Швабра и шампанское, или Танцуют все! (СИ) - Гринь Ульяна Игоревна

Кир остановил машину у Зоиного дома, заглушил мотор, но оставил греть печку. Потом взял бутылку, откупорил осторожно, чтобы не стрельнула:

— Ну что, Зой, за нас, что ли?

— А из чего пить будем, из горла? — усмехнулась она. Кир перегнулся через коробку передач и открыл бардачок:

— Бокалы.

— Ну ты подготовился! Молодец!

— Да они у меня уже года два тут лежат. Девственные…

Зоя чуть наклонила бокал, чтобы шампанское не пенилось, и предупредила:

— Неделя трезвости, не забудь.

— Я только один, — Кир наполнил второй бокал и поставил бутылку под ноги. — Не очень это люблю.

— Полная противоположность, — пробормотала Зоя, чокаясь.

— Что?

— Ничего. Прости ещё раз, что разбудила. А что про Тима сказали?

— Выпишут штраф и отпустят. Уже, небось, отпустили. Ты мне лучше расскажи, как ты с ним познакомилась?

— В баре. А что?

— Ничего, Зоя, — Кир осторожно коснулся её руки. — Я ничего не сказал. Хотя эта работа не для тебя.

— Это почему?

— Потому что ты не такая. Я думаю так.

Он подлил ей шампанского в бокал и улыбнулся:

— Неужели это твоё предназначение — работать в стрип-клубе?

Зоя отпила немного, подумала и ответила:

— Скажи, а тебе не всё равно?

— Нет, не всё равно. Поверь, мне не всё равно…

Он протянул руку и взял Зоины пальцы в свои. Погладил тихонько, невесомо, потом наклонился и поцеловал:

— Ты должна работать где-нибудь в кабинете, распечатывать письма, отвечать на телефонные звонки… Делать кофе, улыбаться, приносить документы на подпись! Понимаешь? Ты не должна драить чужую грязь и бухать шампанское с толстыми дрочерами!

Зоя усмехнулась, поддаваясь ласке его пальцев. Конечно, не должна. Она вообще должна сейчас в колледже где-нибудь учиться, на бухгалтера или юриста. Так хотел папа. Он говорил, что за этими профессиями будущее при условии, что ты учишься, а не спишь на лекциях… Он и деньги откладывал на случай, если Зоя не пройдёт по бюджетному плану. К сожалению, деньги ушли туда же, куда и магазин, и машина… А Зоя сама ходила в банк с мамой. Сняла деньги, отдала кредиторам и вздохнула свободно. Правда, после этого пришлось уйти из школы и начать работать, как мама не ругалась. Но чувствовала себя Зоя гораздо спокойнее. Чувствовала себя нужной, необходимой для своей семьи. А тут Кир… И Тим…

— Спасибо, конечно, — пробормотала Зоя. — Но не думаю, что так будет лучше.

— Соглашайся, Зой, честно. Я с папой поговорю — завтра у тебя будет работа.

Кир так и не выпустил её руку из своей. Смотрел, пытаясь поймать взгляд. Зоя аккуратно вытащила пальцы и уткнулась носом в бокал:

— Прости, но… не надо. Мы же договорились на завтра, да? Вот это работа. А всё остальное — подачка.

— Скажешь тоже! Подачка! Ну тебя. Я серьёзно предлагаю. А ты…

Зоя снова чокнулась своим бокалом об его:

— Ну, не обижайся. Между прочим, сегодня ты прошёл первый урок!

— Да?

— Да. Удивлять девушку неожиданными маленькими подарками.

И она погладила лепестки розы. Кир усмехнулся, отпивая глоток шампанского:

— Я вообще думал, что получу по морде.

— С чего бы?

— Ну, цвет не тот или шипы там…

— А что шипы?

— Не было у них роз без шипов.

— А обломать религия не позволяет? — засмеялась Зоя. Кир нахмурился:

— Обломать?

— Ты никогда не обламывал шипы у роз? Боже, какое у тебя было детство?!

Он засмеялся, потом посерьёзнел:

— Счастливое. Я учился, папе помогал в фирме… С десяти лет. Он меня водил везде, на встречи с поставщиками, с оптовиками, с банкирами… Готовил.

Зоя протянула руку в неожиданном порыве и погладила его по плечу, обтянутому серым кашемиром. Бедный мальчик, родившийся с золотой ложечкой во рту… А Кир склонил голову к её голове и тихо сказал:

— Я всё тебе дам, Зоя. Оставайся со мной.

