Тайная семья моего мужа (СИ) - Борн Амелия

Ощущение, что ему все это важно.

- Хотела стать журналисткой. Поездить по миру, увидеть новые места, людей, культуру…

Я продолжила рассказывать, хотя вовсе не собиралась отвечать столь подробно. Но чувство, что он слушает меня, а главное - слышит, толкало на то, чтобы делиться с ним сокровенным, чтобы быть куда более откровенной, чем хотелось изначально…

Мы едва касались друг друга физически: там, где пересекались наши руки; но в этот момент я ощущала, будто он прикасался ко мне куда интимнее: к самой душе…

Наверно, я могла бы говорить так еще долго. И еще дольше - впитывать внимание, которое он мне дарил, и которого мне, как оказалось, так не хватало. Но в коридоре вдруг послышался какой-то шум, ругательства, причитания…

Рамиль одним плавным движением поднялся на ноги, приоткрыл дверь и спросил кого-то, кого я не могла видеть:

- Что случилось?..

Глава 50

Жизнь состоит из случайностей. Счастливых и несчастливых.

Несчастливые ведут к краху, бьют по голове в тот момент, когда ты этого совсем не ждешь. Как тогда, в больнице, где впервые встретила любовницу мужа…

Счастливые же тоже могут перевернуть всю твою жизнь, но совсем в ином ключе. Ими только нужно суметь воспользоваться.

Нет, даже не так. Нужно отважиться на то, чтобы ими воспользоваться.

Это я поняла в тот самый поздний вечер, когда наш тихий с Рамилем разговор был так резко и внезапно прерван.

Чужое вмешательство рассеяло, разрушило волшебство и магию момента, этой нежданной и откровенной беседы по душам… Словно очнувшись ото сна, я поднялась на ноги и принялась собираться домой. Но происходивший в коридоре диалог доносился до меня, вынуждая невольно прислушиваться…

- Все пропало! - восклицал нервно чей-то голос, искаженный паникой. Не сразу, но я узнала в нем одного из работников пресс-службы клуба - Колю.

- Кончай рефлексировать и объясни все толком, - строго прервал его Рамиль.

Его голос звучал твердо, уверенно, невозмутимо, будто у него были ответы и решения на все вопросы, на все проблемы. Я вдруг поймала себя на том, что он всегда говорил именно так. Словно для него не существовало невыполнимых задач, неразрешимых дел…

Ему хотелось довериться. Хотелось поверить. На него можно было… опереться. И точно знать, что эта опора не покачнется, не рухнет, не подведет.

Я прожила в браке шестнадцать лет, считая себя защищенной, считая за мужем, как за каменной стеной. Но только сейчас понимала разницу между настоящей надежностью и неволей, облаченной в маску заботы.

Рамиль ничего не навязывал, ни к чему не подталкивал, он просто был готов протянуть руку тогда, когда это действительно нужно или направить в верном направлении, когда сама уже не видишь дороги. В нем не было эгоизма, в его поступках отсутствовало преследование своих собственных целей. И этот контраст между ним и моей прошлой жизнью, теми отношениями, к которым привыкла за эти годы так, что все происходящее казалось естественным и нормальным, сейчас попросту поражал, почти шокировал…

- Наш редактор не выходит на связь! - тем временем, чуть успокоившись, наконец объяснил Николай. - Я не могу больше ни до кого дозвониться в такое время… Мы завтра не выпустим программки!

Я не очень понимала, что такого страшного случится, если эти программки не выйдут, но, видимо, это было и в самом деле серьезной проблемой, если учитывать, как он нервничал.

- Ясно, - протянул Рамиль.

Прошло несколько секунд, в течение которых он, видимо, о чем-то размышлял. Я устало убрала рабочую одежду в шкафчик и развернулась к выходу, чтобы направиться наконец домой, когда фигура Рамиля вновь выросла на пороге.

- Лидия, ты нам не поможешь?

Я едва видела его лицо, но почему-то в этот момент мне показалось, что он улыбается.

- Как? - спросила, не понимая, чего он от меня хочет.

- Нужно подредактировать текст для завтрашнего выпуска наших клубных брошюр.

