Эстер Росмэн - Колыбельная для мужчин

– Если ты пытаешься запугать меня, то напрасно стараешься.

Он покачал головой, поднося стакан к губам.

– Просто предупреждаю.

– Спасибо, но я сумею переварить все, что они скажут.

– И будешь первой, кому удастся преодолеть их натиск.

– Значит, буду первой.

Пожав плечами, он выпил содержимое стакана и поставил его в бар.

– Да ты присядь. – Он небрежно махнул в сторону обтянутого твидом диванчика и снял бабочку. Затем расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и закатал рукава. Его руки были покрыты темными волосками и, несмотря на холодную пору года, очень загорелыми. – Это для большей убедительности, – произнес он. – И сколько же тебе понадобится времени, чтобы все сказать и отправиться восвояси?

– Не поняла.

Он оперся руками о невысокий буфет, в котором помещался бар, и смерил ее очередным уничтожающим взглядом.

– Я не верю придуманным историям. Слушать их – пустая трата времени. Итак, давай по существу. Ты планируешь сорвать большой куш, угрожая сообщить корреспондентам и адвокатам о том, что ты из семейства Денвере, так? – Он снова налил виски в стакан, но оставил его нетронутым.

– Я та, за кого себя выдаю. По крайней мере, я в этом уверена.

– Ну конечно же, – протянул он с сарказмом.

– И не нужно обращаться со мной как с наивной, неразумной девочкой.

Хорошо. Тогда я хотел бы уточнить еще один пунктик. В какую сумму тебе обойдется вся эта заваруха, вся эта тяжба по выяснению твоей принадлежности к нашему роду, а, Адриа Нэш?

– Да, я Адриа.

– А фамилия? Хочешь носить двойную?

– Пока – только приемного отца.

– До тех пор, пока мы не признаем тебя как Лонду?.. В камине громко стрельнуло полено.

– А я не ждала, что ты сразу мне поверишь, – ответила Адриа, стараясь не давать ему повод для раздражения. Ее желудок свело, шея и ладони вспотели, но она убеждала себя сохранять спокойствие. Не выводи его из себя. Он только и ждет, чтобы ты дала к этому повод. – Я никогда бы не осмелилась, если бы не думала, что… что я твоя сестра.

– Сводная, – уточнил он с усмешкой, которая, впрочем, даже не коснулась его губ. – Пусть так. Но если ты решилась на подобную авантюру, Адриа, то, пожалуй, запаслась фактами, не так ли?

Поморщившись, она сказала:

– У меня есть факты, и я знаю все о твоей семье.

– Итак, ты решила воспользоваться тем, что немного похожа на мою мачеху.

– Может, взглянешь на пленку?

– Пленку? – В его голосе прозвучало негодование.

– Да, видеопленку, которую я захватила с собой. – Конечно, эта пленка кое-что значила, но существенным доказательством, пожалуй, не являлась. Вдруг все показалось ей таким хрупким… Хрупким, как мечты Виктора Нэша увидеть ее современной принцессой. – Я обнаружила ее после смерти отца. Он оставил ее для меня.

– Не терпится, – саркастически проворчал Зак. Взглянув на нее еще раз, он выпил немного из своего стакана. – Но мы все же подождем с началом шоу. – Зак поставил стакан на край покрытого стеклом столика, отошел от бара и неподвижно замер у окна, вглядываясь вдаль через залитое струйками дождя стекло.

– Если ты не возражаешь, я хотела бы пройти в туалетную комнату, – несколько ободрившись, проговорила она.

– Что? Туалетная комната? Интересная фантазия для деревенской простушки из Монтаны.

С минуту она рассматривала свои руки, затем взглянула на него.

– Тебе нравятся простушки, да?

– Мне ничего не нравится в этой истории. – Он окинул взглядом ее фигуру.

– Однако тебе доставляет удовольствие подтрунивать надо мной. Ты испытываешь какое-то извращенное наслаждение, мучая меня, пытаясь вывести из равновесия.

– Сама затеяла. – Он выпятил нижнюю губу. – Иди поищи туалетную комнату. Интересно, как тебе удастся воспользоваться непробужденной памятью.

С негодованием сжав губы, она взяла расшитую бисером сумочку и поспешила вон из комнаты. Проход в холл был ей незнаком, но она пошла направо, завернула за угол и встала как вкопанная, увидев семейные реликвии Денверсов. Картины, гравюры, фотографии, трофеи в стеклянной витрине в стенной нише. Довольно впечатляюще.

Она с трудом сглотнула, когда заметила большой групповой портрет. На нем были изображены Уитт, Кэтрин и Лонда. Неужели это?.. Сердце Адриа забилось сильней, она коснулась стекла, покрытого еле заметным налетом пыли. Кэтрин восседала в помпезном кресле, одетая в темно-бордовое платье с большим вырезом и длинными рукавами. Бриллианты обрамляли шею и сверкали на пальцах. Она держала улыбающуюся Лонду, которой было не более трех лет, на руках. Волосы у девочки кудрями рассыпались по плечами. На ней было платье из розового велюра, воротник и манжеты отделаны кружевами. Уитт стоял за ними, положив одну руку на плечо жены. Он наигранно улыбался, слегка прищурив глаза.

– Отец… – само собой вырвалось у нее. Неужели это ее семья? Ее настоящая семья? У нее перехватило дыхание. – О господи! – На глаза навернулись слезы, она невольно прикусила нижнюю губу. После стольких лет неведения!.. Неужели это они и есть? Веко непроизвольно дернулось, когда она отметила свое поразительное сходство с Кэтрин, особенно в линии подбородка. Затем перевела взгляд на детское личико. Действительно, сходство было. Жаль, что Виктор и Шерон Нэш так мало фотографировали ее в детстве.

– Ты моя мать? – еле слышно обратилась она к женщине на портрете и вновь поднесла палец к стеклу.

– Трогательно, да?

Вздрогнув, она отпрянула и оглянулась. Зак стоял чуть поодаль со стаканом в руке, подпирая плечом стену, и пристально наблюдал за ней. Ее сердце отчаянно забилось.

– Я… я не слышала, как ты подошел.

Он приосанился.

– Ну, так что ты думаешь о семейном мемориале? Неплохо, да? – Медленно потягивая спиртное, он прищурившись посмотрел на портреты. – Здесь не все Денверсы. Нет Озди и Хэрриет.

Адриа перевела взгляд на витрину. Там были выставлены дипломы, грамоты, награда Трейси за успешное окончание школы искусств, сертификат отличия Нельсона, медаль за победу в соревнованиях по плаванию с выгравированным на ней именем Джейсона, ключ от города, некогда преподнесенный Уитту Денверсу. Окружали все это фотографии: Уитт с почетными грамотами в руках, Уитт с детьми, молодой Уитт с отцом, Джейсон в форме футболиста, Нельсон в мантии и шапочке, свадьба Джейсона, Трейси в длинном вечернем платье с роскошным боа.

Однако здесь не было ни одного, даже полароидного снимка Закари. Она едва могла поверить в это.

– Я не удосужился чести стать популярным в нашей семье, – объяснил он, будто читал ее мысли. – Не фотогеничный.

Он посмотрел на портрет Уитта с его второй женой и дочерью. Взгляд Зака словно скрестился со взглядом Кэтрин, на его скуле дрогнул мускул. Адриа показалось, что она вторгается в запретную зону. Все, что окружало ее здесь, теперь выглядело враждебным, а она – незваной гостьей. Когда Зак смотрел на Кэтрин, от него исходило что-то недоброе.