— Второй урок, Кирилл, завтра будет по теме «Как предлагать девушке руку и сердце», — хихикнула она. — Перестань. Мне надо идти!

— Ты ещё не допила шампанское!

— А это обязательно?

— Условие такое было.

— Что-то не припомню, — качнула головой Зоя, но подставила бокал. Пузырьки взвились ото дна до самых краёв, она глотнула, ещё раз, а потом выпила до дна. И снова подставила бокал:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Давай по-быстрому, меня мама ждёт.

— Зой, а ведь я серьёзно с тобой говорю. Ты думаешь, Тим даст тебе что-то, кроме денег в баре? От него ты получишь тридцать процентов, а со мной, малыш, получишь много больше.

— Руку и сердце?

— Зой… Ты мне нравишься, малыш. Я вижу тебя в том платье от Парис Хилтон на благотворительном вечере и понимаю, что ты создана для этой жизни. Для хорошей жизни. Я могу тебе её обеспечить.

Шампанское снова полилось в бокал. Зоя улыбнулась. Вот братья… И Тим, и Кир… Оба одинаковые. Только первый исподтишка идёт, подарочками, курточкой, кроссиками, а второй рубит с плеча. Эх, ребята. Разве так надо? Разве уже не в моде простые ухаживания, стихи под луной, песни с посвящением по радио? Хотя нет, враньё, стихи под луной были. Тим читал. Зоя отпила шампанского и ответила:

— Кир, сегодня нет смысла об этом говорить. Мы же встречаемся завтра, да?

— В одиннадцать, у дома.

— Вот тогда и потолкуем по душам.

— Ты влюбилась в него, да?

— О чём ты?

— В Тимофея.

Зоя вздохнула, качая головой. Ну, что с ними делать? Как убедить? Или не убеждать? Или она влюбилась, а сама не заметила? В которого из двоих? Зоя проглотила шампанское и сказала:

— Не говори глупостей. Наливай.

Так она скоро станет алкоголичкой. А женский алкоголизм, говорят, неизлечим. Оба наливают, оба следят, чтобы она пила до дна. Неужели, трезвых девушек уже никто не любит? Выдохнув, она тихо добавила:

— Напьюсь сегодня… Может, возьмёт, наконец.

— Не надо напиваться, малыш, — Кир отставил бутылку и внезапно обнял Зою, прижал к себе: — Не надо так. Я совсем не это имел в виду!

В его руках было тепло, уютно, вкусно пахло каким-то модным стиральным порошком. Даже название вертелось на языке, но не приходило. Зое стало неудобно, просто потому что совсем недавно она была в объятьях Тима. И тоже чувствовала себя хорошо. Вот это называется — запуталась…

— Кир… Кирилл… Подожди.

Она осторожно освободилась и виновато взглянула на парня:

— Давай уже я прикончу эту бутылку, а ты спрашивай всё, что хочешь, потому что завтра я уже ничего тебе не скажу.

Он прищурился:

— А не упьёшься?

— А если даже упьюсь? Ты же обещал меня сдать под расписку!

— Твоя мама меня убьёт и закопает! — усмехнулся Кир, снова доставая бутылку. — Давай бокал, распутная девица!

— Я совсем не распутная! — оскорбилась Зоя, притворно дуя губы. — Я честная, хорошая, и, между прочим, это я буду готовить тебе обед завтра!

— А не проспишь?

— Не дождёшься!

Ещё один бокал — она даже не заметила вкуса. А Кир спросил:

— Ты спала с моим братом?

Зоя аж поперхнулась, глянув на парня широко раскрытыми глазами:

— Нет, подожди, я не это имела в виду, когда говорила: «спрашивай, что хочешь»!

— Слово не воробей, так что отвечай!

Зоя покачала головой. В принципе, вопрос не из тяжёлых, она опасалась других. Но раз Кира интересует именно это…

— Нет, я с ним не спала. Только рядом.

— Как это?

— Так это. Ты же вчера приходил к нему ночью?

— У меня два колеса спустило на Каменноостровском. До Тимки дошёл пешком, никак не мог открутить. А в телефоне батареи не было… Подстава. Подожди, а ты… откуда знаешь?

— А я в это время у Тима в ванной была, — коротко ответила Зоя и замолчала. Всё, хватит с него. Больше подробностей не будет.

— Нифига себе, — пробормотал Кир. — Это я вам всю малину испортил?

И в голосе его совсем не слышалось вины…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 15. Проклятая запеканка с сыром

Зоя проснулась от того, что кто-то тряс её за плечо. Едва продрала глаза, глянула — мама. И лицо такое взволнованное.