Я растерялась, беспомощно развела руками:

- Но я же не…

Голова Коли показалась из-за двери. В комнате резко вспыхнул свет, заставляя меня зажмуриться, непонимающе проморгаться…

- У вас есть опыт подобной работы? Соответствующее образование?

Глаза Николая за стеклами очков смотрели на меня с подозрением, но голос звучал почти умоляюще, словно он буквально хотел, чтобы я ему солгала…

- Нет… - призналась честно.

Рамиль вмешался в наш разговор, уверенным тоном напомнил:

- Ты говорила мне сейчас, что писала статьи для одного издания.

- Да, но это было давно…

- Все пропало, - едва ли не взвыл в очередной раз Коля.

Рука Рамиля легла на его плечо, требовательно сжала.

- Слушай, у нас все равно нет выбора, так что почему бы не рискнуть? И уж поверь мне - нет никого более грамотного, чем мама двоих детей-школьников.

Последние слова он произнес шутя, но смотрел при этом по-прежнему твердо и уверенно. Коля замер, а потом безнадежно махнул рукой:

- Ладно…

Рамиль шагнул ближе ко мне, протянул руку:

- Пойдем. Ничего не бойся. Если возникнут какие-то вопросы - я всегда помогу.

До конца не сознавая, что именно делаю, я автоматически протянула руку ему в ответ. Даже не понимая на что соглашаюсь, но с непоколебимым чувством, что просто должна довериться…

Потому что он не подведет.

Вернулась домой я уже под утро.

Усталая, без сил, но с приятным чувством, что смогла принести кому-то пользу. И с надеждой на то, что все сделала, как надо.

Рамиль провел со мной рядом почти полночи и ушел только тогда, когда убедился, что я со всем разобралась. И только для того, чтобы под утро появиться снова и отправить меня с клубным водителем домой: сам он не имел права покидать расположение базы, а отпускать в такое время одну наотрез отказался.

Едва передвигая ноги, я дошла до кухни, чтобы выпить стакан воды. За окном стелился предрассветный туман, делая все вокруг каким-то отрешенным и нереальным…

Я медленно пила воду, рассеянно бродя взглядом по знакомой уже обстановке. Сколько уже мы вот так гостили у Лены? Должно быть, недели две или больше... Я очень надеялась, что первая зарплата наконец позволит мне слезть с шеи подруги, ощутить собственную почву под ногами…

Блуждающий взгляд вдруг наткнулся на белые листы бумаги, лежавшие поверх моего старенького ноутбука. Я была абсолютно уверена, что не оставляла их здесь, а потому подняла, чтобы посмотреть, что это…

Рукой Алины была наспех начертана записка:

«Мамочка! Я попыталась вспомнить и набросать все, что ты рассказывала мне о приключениях мистера Даррелла. Очень хочу, чтобы ты записала эти истории так, как умеешь».

Я пробежалась глазами по напечатанному тексту, где Алина указывала все, что помнила: не в художественном, конечно, изложении - просто важные детали, места, моменты…

Перед глазами сами собой оживали картинки того, что я когда-то сочинила для своей девочки…

Для отвлечения и утешения ребенка, который умирал. Но Алина, к счастью, благополучно перенесла операцию и теперь у нее впереди были еще долгие и, как я верила, счастливые годы, а я…

А мне показалось вдруг: я просто не имею права это все не записать, не оживить, не вспомнить… Может, однажды эти рассказы о приключениях непоседливого енота помогут кому-то еще?..

Спешно открыв свой ноутбук, я села за стол и принялась печатать…

Глава 51

Некоторое время спустя

Слава жил с ними вот уже почти месяц.

Первичная, запретная радость от того, что он все же пришел, пусть даже не сознательно выбрав ее, а только когда лишился привычной жизни, теперь постепенно сменялась даже не то, чтобы разочарованием - жгучей болью, агонией от того, как все у них теперь происходило.

Нет, бытовуха ее не пугала и не отталкивала. Она все так же ходила на работу, как и до его переезда к ним, все так же отводила и приводила Артема в садик и из садика, просто теперь заботилась и еще об одном человеке.