Сопротивляйся, Елена, мне нравится - Наталья Соболевская

тот ест после напряжённого рабочего дня - это святая обязанность каждой женщины. Привыкай.

- Можно подумать, я не работала, а в СПА салоне прохлаждалась, - фыркнула девушка. - И в этом доме нет твоей женщины, есть только та. что принудительно и совершенно непонятно для чего тебя терпит.

- Что не моя, это временно, а насчет работы, зачем она тебе? Продай завод в ателье найми управляющего, - прикололся я но девушка так разозлилась, что не поняла, и меня понесло дальше. - Наведывайся туда так. ради развлечения, и сиди дома. Копи силы на вечер, чтобы потом не грузить меня трудовыми буднями. Проблем-то. Я нас как-нибудь прокормлю, за это ты не переживай. - закончил я. и моя Елена Прекрасная превратилась в Елену Огнедышащую и от негодования пыхтела так, что ещё чуть-чуть - и дым из ушей повалит.

- Вот, вот, - перед моим носом нарисовался Лялькин палец. Если бы не увернулся, она бы мне им глаз выколола. - Я об этом и говорю. Ты искренне веришь, что всегда главный, что твоё слово - неоспоримый закон, тебе все должны подчиняться и слушаться. А самое отвратительное - ты считаешь, что все мы. - Лялька похлопала себя по г руд я - не полноценные люди, а так, довесок к мужчине. Сиди дома, силы копи, - смешно передразнила меня моя девочка и поклонилась. - Спасибо, благодетель.

- Всё, всё, - подняв руки, остановил я Ляльку. - Шучу, не заставлю я тебя в четырёх стенах киснуть, - как-то коряво выразил я свою мысль.

- Шутит он. Как же! Ты только что сказал так, словно работать мне или нет, решать тебе. И отчасти это даже не твоя виня с пелёнок привык всё получать просто так. Посмотрела бы я на тебя родись ты в обычной среднестатистической семье. Не сносил бы ты чужие заводы, а в поте лица на них вкалывал.

- Ленка, - хохотнул я - ты сейчас вменяешь мне то, в чём виновата сама. Или ты, может быть, в обычную школу ходила, или когда в институте училась, в общаге ютилась, или по собеседованиям на работу круглыми сутками бегала, а тебя из-за отсутствия опыта не брали? Нет! Твой отец крепко стоял на ногах и обеспечил тебе жизнь принцессы, которой ты, к слову, живешь до сих пор и не знаешь, что такое съемная комната с клопами и пачка заваренной лапши на завтрак, обед и ужин.

- Как будто ты знаешь, мальчик из золотой люльки, - с вызовом бросил Лялька.

- Поверь, знаю и не понаслышке.

- Заливаетесь, вы однако, Вадим Александрович, соловьём, - усомнилась Лена и, хитро улыбнувшись, напомнила: - Я хорошо и тебя, и твою семью изучила, в нете не упоминалось ни о каких ваших финансовых сложностях, а говорилось лишь об одном сплошном процветании.

- В нашей семье на моей памяти и правда никогда не было проблем с деньгами, - начал я исповедоваться. - Зато была другая проблема - с моим воспитанием. Отец кардинально подошёл к вопросу. Когда мне стукнул двадцать один год мы справили это событие с размахом, родители ой как недурно потратились, а утром после дня рождения, дабы сын нюхнул суровых будней, папик выставил меня за улицу. Заблокировал все карты, отобрал ключи от машины, а напоследок сказал: «Жду тебя, сын, когда самостоятельно добьёшься успеха, да такого, чтобы я без сомнений доверил тебе свой бизнес. И пока на ноги не встанешь, чтобы твоего мажористого наглого духа я и на пороге не видел, прогоню».

- Как жестоко! - охнула Лена и от ужаса прикрыла рот ладонью.

За переживала маленькая за меня. Приятно.

- Да, но он оказал мне самую большую услугу в жизни. Вовремя помог сориентироваться в окружении и в том, чего хочу. Прежние тусовки стали мне не по карману, и парни, которых я считал закадычными друзьями, перестали даже звонить. Девушка продержалась чуть дольше, но после пары месяцев ей надоели свидания во дворе на лавочке или в убогой однушке, которую я мог себе позволить снять, и она преспокойно, вильнув хвостом, меня бросила. Остался только Димка, причём до того, как отец лишил меня средств, не особо мы и общались, но проверку прошёл только он. Вот тогда-то иллюзии, что я король жизни и всем поголовно есть до меня дело, а девчонки абсолютно все от меня без умя развеялись. На деле вышло, что без отцовского капитала ноль я без палки.

Лялька слушала с неподдельным интересом, открыв рот, и даже на Комка, что тёрся возле её ног, не обращала внимания.

- И сколько лет вы не общались с отцом?

- Несколько месяцев, но вот предложения возглавить его компанию я ждал долгих пять лет.

Девушка опустила глаза и тяжело вздохнула.

- Если бы я оказалась на твоем месте, до пенсии бы не дождалась.

- И у меня казусы случались. - Я не хотел рассказывать эту часть истории, но Лена так расстроилась. - Например, на первой работе по специальности я с треском провалился, и меня уволили. - Кто конкретно уволил и за что, я опустил. Узнает и подумает, что я личную вендетту её заводу устраиваю.

- А за что уволили? - жалостливо спросила девушка.

- Поверь, было за что. И так слишком разоткровенничался, можно хоть о позоре умолчать? - отшутился я, а Лена нежно накрыло мою руку своей.

- Что бы ты ни рассказал, уверена, в конце это в любом случае станет историей успеха.

Вот те раз. я её как только ни пытался впечатлить и всё мимо, а тут без задней мысли правду сказал и в яблочко. Молодчага, Вадимка.

Воспользовался моментом и, рискуя спугнуть первую добровольную ласку с Лялькиной стороны, потянул её ладонь на себя и подался вперёд. Чем чёрт не шутит, может, ещё что-нибудь урву. В кровать она меня сегодня, конечно, вряд ли пригласит, но я буду рад хоть чему.

Облом, Лена выдернула руку, суетливо заёрзала на стуле и прикрылась, взяв на колени щенка.

- Поздно уже, - сказала девушка и встала. - Я спать.

«Иди, сладкая моя, а я дождусь, когда ты уснёшь, и опять к тебе приду», - подумал я и проводил Ленку и её шикарную попу взглядом.

- Хреновые новости, - с порога начал Димон. - Симка, с которой писали твоей красавице, левая, оформлена на какого-то бомжа, его и в живых то