Капкан для бешеного (СИ) - Еленина Юлия

Вчерашнее смс было написано, конечно же, на эмоциях. Бессвязное какое-то. И слишком глупое. Но, скорее всего, Феликс воспринял его буквально. И вот итог.

— Лика, ты идешь или будешь пялиться в окно? — спросила Маринка, открыв дверь.

— Иду, — я печально выдохнула, но, выходя, все равно оглядывалась по сторонам.

Как раньше хмурилась, видя этот чертов внедорожник поблизости, так теперь разочарованно вздыхала. Да, приоритеты меняются. И вместо радости наступает боль разочарования.

Но я все еще не отчаивалась. И оклик ждала, когда заходила в здание. Одна ступенька, вторая, третья. Дверь центрального входа, дежурный, который нас поприветствовал. Я надеялась и ждала, что Феликс ворвется в отделение. Или даже в операционную посреди рабочего дня. Его-то вряд ли что могло остановить. Уж точно не наша охрана.

Но ничего не происходило… И это добило меня окончательно.

Весь день я действовала на автомате, а мой оптимизм медленно, но уверено угасал. Когда появлялась в ординаторской, смотрела на экран телефона, который включила сразу же, как только на работу приехала. Бросалась на каждое оповещение, как бык на красную тряпку.

«А у самой сил не хватает?» — хихикал в такие моменты мой язвительный внутренний друг, вызывая у меня сначала волну раздражения, а после очередной поток нецензурных выражений.

Реклама, мама, снова сообщение от мобильного оператора какой-то… Ничего, что принесло бы покой моей душе. Маме я, конечно, ответила, что на работе и очень занята. Позже перезвоню. Сейчас не в состоянии вести с ней длительные беседы. По голосу ведь поймет, что я расстроена. Вряд ли мой дражайший родственник решил ее подключить.

К концу смены я была вымотана не столько работой, сколько своими метаниями. Желала лишь одного — чтобы бараны упрямые провалились сквозь землю.

И больше не попадались мне на пути.

— Лик, едем домой? — заглянула сдавшая пост Маринка в ординаторскую.

— Да, — полная решимости, я поднялась и на ходу начала расстегивать халат.

Пошли они в задницу — и Феликс, и мой папаша. Не собираюсь больше слушать ни угрозы одного, ни оправдания другого. Хотя со вторым проблема, для начала не мешало хотя бы услышать его голос.

А после уж решать, что делать.

— До завтра! — мы с Маринкой в один голос ответили дежурному на входе и вышли на улицу.

Да так и замерли на пороге. Вдвоем.

Прямо перед центральным входом стоял знакомый внедорожник. С открытой задней дверью.

Секунда, вторая, третья… Мое сердце пропускает парочку ударов… Маринка тихо скулит:

— Приплыли!

Я мысленно с ней соглашаюсь, так как физиономия Феликса не предвещает ничего хорошего.

Набираю полные легкие воздуха, раз уж решила быть смелой, и начинаю спуск со ступенек.

Ноги слегка подкашиваются, но я все равно двигаюсь вперед. Мы пожираем с Феликсом друг друга глазами. Оба не желаем уступать друг другу. Я чувствую, как он взбешен, хотя так и не понимаю причины.

Мое глупое смс? Так верить ему действительно очень и очень глупо. И Феликс полный идиот, если повелся.

Хотя остается еще папаша. Интересно, чем он взял?

Глава 44

Феликс

Я все еще взбешен, но уже пороть горячку не стану. Вроде и остыл за это время, да и Лике дал возможность успокоиться окончательно. Ее смс всерьез не воспринял, хотя первоначально было оторвать ей голову.

За то, что решила все за нас двоих. И не дала мне даже шанса хоть как-то оправдаться.

— Садись, — открыл перед Ликой дверь внедорожника.

Да, милая, нам придется поговорить, хочешь ты того или нет. Сейчас я уже осознал, что у женщин эмоции идут первым номером, опережая и здравый смысл, и обычную логику. Стоит ли их в этом винить? Думаю, все-таки придется смириться с этим прискорбным фактом, иначе мы не договоримся.

