Мэхелия Айзекс - Сердечные тайны

— Я… в порядке, — замявшись, ответила Аделина, не собираясь загружать Паолу подробностями. — И твой новорожденный братик тоже чувствует себя хорошо. Если тебе, конечно, это интересно.

— Если мне интересно? — фыркнула девушка. — Мама, кто бы мог подумать? У меня появился брат! — весело воскликнула она. — Знаешь, я с нетерпением жду встречи с ним. И с тобой, конечно же.

— Мы в любое время будем рады тебя видеть, — сказала Аделина, не веря, что тяжелый разговор остался позади.

— Скоро увидимся, — ошеломила ее известием Паола. — Передай мои поздравления Эрни.

— Эрни? То есть Эрнесто? — У Аделины во рту пересохло, и она облизала губы. — Он что, тоже направляется сюда? — О Боже, еще одно испытание! Вдруг ей не удастся скрыть свои чувства, если он выкажет свое участие к ним?

— Да. — Ответ Паолы прервал ход ее мыслей. — Думаю, он в шоке. Будь с ним повежливей, мама. Он страшно расстроился, когда узнал о твоих злоключениях.

Аделина все еще держала в руках трубку, когда вернулась медсестра. Она взяла ее из пальцев Аделины, положила на рычаг и укоризненно посмотрела на свою пациентку.

— Что случилось? Что сказала ваша дочь?

Надеюсь, вы понимаете, как вам опасно волноваться?

Аделина покачала головой.

— Со мной все в порядке, правда, — ответила она, пытаясь выжать из себя улыбку. — А когда я смогу вставать?

Может, она почувствует себя увереннее, если встретится с Эрнесто, не распластавшись на кровати, а твердо стоя на ногах. По крайней мере, ей так будет легче себя контролировать.

Ради сына она должна быть сильной.

— Этот вопрос может решить только врач.

Думаю, он разрешит вам подниматься, как только убедится, что вы достаточно окрепли, — ответила медсестра. Она помогла Аделине лечь поудобнее, поправила подушки и простыни. — Но я советую вам не торопиться…

Легкое прикосновение к руке было приятным. Аделина спала, и ей снилось, что рядом с кроватью стоит Эрнесто. Потому что только во сне в его влюбленных глазах могли стоять слезы. А лицо казаться осунувшимся от переживаний за нее. Он что-то говорил, его губы двигались, но она не слышала слов.

Пальцы вокруг ее руки сжались сильнее, и иллюзии сна рассеялись. Широко раскрытыми от изумления глазами она посмотрела в лицо Эрнесто, передернутое мученической гримасой. Значит, ей ничего не приснилось. Он был здесь. И действительно выглядел усталым и измученным. И пока Аделина пристально смотрела на него, он выпустил ее руку, словно опасаясь, что она сочтет оскорбительным это прикосновение. Повисло напряженное молчание. Эрнесто не выдержал первым. Нервно провел пальцами по волосам и хрипло проговорил, тяжело роняя слова:

— Слава Богу, с тобой все хорошо!

Аделина облизала губы.

— Со мной все отлично, — автоматически ответила она. Пусть не правда, но прозвучало убедительно. Она перевела дыхание. — Тебе не стоило бросать все дела и лететь в такую даль.

— Я предполагал, что ты именно это скажешь мне. Но отвечу, что мне не терпелось тебя увидеть. После звонка Паолы я не находил себе места. Она сообщила, что ты могла погибнуть.

Аделина опустила голову.

— Ты что, забыл, какая она сентиментальная? — тихо произнесла она в ответ, разглядывая свои тонкие бледные пальцы. Бедняжка не могла смотреть на Эрнесто, привлекательность которого даже в столь расстроенном состоянии не укрылась от ее жадного взора. Как жаль, что у нее оказалось недостаточно времени, чтобы приготовиться к этому испытанию. Она оказалась в опасной ситуации, потому что в таком состоянии запросто могла поверить всем его словам.

— И тем не менее, — прерывающимся голосом снова начал он, тяжело опускаясь на стул рядом с кроватью, — тебе следовало сообщить мне обо всем. Ты не представляешь, каким безоружным я себя почувствовал, когда Паола рассказала о случившемся. — Он запнулся и резко с досадой добавил:

— Знаю, что ты не хочешь этого слышать, но я все еще мечтаю стать частью твоей жизни.

— О, Эрнесто… — начала она, почти в полной уверенности, что не сможет совладать с искушением в таком состоянии.

— Нет, — перебил он, взяв ее руку. — Выслушай меня, умоляю! Ты жива. Это единственное, что имеет значение. Я не уверен, что смог бы пережить, если… если бы с тобой что-нибудь стряслось.

— Эрнесто…

Его слова прозвучали слишком искренне, слишком убедительно. Один шаг отделял ее от того, чтобы поддаться уговорам и позволить Монтесу сделать все, что тот задумал. Но разве он любил ее по-настоящему? Не исключено, что ему всего лишь хотелось получить право на сына.

— Извини, — выдавила она, вздрогнув от боли, когда он непроизвольно сжал ее руку сильнее. Аделина не могла позволить сбить себя с намеченного пути. — Я ценю твою заботу, поверь, но я не могу пойти наперекор своим чувствам.

Губы Монтеса скривились.

— Ты все еще ненавидишь меня.

Аделина нахмурилась.

— Ты же знаешь, что это не так, Эрнесто.

— Я понимаю, что простить меня за случившееся выше твоих сил, что бы ты там ни говорила, — приглушенно ответил он.

— И здесь ты ошибаешься. Я же ясно сказала тебе, что мы оба виноваты в одинаковой мере. — Она порывисто вздохнула. — А теперь давай начистоту. Зачем все-таки ты приехал?

Эрнесто нахмурился.

— Зачем? — Несколько секунд он озадаченно смотрел на нее. Но потом вдруг хлопнул себя по лбу. — О да, извини! — Эрнесто отпустил ее руку и вскочил со стула. — Очень сожалею, что ты потеряла ребенка, — бесцветным голосом промолвил он. — Но главное, что сама жива. — Монтес стоял к ней вполоборота и не заметил изумленного лица женщины. — Дело ведь не в ребенке. Нам обоим это известно…

Аделина смотрела на него, не произнося ни слова. Сначала мужчина не обращал на это внимания, но вдруг понял, что здесь что-то неладно.

— В чем дело? — тревожно спросил он, наклоняясь к ней. — О, нет! Я совсем не хотел тебя расстраивать, Аделина. Я просто дурак. Мне стоило догадаться, что эта тема тебя расстроит. Ты побледнела. Успокойся, сейчас позову врача…

— Нет! — Она с трудом выговорила слово и подняла руку в протестующем жесте. Он поймал ее пальцы в свои ладони. — Что ты сказал… насчет ребенка? — медленно проговорила Аделина. — Кто тебе сказал, что ребенок умер?

— Господи, а ты не знала? — воскликнул Эрнесто со страдальческим выражением лица. — Я думал, тебе все известно…

Аделина со всей силой сжала его руку, давая понять, чтобы он замолчал.

— Кто тебе сказал?

Эрнесто со стоном осел на край кровати, словно у него подкосились ноги.

— Паола… «Жаль ребеночка…» — вот были ее слова. А потом она объяснила, что и твоя жизнь висела на волоске.