Дженет Таннер - Обман и желание

«Тебя что, заставляют все время кашлять? — спрашивала она. Перестань немедленно, иначе я с ума сойду!» О головных болях Дульсия всегда говорила, что они психосоматические.

«Она не может нас понять, — сказала однажды Роза. — У нее никогда ничего не болело». Она была права. Несмотря на совсем не богатырский вид, Дульсия обладала крепким здоровьем.

— Не знаю, откуда у тебя берутся эти боли, — презрительным тоном произнесла она. — Тебе следует сходить к доктору и что-то предпринять.

— Извини. — Мэгги слишком плохо себя чувствовала, чтобы вступать в дискуссию.

— Сделай это, пока ты тоже не исчезла, — надменно посоветовала Дульсия, намекая, что отсутствие Розы раздражает ее так же, как и мигрени Мэгги. — Когда я тебя увижу?

— Не знаю, — ответила Мэгги; терпение ее было на пределе. — В данный момент я прежде всего должна выяснить, что случилось с Розой. Я тебе перезвоню, обещаю.

Она положила трубку и почувствовала вину. Почему она позволяет себе сердиться на мать? Так было всегда — неконтролируемое раздражение и упреки в свой адрес. Неужели и у других людей так: одновременно любовь и ненависть к родителям? Нет, у Ари все по-другому. Он обожал мать и подчинялся ей беспрекословно.

В холле Мэгги заглянула в почтовый ящик, но ничего в нем не обнаружила. Затем допила чай и заварила свежий. Головная боль отступала, и Мэгги приободрилась. Она даже подумала, не съесть ли что-нибудь — консервированный суп или бобы. Заглянула в маленькую кладовку, и первое, что она там увидела, были ключи.

Запасные ключи от машины Розы. Ведь она обещала Майку отыскать их! И вот, пожалуйста, они сами по себе обнаружились. Мэгги решила повременить с супом и немедленно отправиться в Бристоль, проверить машину Розы. Она приняла душ, и теплая вода вернула ей силы. Отъезжая от дома, она все же решила ехать медленнее, чем обычно, поскольку голова немного гудела.

По дороге она размышляла о Майке, озадаченная тем влечением, которое вспыхнуло в ней вчера. Сегодня казалось, что это ей приснилось, а не произошло на самом деле. Попав в жуткую автомобильную пробку на въезде в город, Мэгги, не бывавшая в Бристоле столько лет, сосредоточенно вспоминала, какая полоса ведет к железнодорожной станции. На мосту были какие-то неясные дорожные знаки; разобравшись в них, она повернула к станции и увидела нужную ей автостоянку. Затем она тщательно осмотрела место и в конце концов отыскала машину Розы, припаркованную невдалеке.

Как она и ожидала, машина сияла чистотой. На заднем сидении лежали зонтик и шелковый шарфик (как же Роза любит шелковые шарфики!), коробочка с образцами тканей и замши у заднего стекла, дорожная карта и бумажник, в котором хранились различные квитанции техсервиса. И ничего, кроме этого. Мэгги переместилась на переднее сиденье, внимательно осмотрела доску приборов, покрытую тонким слоем пыли, пытаясь побороть растущее отчаяние. Это в духе Розы — не оставлять за собой ни соринки. В собственной машине Мэгги нашла бы уйму свидетельств, хотя и бесполезных, о том, как она провела предыдущую неделю: чеки, пустые коробки из-под сигарет, бумажки от конфет, пакетики из-под бумажных салфеток… Мэгги охнула от изумления, когда открыла пепельницу. Там не оказалось ни единого окурка — ну конечно, Роза ведь не курила, — лишь скрученная в трубочку квитанция с автостоянки двухнедельной давности. Если верить квитанции, то машина простояла четыре часа на стоянке в близлежащем городке Бат. Помимо этого в машине ничего не обнаружилось. Мэгги облокотилась одной рукой о спинку сиденья, а другой вцепилась в руль.

«Почему ты запарковала машину именно здесь? Куда ты отправилась? Когда же ты вернешься? Неужели ты не можешь сообщить мне, где находишься? Разве ты не понимаешь, что я за тебя волнуюсь?»

Неожиданно Мэгги приняла твердое решение. Она машинально вытянула ноги, как обычный водитель, отправляющийся в путь, но ноги ее не коснулись педалей. Мурашки пробежали по коже. Она села поудобнее и вновь вытянула ноги. Носки туфель едва достали до педали тормоза и сцепления. Изначальное инстинктивное подозрение получило подтверждение.

В таком положении Мэгги ни за что бы не смогла управлять машиной. Следовательно, Роза, которая к тому же была сантиметра на три-четыре ниже Мэгги, не могла сама вести машину. По мнению полиции, припаркованная у железнодорожной станции машина свидетельствовала о том, что Роза поехала куда-то дальше на поезде. На то ее воля, как говорили они. Но положение водительского сиденья доказывало один неоспоримый факт.

Кто бы ни пригнал сюда машину и ни оставил ее здесь, абсолютно очевидно — это была не Роза.

Выстроив такую логическую цепочку, Мэгги взглянула на часы. Ошеломленная сделанным открытием, она снова почувствовала головную боль; единственное, о чем она могла теперь думать — как бы поскорее поговорить с Майком.

Стрелки часов показывали 15.24 — вероятно, слишком поздно звонить ему в школу. Должно быть, она закрывается, когда заканчиваются уроки и звенит последний звонок. Уехал ли уже Майк? Уроков сейчас быть не должно, но он вполне мог задержаться, беседуя с коллегами или занимаясь дополнительно с учениками.

В жуткой спешке Мэгги закрыла машину Розы, быстрым шагом направилась к своей и через минуту ехала в послеобеденном потоке машин. Пробка у моста увеличилась, огромная, разрастающаяся пробка. Мэгги, ужасно нервничая, подогнала машину почти вплотную к стоявшей впереди и подумала, как было бы здорово, если бы перед ней вдруг оказался просвет. Она более или менее представляла, где находится школа Майка, но о том, где он живет, не имела ни малейшего понятия. Если его не окажется в школе, то отыскать его она не сможет. К тому же на вечер назначен ужин у Дины Маршалл, значит, и вечером она его не увидит.

За мостом дорога оказалась свободной. Мэгги нажала на педаль газа, разыскала нужную дорогу и вскоре заметила указатель «Школа». И все же она заблудилась, поскольку это было почти неизбежно: похожие друг на друга улицы, ряды одинаковых домов, небольшие пассажи с магазинами, несколько многоквартирных домов-высоток. Даже в самом спокойном состоянии духа никогда не сумела бы Мэгги отыскать школу. Две женщины с ручными тележками шли по улице. Мэгги окликнула их и попросила подсказать, где здесь школа. Рука ее так дрожала, что она никак не могла справиться с ручным тормозом.

Она вздохнула с облегчением, когда женщины объяснили, что школа, оказывается, находится за углом. Мэгги двинулась вперед и быстро добралась до ворот, на самом верху которых висела огромная вывеска. За воротами видны были грязно-серые здания и — трудно поверить — изумительная площадка для игры в крикет.