Сандра Даллас - Легкий флирт с тяжкими последствиями

Эта фотография и надпись стали поводом к непрекращающимся шуткам: Виппи Берд подтрунивала над Пинком, что его брак теперь в опасности. «Твое лицо мне кажется знакомым – не на Аллее ли Любви я тебя видел?» – подначивал меня Чик. Пинк пропускал их колкости мимо ушей, но решил, что такой снимок не должен затеряться, пошел в редакцию этого журнала и выпросил у них один экземпляр. Потом он вставил его в рамку под стеклом и подарил мне на день рождения. Эта фотография все еще стоит в моей комнате на камине, и недавно я даже поместила ее в новую рамку, в которой раньше была фотография Глена Форда, потому что он был другом Мэй-Анны.

Виппи Берд послала Мэй-Анне экземпляр этого журнала, а в письме прибавила, что ей теперь придется делить Бастера со мной, и Мэй-Анна немедленно отозвалась телеграммой: «ВСЕ МОЕ ПРИНАДЛЕЖИТ НЕСВЯТОЙ ТРОИЦЕ ТЧК ЛЮБЛЮ ЦЕЛУЮ МЭЙАННА».

Бастер потом рассказывал, что ему очень понравилась та поездка в Нью-Йорк и что быть знаменитым означает, оказывается, иметь возможность ехать в прямом поезде и кушать на обед сливочный пудинг. В тот раз они с Тони ехали в сидячем, но позже стали брать отдельное купе на двоих, а когда Бастер стал чемпионом, у него даже появился свой вагон, который для него арендовали богатые болельщики. Бастеру нравилось ездить в таких спецвагонах, напоминавших внутри номер люкс в роскошном отеле или зал первоклассного ресторана и снабженных целым штатом прислуги в белых пиджаках, готовой тут же, по первому твоему желанию, приготовить коктейль или любое другое блюдо. В такой вагон можно было взять всех своих друзей.

С некоторых пор они с Тони начали обрастать толпой прихлебателей, охочих до вечеринок, на которые братья никогда не жалели денег. Из-за этого денег у них обычно было в обрез, а когда они появлялись, Бастер и Тони транжирили их направо и налево. Но не думайте, что мы с Виппи Берд осуждали их за это, отнюдь нет. Мы никогда не забывали, что свои деньги они тратили в том числе и на нас. На протяжении всех этих лет Бастер неизменно помнил о нас и был не менее щедрым, чем Мэй-Анна. Однажды на Рождество он прислал Муну в подарок пару боксерских перчаток и боксерскую грушу, а нам с Виппи Берд по накидке из меха рыжей лисы. Мы специально пошли на обед в «Финлен», чтобы показаться на людях в этих мехах, и, сев за столик, не стали их снимать, хотя приходилось далеко вытягивать шею и отставлять руки, чтобы ненароком не залить мех маслом или соусом, но Виппи Берд все-таки уронила на свой кусок пирожного.

Когда они с Тони впервые сошли на платформу Центрального вокзала в Нью-Йорке, никто их там не встречал – ни фотографы, ни репортеры, – поэтому сразу же после прибытия Тони начал обходить редакции нью-йоркских газет. Имя Бастера Миднайта было на слуху на Западе, а вот в Нью-Йорке мало кто его знал, но Тони сумел быстро переломить ситуацию.

Тони был щедр и приветлив и располагал к себе людей не меньше, чем Бастер. После того, как он обошел газеты, они начали публиковать статьи о Бастере, причем некоторые даже использовали фотографии лучших схваток Бастера, которые Тони им принес. Поскольку газеты получили их бесплатно, им не пришлось тратиться на фоторепортера, что тоже расположило их к Тони.

Тони поговорил кое с кем из местных спортивных антрепренеров. Не думайте, что если он был из глухой провинции, то позволял на себе ездить, – не такой он был дурак. Мэй-Анна знала, чего хочет, когда крутила задом перед камерой на нашем местном Бродвее, так же и Тони знал, чего добивался, когда устраивал Бастеру матчи в большом городе Нью-Йорке. Им нужна была известность, а лучшим способом добиться известности для Бастера было побеждать. Немного позже они намеревались вернуться в Бьютт и готовить Бастера в претенденты на звание чемпиона, каковым он в дальнейшем и стал. Тони организовал Бастеру в Нью-Йрке полдюжины схваток, и Бастер выиграл все, причем две из них нокаутом. Тони постарался, чтобы все это видели нужные репортеры, и они написали, что Бастер Миднайт крепок, как горная порода в шахтах Запада, и в целом ничем не уступает Демпси. Один сообщил даже, что Бастер зимой время от времени переплывает Пайпстоунское озеро для укрепления выносливости. «Как ты думаешь, – спросила меня Виппи Берд, – он плавает подо льдом или сверху?»

И когда Бастер покидал Нью-Йорк, на вокзале его провожала толпа репортеров и фотографов, а все газеты писали о новом претенденте на титул чемпиона в тяжелом весе, выходце из Западных штатов. Даже новый журнал «Лук» назвал Бастера в числе будущих спортивных знаменитостей, и именно в этой заметке его имя было впервые упомянуто рядом с именем Мэй-Анны. Вот что там писали:

«Каждый подросток, чьи юные годы проходят в чаду плавилен, окутывающем Бьютт, грезит о двух вещах – победах на ринге и красивой любви. Большинству из них суждено на всю жизнь так и остаться в мире своих грез, столь же сумрачных, как и небо над этим городом меди и никеля. Но иная доля выпала Бастеру Макнайту, этому костистому гиганту, этому Джеку Демпси нашего времени, который бьется на ринге под прозвищем Бастер Миднайт. Спортивные антрепренеры готовы биться об заклад, что этот претендент-ковбой скоро станет очередным чемпионом в тяжелом весе. И никто не верит в него больше, чем Марион Стрит, бьюттская красавица и платиновая куколка братьев Уорнер – его любовь со школьной скамьи».

Уорнеры увидели эту заметку, позвали Мэй-Анну и спросили, действительно ли она знает Бастера Миднайта. «Конечно, – сказала она, – и давно». Студия Уорнеров только что закончила снимать фильм с ее участием под названием «Тревога на побережье», разумеется, тоже про гангстеров, Мэй-Анна играла там школьную учительницу, которая пыталась очистить от преступников портовый квартал. В фильме есть сцена, где она уговаривает опустившегося боксера биться до победы, вместо того чтобы согласиться на поражение за деньги.

Уорнеры решили, что было бы неплохо переснять эту сцену с участием Бастера, и пригласили Тони на переговоры, но он отверг их предложение, потому что не хотел даже намеков, что Бастер может быть кем-то «бывшим» или может пойти на проигрыш за деньги. Бастер, однако, был разочарован его отказом, но он всегда поступал так, как говорил ему его старший брат.

Тогда у Уорнеров возникла другая идея – послать Мэй-Анну в Бьютт на самолете в рамках рекламного турне, и для этого случая они организовали премьеру нового фильма с ее участием в бьюттском кинотеатре «Монтана», и перед этой премьерой они с Бастером и должны были встретиться. Узнав про это, мы с Виппи Берд решили, что ничего лучше и не придумаешь, потому что «несвятая Троица» пусть ненадолго, но снова будет вместе. Встречу Бастера и Мэй-Анны планировалось заснять для кинохроники, а репортажи опубликовать во всех газетах и журналах.