Джоанна Рид - Фиктивная помолвка

— Я никогда не думала… я хочу сказать, что он ужасно боялся мужчин! — Изумлению Одри не было границ. — Мне потребовалась масса времени и сил, чтобы завоевать его доверие, а ты, похоже, только прикоснулся к нему и… — Одри от досады прикусила губу. — Он расстроится, если ему придется с тобой расстаться.

— Да, пожалуй, ему будет нелегко, — задумчиво произнес Филипп. — Тебе придется отучать его от меня постепенно.

— Конечно…

— Хотя мне кажется, в ближайшем будущем тебе не удастся покинуть мой дом, — вздохнул Филипп.

Одри продолжала полными изумления глазами наблюдать за Альтом. Прижавшись к бедру Филиппа, пес являл собой яркое доказательство собачьей привязанности.

— Боюсь, что нет…

Улыбка мелькнула в уголках губ Филиппа.

— Должен признаться, что избаловал его.

— Он это заслужил.

Воцарилась тишина. Одри смотрела на Альта так, словно вся ее дальнейшая жизнь зависела от него. Он помог растопить лед между ней и Филиппом. Она не могла не чувствовать признательности за то, что Филипп был так добр к ее питомцу, но даже Альт, к сожалению, не поможет, когда она скажет Филиппу то, что должна сказать…

— Дома, — начала Одри, решив подготовить Филиппа к тому, что ему предстоит услышать, — нам нужно поговорить. И, боюсь, речь пойдет о вещах, которые тебя вряд ли обрадуют… По правде говоря, они тебе вовсе на понравятся, но я заранее признаю, что это вполне закономерно…

— Келвин прилетел в Ниццу, и ты тайком переспала с ним, — грубо ввернул Филипп.

Одри удивленно заморгала глазами. Она не находила слов, чтобы ответить на столь возмутительную инсинуацию.

— Подобные признания лучше оставить при себе, ибо слова «тебе не понравится» ни о чем не говорят. Да я его просто убью! — прошипел Филипп сквозь стиснутые зубы.

— Что с тобой? Ты выпил… или что? — с опаской спросила Одри.

— Нет, но сейчас мне просто необходима изрядная порция алкоголя, — буркнул Филипп, наклоняясь и рывком открывая дверцу находящегося в машине бара.

— Келвина не было в Ницце! — От возмущения щеки Одри горели. — Откуда ему там взяться? Что за глупости лезут тебе в голову и что за нелепые подозрения на мой счет? Возможно, с тобой я вела себя несколько импульсивно, но, поверь, я получила хороший урок.

Не поддавшись искушению выпить, Филипп захлопнул дверцу бара и тяжело вздохнул.

— До знакомства с тобой у меня были железные нервы.

— Я просто хотела подготовить тебя, — угрюмо пробормотала Одри.

— Успокойся. Я холоден как лед, спокоен как сфинкс, — заверил Филипп. В его пристально смотрящих на нее горящих глазах застыл немой вопрос, и у Одри перехватило дыхание. — Закален в битвах, несокрушим и готов спокойно выслушать твои убийственные новости.

Лимузин остановился перед домом. Одри любезно улыбнулась Селдену, распахнувшему перед ними входную дверь.

— Добро пожаловать домой, миссис Мэлори, — тепло поприветствовал ее дворецкий.

— О, кто вам сказал? — едва дыша, смущенно пробормотала Одри, с беспокойством косясь на Филиппа. — Это великая тайна!

— В банке только об этом и судачат, — хмыкнул Филипп.

Глаза Одри расширились.

— Джоуэл проболтался? Какая досада!

— Я спокойно отношусь к этому. Мне, конечно, очень бы хотелось, чтобы по прошествии недели о новости забыли, но банк похож на растревоженный улей, к тому же брак создает дополнительные проблемы, которых ты не могла предвидеть, — сказал Филипп, обнимая ее за талию и направляясь к кабинету. Альт следовал за ними по пятам.

— Проблемы?

— Свадебные подарки, приглашения на званые обеды…

— Свадебные подарки?! — в ужасе воскликнула Одри.

Филипп захлопнул дверь, привалился к ней спиной и глубоко вздохнул.

— Ладно, выкладывай-ка свои серьезные и неприятные новости. Я умираю от любопытства…

Опешившая от сообщения, что их брак ни для кого не секрет, Одри жалобно посмотрела на Филиппа, чувствуя, как у нее начинает кружиться голова.

— Я сожалею, что оказалась настолько глупой и позволила тебе поверить тому, чему ты так хотел верить… Видишь ли, я никогда не принимала противозачаточных таблеток, — призналась Одри, ожидая, что он сам сделает соответствующие выводы.

Длинные ресницы Филиппа на мгновение скрыли от Одри его глаза.

— И какое все это имеет значение?

Она вдруг ощутила приступ дурноты и слегка покачнулась.

— Ты побелела как полотно! — Филипп бросился, чтобы поддержать ее своими сильными руками, затем с осторожностью усадил на кожаный диван.

— Я беременна, — прямо заявила Одри, когда он сел рядом.

— Беременна… — повторил Филипп так, словно никогда раньше не слышал этого слова.

— В ту ночь, когда Максимилиан потерял сознание… — шепотом добавила Одри, помогая Филиппу вспомнить и с опаской ожидая, когда до него дойдет смысл сказанного ею.

— Ты беременна. — Глаза Филиппа вдруг загорелись радостью. — Мне вдруг почему-то стало не по себе, — не совсем уверенно закончил он.

Одри с тревогой ожидала неминуемой грозы, в такой ситуации ничего иного последовать не могло.

— Ты носишь моего ребенка, — еле слышно прошептал Филипп.

— Понимаю, тебя потрясло это известие, но ты не виноват. Ты всегда был очень осторожен, кроме того, первого, раза… — Одри, смутившись, умолкла.

— Воистину, это рука судьбы! — Голос его звучал бодро, и Одри истолковала это как знак того, что Филипп не хочет обидеть ее. — Мы женаты… хотя об этом и трудно догадаться, ведь ты не носишь обручального кольца.

— Попрощавшись с Максимилианом, я тут же сняла кольца. Я полагала, что наш брак должен храниться в секрете, — пояснила она, сбитая с толку оборотом, который приняла их беседа.

Вскочив, Филипп наклонился и, обняв Одри, заставил встать.

— Тебе нужно полежать. Ты очень устала.

— Но мы должны все обсудить.

— Обсудим, когда ты отдохнешь.

Поддерживая ее под руку, словно тяжелобольную, Филипп открыл дверь и направился через холл к лестнице.

— Но моя комната не там! — запротестовала Одри.