Инесса Клюшина - Танцуя в огне (СИ)

Она еще никогда не оставалась с Антоном один на один после выступления. А если учесть, что прошло четыре года, и она уже не восемнадцатилетняя наивная девочка, да и Тошка стал старше…

«На что ты подписалась, Гуля? Вали отсюда, пока не поздно».

Гуля не сделала ни шага к входной двери.

Антон появился в рекордно короткие сроки.

— Дверь, точно, — вспомнил он и вновь выбежал в раздевалку. Щелчок замка заставил Гулю вздрогнуть.

Обратной дороги не будет. И станцевать танго с Тошей все же придется.

Гуля, дабы доказать, что она не аргентинка, не стала брать одежду для тренировок, решив позаниматься в любимом разноцветном платье до колена. Она не планировала долго что-то учить, да и ни в одной из придуманных Антоном комбинаций пока не было высоких махов ногами. Можно потренироваться и в сарафане. Гуля осознала, какую ошибку совершила, когда Антон, внимательно оглядев Гулин наряд, удивленно заметил:

— Ты так будешь репетировать? А-а… Класс! Это даже более аутентично!

— Я думаю, мы сегодня ненадолго, — все же высказалась Гуля, — знаешь, Тоша, твой прием с аргентинкой не прошел…

— Фигня вопрос. Попробуем другой, — Антона ничуть не смутили Гулины слова. Он подходил к ней, и Гуля смотрела на следы воды на майке: Антон натянул ее на мокрое тело. В горле у нее тут же пересохло. Майка облепила сильные мышцы груди и немного — мышцы рук. Гуля перевела взгляд на джинсы, также со следами воды, и на босые ноги Антона. С трудом сглотнув, прикусила нижнюю губу.

Сама виновата.

— Ну что, начинаем? — Антон держал пульт от музыкального центра.

Гуля посмотрела на крепкие загорелые руки Антона со светлыми волосками. Она их видела тысячу раз, зачем опять пялится?

— Да, — произнесла как можно тверже и бесстрастней, — немного репетируем, а потом, если можно, я еще одну ночку здесь переночую. Пожалуйста.

Мимолетный, но цепкий взгляд Антона.

— Как скажешь. Я включаю музыку…

И вновь зазвучало танго.

— Этот отрывок пропускаешь, он мой… А сейчас пойдет твое. Пять, шесть, семь, восемь. Пошла!

Гуля исполнила все комбинации, которые выучила. Пару раз сбилась с ритма, забыла одно движение. Но Антон, выключив музыку, удовлетворенно кивнул:

— Нормально. Половина танца есть. Сейчас попробуем серединку. Гуля, помнишь, мы как-то придумывали фишку: подходили друг к другу вплотную и, касаясь друг друга, заводили пои за спину партнера и крутили их там?

— Конечно, — пожала плечами Гуля, — я так обычно с Женьком делала.

— А мне Женек не давал такого делать с тобой, — вскользь заметил Антон, повергая Гулю в еще большее смущение и трепет, — Так вот, нужно делать то же самое. Только добавить вальсовый шаг. Одновременно мы вертим пои за спиной у партнера и, касаясь друг друга, идем… Назовем это…что-то типа вальсового квадрата, но не совсем. Вот так. Ты прижимаешься ко мне…Шаг вперед. Шаг в сторону. Шаг назад. Шаг в сторону. Договоримся: наступаешь правой ногой, отступаешь левой? Самое легкое, что может быть. Пробуем?

— Да-а, — нерешительно ответила Гуля. Прикасаться к телу Антона, пусть и через майку… Для Гули это слишком.

— Как выступление, кстати? Все хотела спросить, — Гуля изо всех сил оттягивала момент взаимодействия.

