Клейтон Мэтьюз - Только для мужчин

Алекс воздел руки к небу:

– Господи! Теперь еще и телевидение!

Не убирая руки со стола, Марк сказал по-прежнему тихим голосом:

– Алекс, ты забываешь одну вещь. Босс здесь я. Я владелец «Мачо», а ты здесь только работаешь.

– Значит, так? – медленно произнес Алекс.

Марк выпрямился:

– Когда ты так себя ведешь – да.

Оба внезапно почувствовали, как между ними возникла враждебность – гораздо более сильная, чем тогда, в ресторане, когда Ласло Сноу уволил Марка.

– Ты и вправду изменился, дружище. Ты всегда говорил, что любишь обкатывать на мне свои идеи. Даже если я не соглашался, что бывало довольно часто, ты это воспринимал спокойно.

– Возможно, я ошибался. Похоже, ты становишься параноиком. Теперь тебе следует сосредоточиться на журнале, а обо всем остальном забудь.

– Ну, если ты так хочешь. – Алекс пожал плечами. – Я готов.

Направившись к выходу, Марк напряженно ждал. Алекс всегда оставлял за собой последнее слово.

И оно прозвучало:

– Марк… Как там работает Пегги Чёрч?

Марк обернулся:

– Прекрасно работает. Она лучший секретарь из тех, что у меня были.

Взгляд Алекса стал задумчивым.

– И только?

– Не знаю, к чему ты клонишь, Алекс, но в любом случае это не твое собачье дело!

Выскочив из кабинета Алекса, Марк был твердо уверен в одном: никогда больше он не станет обсуждать новые идеи с Алексом Лавалем. С этого момента ничего общего, кроме журнала, у них не будет.

Глава 12

Через несколько дней его гнев на Алекса значительно поостыл. В конце концов, Алекс был слишком славным парнем, чтобы долго на него злиться. К тому же Марк прекрасно знал, как много сделал Алекс для успеха «Мачо». Этого он никогда не забудет.

И все же их отношения значительно охладели.

К счастью, Марк был полностью захвачен проблемами, совершенно не связанными с бизнесом. «Гнездо Бакнера» было уже почти готово. Марк не забыл, что Пегги не возражала против того, чтобы стать его первым посетителем. Марка не покидало желание оказаться там с ней наедине. В предвкушении этого события он целых две недели воздерживался. Последний раз такое случилось много лет назад, когда на Марка нашел особенно острый приступ меланхолии и желания побыть одному.

Строительство было практически завершено, оставалось дополнить интерьер несколькими завершающими штрихами и завезти мебель. Отлучившись на неделю из конторы, Марк лично руководил этим процессом, а когда все было закончено, отослал самолет обратно в Нью-Йорк. Марк доверил заботу о доме приходящей прислуге, наняв для этих целей немолодую супружескую пару, а затем совершил путешествие на такси до самого Сан-Франциско. Там он купил «мазератти», пригнал машину в аэропорт и, оставив ее на стоянке, под вымышленным именем первым же рейсом вылетел в Нью-Йорк.

Поздно вечером в среду Марк прибыл к себе в пентхаус. Всю ночь он проворочался с боку на бок, пытаясь угадать реакцию Пегги, и это его ужасно раздражало. Впервые в жизни Марка всерьез беспокоило, захочет ли женщина, чтобы он стал ее любовником. Ему редко отказывали, но если это случалось, он испытывал лишь небольшой укол самолюбия – не больше.

Сейчас все было по-другому, совсем по-другому.

Он не мог дождаться, когда наступит обычное время спускаться вниз. Марк слонялся по верхнему офису, непрерывно брюзжа и сетуя, пока вконец выведенная из себя Нэн не возмутилась:

– Да что с вами, Марк? Что случилось за ту неделю, что вас не было? Я никогда еще не видела вас таким раздражительным.

– Прошу прощения, Нэн. Чтобы избавить вас от своего присутствия, я, пожалуй, пойду на обед пораньше.

Когда он вошел в приемную своего нижнего офиса, Пегги, естественно, там не оказалось – она еще не вернулась с обеда.

Когда, заслышав ее шаги, он вышел из своего кабинета, Пегги вздрогнула от неожиданности.

– Вы меня испугали, Марк! Я понятия не имела, что вы приехали.

– Зайдите ко мне, Пегги. Я хочу с вами поговорить.

Они вошли в кабинет. Марк жестом предложил ей сесть, а сам принялся расхаживать по комнате.

– Вероятно, вы гадали, где это я пропадаю всю последнюю неделю…

– Я давно уже перестала удивляться вашим внезапным отъездам на разные увеселительные прогулки.

– На самом деле это была не увеселительная прогулка, по крайней мере не в том смысле, какой вы, вероятно, в это вкладываете. – Он остановился и посмотрел ей в лицо. – Я был на побережье, наблюдал за тем, как наносятся последние мазки. Дом готов, Пегги, полностью готов!

– Да? – Он уловил настороженность в ее голосе. – Наверно, вы этим очень довольны, верно?

– Да. Это тот дом, о котором я всегда мечтал. Там теперь очень красиво, сезон дождей уже почти закончился… Пегги, помните, как мы об этом говорили?

– Помню, – нейтральным тоном ответила она.

– И вы обещали подумать насчет того, чтобы стать моим первым гостем.

– Я так сказала? – Глядя в сторону, она ровным голосом произнесла фразу, на первый взгляд не имевшую никакого отношения к обсуждаемому вопросу. – Знаете, мои родители живут недалеко оттуда, к югу от Сан-Франциско.

Марк сначала недоуменно заморгал, а затем поспешил ее успокоить:

– Нет, мы не полетим моим самолетом. Мы воспользуемся обычным рейсом, под вымышленными именами. Нет никакой необходимости афишировать это. Мы можем вылететь в пятницу вечером, провести там выходные и вернуться… – Он понял, что поспешил и сказал слишком много. И все осложнил. – Я обещаю, что вы будете там только гостьей. – Марк почувствовал, что его лицо начинает пылать.

– Марк Бакнер покраснел! Никогда бы в это не поверила. – Нет, у нее вовсе не было желания посмеяться над ним. Вместо этого Пегги встала, подошла к Марку и с улыбкой дотронулась до его щеки. – Конечно, я буду вашей первой гостьей, Марк, если хотите – инкогнито. Но вы должны понимать, как много женщин были бы рады поехать с вами, раструбив об этом на весь мир.

– Я приглашаю не их, а вас. Кроме того, большинство из них всего лишь…

– Я понимаю. – Ее улыбка стала шире. – На этот раз вы не пытаетесь сохранить свой имидж мачо. Верно?

– Верно!

– Знаете, Марк, – задумчиво сказала Пегги, – о чем я вдруг подумала. Неужели вы никогда не устаете от этого своего образа? Возможно, это и в самом деле всего лишь имидж, но верится с трудом.

– Вы переходите на личности, Пегги! – предостерег Марк и, желая смягчить свою реплику, добавил: – Во всяком случае, вам не о чем беспокоиться.

– Вот в этом я как раз и не уверена, – пробормотала Пегги. Но так как она уже отвернулась, то Марк не поручился бы, что правильно все расслышал.

В пятницу вечером они вылетели в Сан-Франциско восьмичасовым рейсом. Пегги взяла с собой лишь маленькую дорожную сумку. Марк, у которого в новом доме была и одежда, и все необходимое, вообще не взял с собой никакого багажа.