Джейн Фэллон - Ты свободен, милый!

На секунду, на нее словно затмение нашло. Она понимала, что все дело в гормонах, просто ненадолго вернулась в прошлое. Впервые за много лет ей кто-то понравился! Неужели она падет настолько низко, чтобы отбить у Софи и этого красавца? Нет уж, хватит!

— Это Сонни, — представила своего спутника Софи; почему-то оба рассмеялись. — А это Элинор… кстати, она тоже пиарщица. Как забавно, правда? — Софи повернулась к ней. — Сонни недавно открыл ресторан на Притти-стрит; я как раз говорила ему, что он должен нанять себе пиарщика, и вдруг мы встречаем тебя! Дай ему свою визитку.

— Я… э… они у меня кончились… потому что я переехала, и все такое, и мне нужно отпечатать новые, так что…

— Ну, тогда я дам ему номер твоего мобильного. Ты ведь сейчас не слишком загружена работой?

Хелен наскоро прикинула все за и против.

За:

Я практически безработная, а здесь смогу заработать денег;

Я умею проводить рекламные кампании; Возможно, я — на пороге новой карьеры.

Против:

Я не пиарщица; Меня зовут не Элинор;

Я не могу вспомнить свою выдуманную фамилию.

Каким-то образом за долю секунды она решила, что доводы за победили, и услышала собственный голос:

— Нет, вовсе нет. Это было бы отлично. Позвоните мне. Расскажите мне о ресторане, — попросила она.

— Ресторан испанской кухни. Я решил назвать его «Верано». У нас подают тапас. Все ингредиенты привозные. В общем, у нас будет настоящая каталонская кухня. Шеф-повар раньше работал в ресторане «Гауди» в Барселоне. Слышали о таком?

— Нет, простите. А давно вы в ресторанном бизнесе?

Он был полон энтузиазма; такой ресторатор без труда очарует прессу.

— У меня было крошечное бистро в Ричмонде. Оборот небольшой, зато и риска мало. Если честно, сейчас я немного боюсь.

— Я всегда говорила, что он сумасшедший, — сказала Софи. — По статистике девять из десяти ресторанов разоряются в первый год. Поскольку он вошел в десятку, есть куда падать.

— Как приятно слышать слова поддержки! — рассмеялся Сонни, и Хелен невольно залюбовалась ими. Видимо, они прекрасно ладят. Она была рада за новую подругу, хотя ее слегка задело, что Софи не упомянула о своем новом знакомом во время их последних посиделок в пабе. Может быть, она встречалась с ним еще до Мэтью? Чтобы избавиться от чувства вины, Хелен гнала ненужные мысли, но она знала, что красавец совершенно не подходит Софи.

Она попрощалась с Софи, которая пообещала позвонить ей позже на неделе, и с Сонни, который пообещал позвонить сегодня вечером. Подождав, пока они скроются из виду, она вернулась в «Глобал» — отсиживать срок до конца дня.

Господи, что она натворила? Не иначе как спятила. Она достаточно долго проработала в «Глобал» и понимала, что маленькая рекламная кампания ей по силам, она справится с такой хоть во сне. Проблема в том, что она вынуждена выступать под псевдонимом Элинор… Как, кстати, ее фамилия? Все ее знакомые из мира шоу-бизнеса и прессы прекрасно знали, кто она такая: помощница Лоры, Хелен Уильямсон. Может быть, ей удастся контактировать с представителями прессы под своим настоящим именем, а с Сонни — под вымышленным? Можно сделать вид, будто псевдоним — такой рекламный ход. Или девичья фамилия… Или второе имя… В общем, глупо вышло. И опасно.

Но… допустим, она как-то решит вопрос. Вдруг ей удастся провести великолепную рекламную кампанию и Сонни порекомендует ее своим друзьям? Тогда она прочно встанет на ноги, и к черту «Глобал»! Нет… потому что, если она проведет великолепную кампанию, он порекомендует своим друзьям не ее, а Элинор. Мифическая Элинор прочно встанет на ноги и сделает блестящую карьеру. Но она — не Элинор… Кстати, как ее фамилия? Что она говорила Софи? Совершенно вылетело из головы.

Она зашла к Лоре.

— Я на всякий случай — вы ведь обещали навести справки насчет работы.

— У меня кое-что есть. — Лора протянула Хелен визитку с номером телефона и именем, написанными черными чернилами. Мартин Росс из «Айсторм». Солидная фирма! — Правда, боюсь, место снова секретарское. Я дала тебе превосходные рекомендации, но для другой работы они берут только людей с опытом. Извини!

— Спасибо за помощь. — Хелен направилась обратно к двери. — Я им позвоню, — сказала она, не имея никакого намерения это сделать.

День тянулся своим чередом. Хелен решила, что, если Сонни когда-нибудь позвонит, она скажет «да». Она сделает ему работу от имени Элинор Как-бишь-ее, а для деловых знакомых останется Хелен Уильямсон. Главное — каким-то образом примирить эти две личности, а к тому времени, как дело будет сделано, у нее будет опыт, в котором она нуждается, чтобы получить достойную работу — достойную работу, о которой она так давно мечтает. Она уставилась на свой мобильник, желая, чтобы он зазвонил.

В пять часов начался тупой и бессмысленный ритуал пятничной корпоративной выпивки. Обычная рутина состояла в том, что открывалась пара бутылок шампанского, кто-то из начальства заходил в общий зал, наливал всем по стаканчику, а потом все расходились. Считалось, что совместное распитие спиртного перед выходными сплачивает коллектив. Все расходились, а двое или трое закоренелых пьяниц засиживались допоздна. Сначала допивали шампанское из чужих стаканов, потом лезли в холодильник за пивом, ну а после шли в ближайший паб, где уже надирались, как следует, чтобы в понедельник утром было о чем рассказать на работе («Я подхватил заразу из чьего-то стакана!», «Я познакомилась с отличным парнем в такси», «Я танцевал на столе в «Нелли Дин»!»). Сегодня, благодарение Богу, Мэтью после обеда уехал на встречу, и, кроме, Лоры, на месте оказался Алан Форсит, совладелец компании, пользующийся заслуженной репутацией весельчака и гуляки. В зале собрались почти все служащие, в том числе Энни и Амелия. Хелен осталась сидеть за столом с опущенной головой. Только бы Лора сказала ей, что она может уйти пораньше!

— Не составишь нам компанию, Хелен? — прокричал Алан. — Боишься, что не сможешь передо мной устоять, если выпьешь пару стаканчиков?

Сборище загоготало.

— Перестань, Алан, — сказала Лора, но Алан не мог упустить шанс выпендриться перед подчиненными — особенно женского пола.

— Я ведь не слишком молод для тебя? — Он восхищался собственным остроумием; от смеха лицо его побагровело, и Хелен подумала, что оно напоминает баклажан. Жирный, потный, противный, тухлый баклажан. Хоть бы его удар хватил! Пусть живет, смерти она ему не желает. Просто пусть его на пару недель увезут в больницу.

— Я хочу сказать, я всего на пятнадцать лет старше тебя.