— О-о! Супер! — Антон с наслаждением потянулся, и Гуля, покраснев, отвела взгляд, — мои даже не накосячили ни разу, девчонки вообще всех порвали. Зрители клевые… Мы тренируемся или болтаем? Поболтать можно попозже. Подходи ко мне, забрасывай пои за спину…

— Я…сейчас пойму вальсовый шаг, а потом… — Гулино тело горело от желания прикоснуться к Антону. Поздний вечер ли за окном, музыка, которая разбередила душу, опасная близость Антона, или же все эти три условия зажгли в теле Гули яркое пламя желания, такого сильного, какое она никогда не ощущала прежде. Она боялась прикоснуться к нему, боялась, что не сумеет сдержаться. Прижмется щекой к майке, или же, немного склонившись, проведет губами по обнаженной коже его руки…

— Гуля! Прижмись ко мне и все поймешь! Не будь врединой! — Антон без предупреждения притянул ее к себе, и Гуля врезалась в его стальное тело. Коротко вскрикнув, глубоко вздохнула.

— Я бы и сама прижалась, не надо меня дергать, — глухо прозвучал ее голос.

— Ну да. Через миллион лет. Пойдем. Шаг назад. Шаг в сторону. Шаг вперед… в сторону.

Соски, ставшие набухшими, неприятно терлись о ткань лифчика, а тело пульсировало от близости Антошкиного тела. Гуля еле-еле вертела пои за спиной Антона, ощущая сквозь свой сарафан и майку Антона тепло его тела и движения развитых мышц.

Антон был почти на голову выше Гули, и взгляда глаза в глаза она легко избежала. Напротив Гулиных глаз была майка Антона, и ничего больше. Зато она явственно ощущала кое-что другое, большое и твердое, иногда задевающее низ ее живота.

— Может…э-э.-… что-нибудь другое поделаем? Просто мне…э-э-э… — Гуля остановилась и попыталась высвободиться от этих объятий. Остановился и Тошка, придержал ее тело руками, не давая отодвинуться.

— Можешь забить на это. Я сегодня получил свою дозу адреналина, и не так давно. Еще не прошло, понимаешь? А еще красивая девушка прижимается ко мне, это уж ни в какие ворота для тела… Или это тебя настолько сильно беспокоит, что работать не можешь? Я вот могу.

— Нет. Мне все равно, — процедила Гуля, чувствуя, как кружится голова. Хотелось прижаться сильнее к Антону, потереться об его тело…

Гуля все-таки отступила назад, перестав обнимать Антона — эти объятия были необходимы для того, чтобы за его спиной вертеть пои. Антон тоже перестал вертеть тренировочные пои за ее спиной, убрал свои руки, немного отошел от Гули, взяв в руки пульт.

— Смотри: сейчас соединяем первую часть и ту, которую репетировали только что. Гуля, и, пожалуйста, в полную ногу. С осанкой, с нормальными крутками, с соответствующими эмоциями. Ты же слышишь музыку? В ней все есть.

— Я все сделаю, Антон, но эмоции — как получатся. Я… Я же сказала, что твоя аргентинская фигня не действует! — Гуля обрадовалась возможности покритиковать Антона как никогда прежде. Внизу живота неприятно тянуло, и хотелось немного попрыгать, чтобы не чувствовать так явственно возбуждение и от него отвлечься.

— Гуля, нет! Тогда это уже будет не танго! Можно выучить любую сложную технику и комбинации движений, но только эмоции делают танец танцем! Давай так: ты не аргентинка. Ты — это ты, Гуля. Твои эмоции, твоя любовь, твоя страсть. Представь на моем месте парня, которого ты любишь, без которого ты не можешь жить. Если нет сейчас, наверное, что-то было раньше! Какие-то отношения…Вспомни их! Вспомни, что переживала в то время! Самое начало отношений, когда вы еще не перешли к постоянной постели, а только-только добирались до нее! — вдохновенно говорил Антон, и голубые глаза его словно полыхали изнутри бледно-голубым огнем, — передай свои чувства! Томление, ожидание, трепет, уверенность, что ты самая-самая для своего любимого, и нет никого, кто бы затмил тебя! И начинай танцевать…