А мне сейчас крайней важно понять, что это хмырь престарелый наговорил моей девочке. Поэтому мои эмоции уж точно будут лишними…

— Феликс…

— Лика, не провоцируй, — покачал головой, стараясь говорить максимально спокойно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Хотя внутри все горело и бушевало, так хотелось кому-то голову оторвать. Нет, не моей малышке, а старому авторитету, гореть бы ему в аду! Так и хочется наплевать на временное перемирие и грохнуть этого идиота.

Чтобы жизнь не ломал — ни мне, ни своей…

А моя Малинка смотрела так, что я сейчас готов был утонуть в этих шоколадных глазах и забыть обо всем. Даже простить Савелию все его предыдущие грехи одним махом. Утащить бы ее в свою берлогу и не выпускать оттуда. Как минимум неделю. А то и месяц.

Но, увы, возвращение в наш грешный мир неизбежно. И к этому надо привыкнуть — к тому, что реальность бьет больно. Иногда по голове, часто под дых, но в большинстве случаев пытается сломать тебя. Но не стоит подаваться на провокации — надо вставать и идти дальше, решая проблемы.

Этому меня научил Руслан, хоть иногда в порыве бешеной скачки я забываю о самом простом правиле. Именно мой друг, когда я уже прикидывал, как лучше грохнуть Савелия, спросил:

— Феликс, отключи эмоции и спроси себя, — пауза и его пристальный взгляд. — Где связь?

— Какая связь? — я взревел, как раненый зверь, желая окончательно разнести здесь все к чертовой матери. — Неужели непонятно? Он, — я запнулся, так как слова давались с трудом. — С ней спит! — выдал на одном дыхании, как будто кислород закончился.

Снова опрокинул что-то, еще оставшееся целым, и забарабанил кулаками по стене. Мне бы хладнокровие Руслана, пока он с интересом, как будто анализируя, наблюдал за мной. Наконец даже мой бешеный зверь успокоился, и я опустился на пол, закурив прямо в кабинете.

— Я вижу, ты готов включить мозги, — произнес мой друг с присущей ему ноткой дерзости в этом океане спокойствия. — А теперь думай, Феликс, думай. Она Анжелика Сергеевна, по возрасту подходит. И за год до ее рождения Савелий только откинулся. Связь улавливаешь? — для достоверности Руслан еще пощелкал пальцами перед моим носом.

Я поморщился, но понял, что он имеет в виду. Да, мне действительно надо было успокоиться и понять. Все же очевидно!

— То есть, — сказал я тогда Руслану, — она его дочь.

— Наконец-то, дружище, ты остыл, — усмехнулся он.

— Вполне логично, хоть и слишком уж фантастично звучит, — я выпусти струйку дыма.

— Чего в нашей жизни только не бывает…

И теперь я был почти само спокойствие. Открыл дверь перед сомневающейся Малинкой, по которой чертовски соскучился. А была бы моя воля — в охапку схватил бы и уволок в свою пещеру.

Слишком уж настороженно двигалась, будто взвешивала каждый шаг. Но я видел в ее глазах, что она была рада меня увидеть.

Или мне так только показалось?

Черт, устал очень. Даже желаемое начинаю выдавать за действительное, забывая думать рационально. Мне бы отдохнуть. Желательно рядом с моей Малинкой.

Только вот по глазам вижу — не верит.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала одними губами, когда уселась со мной рядом и перевела на меня взгляд.

— Прогуляйся! — проревел начальнику безопасности, который в последнее время исполнял роль моего водителя. Времена нынче тяжелые, приходится доверять только проверенным людям. — Какого черта, Анжелика? — спросил, давая понять, что не шучу, когда за мужчиной захлопнулась дверь.

Девушка как-то вскользь упомянула, что так ее назвала мама в честь своей любимой героини. Что там за героиня, я, конечно, не знал, но погуглил. Оказывается, там целая серия, которая начинается с книги «Анжелика — маркиза ангелов». Моей Анжелике этот титул не подходил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Она лучше.

И да, малышка не любила свое полное имя. Как говорила, слишком пафосно звучит. Предпочитала Лика, а я ее звал Малинкой. Но сейчас специально так обратился, чтобы показать, что ли, насколько все серьезно.

Я понимал, что Савелий только угрожает — никто из-за нее развяжет войну, но все равно надо все решить здесь и сейчас.