день новые качества, которые притягивают больше, сильнее. Сбивают с мыслей. Заставляют желать двигаться за ним, с ним, около него.

— Решать, конечно, тебе, но неправильно держать отца в неведении, — Ветров достал мобильник и прикрепил к держателю на панели.

— Все сложно… — откинула голову на подголовник Оля, возвращаясь мысленно в злополучную ночь.

— А когда было иначе? — усмехнулся шеф, пропуская помеху справа. — И все же ребенок должен знать своего отца, а отец должен иметь возможность помогать ребенку. Что бы между вами ни случилось.

— Кирилл Андреевич, дело…

— Давай договоримся, вне стен офиса просто Кирилл, — он улыбнулся, посмотрел на нее и подмигнул. — В свете последних событий мы вообще не посторонние люди.

— Хорошо, — не удержалась Оля и улыбнулась в ответ.

Конечно, по меркам Смирновой, он играл не по правилам. Вместо того чтобы осуждать ее и выказывать недовольство, тот оставался полным участия. Подобное щипало душу и грело одновременно.

“Почему же ты, такой хороший, не встретился мне раньше?” — в очередной раз вздыхала про себя Оля, глядя на начальника.

Рядом с ним было спокойно. Настолько, что ехать вот так рядом вечно — верх мечтаний. И как бы она ни искореняла жалость к себе, но это гадкое чувство вылезало на поверхность, вставая рядом с безответной любовью к Ветрову.

— Самое время пообедать, — он припарковался и разблокировал двери.

Кафе рядом с работой встретило ароматами свежей выпечки и хорошего кофе. Едва Оля втянула запахи, как в животе предательски заурчало.

Они облюбовали столик в углу у окна.

— Что будешь? — посмотрел он на нее поверх меню.

— На твой вкус, — сложила Оля руки на столе, разглядывая интерьер.

— Говорят, женщины в положении имеют свои пристрастия. Чему ты отдаешь предпочтение?

Вопрос поставил ее в тупик. По сути она всеядная, но именно сейчас впервые задумалась об этой стороне беременности.

— Мяса и соленых помидоров, — улыбнулась и сглотнула. Как собака Павлова, точно.

— Принято, — усмехнулся Ветров.

Сделав заказ, Кирилл извинился и отошел. Оля наблюдала в окно, как начальник вышагивает взад-вперед у входа, что-то бурно обсуждая по телефону. К моменту его возвращения еда уже была расставлена на столе услужливым официантом.

— Извини. Проблемы с поставкой оборудования для нового склада, — отложил в сторону гаджет шеф.

— Что-то серьезное? Может быть, поехать в офис, а еду забрать с собой?

— Не выдумывай. Ешь.

Обед проходил за легкой беседой. Ветров рассказал о предстоящих переговорах, новом программном обеспечении, о предстоящей командировке через пару месяцев. Оля поделилась своими наблюдениями относительно неудобства корпоративного транспорта, бесконтрольной канцелярки в офисе и желанием побывать на Аляске.

— Никак не могу привыкнуть к зрелищу, — тихо засмеялся Ветров, делая глоток кофе.

— Какому…зрелищу? — спросила Оля, замерев с вилкой в руке.

Порции, конечно, были огромные. И пусть Оля не ела по привычке быстро, но все же не оставила ни кусочка от стейка и соленьев, похожих на домашние.

— Ни разу не видел девушку с таким аппетитом.

— Это не мой аппетит… а ребенка, — Оля сложила приборы в тарелку, промокнула губы салфеткой и сделала глоток сока.

— Ты говорила, что живешь одна. Не думала, как будешь справляться потом, когда родишь? Если не хочешь отношений с отцом ребенка — твое дело, но помощь тебе точно не помешает, — рассуждал Ветров.

— Все вы верно говорите, Кирилл Андреевич….

— Кирилл, — поправил ее тот.

— Прости. Сложно привыкнуть. Все верно говоришь, Кирилл. Только ситуация у меня не… как бы мягче сказать… нестандартная.

— В чем же ее нестандартность? — последнее слово он особо выделил. — Обычно дети появляются из самой что ни на есть стандартной ситуации. Причины разрыва у всех разные, а суть одна.

— Отец ребенка не знает, что переспал со мной и, как следствие, не знает о ребенке, — Оля удовлетворенно облокотилась на спинку диванчика. Впервые появилось ощущение, что живот мешает. — Я провела свою первую и единственную ночь сказочно, но вспоминать о ней не хочу.

«Вот теперь он обязан смотреть на меня как на прокаженную идиотку», — думала Оля. Совершенно неприемлемо вести подобный диалог с шефом, но раз он сам этого хочет, то кто она, чтобы казаться… лучше?

— Зачем тогда провела ночь? — поинтересовался Ветров.

— По медицинским показателям, — в очередной раз вспомнив свое оглушительное грехопадение, Оля поморщилась. — Одним словом, проклята я… как говорит моя подруга.

— Да уж, попал парень. Не хотел бы я оказаться на его месте. Не думала избавиться от ребенка? — осторожно спросил Кирилл и, кажется, напрягся в ожидании ответа.

— Ни разу, — честно ответила Оля. — Это мой ребенок. Будь он даже от Квазимодо — все равно бы родила. Считаешь, я дура?

— Нет. Ну, может, чуть-чуть. Скорее смелая.

— Почему ты не женат? —