Карина Винтер - Сбежать к себе. Часть 1

Учеба давалась Энди легко. Она не тратила много времени на то, что другим было не по силам. Её оценки были весьма успешными, и всё словно начинало устраиваться.

По дому с веселым лаем бегал уже выросший Эрнест. Почему-то Энди выбрала своему другу именно это имя и почему-то оно ему безупречно подходило. Лапы скользили по паркету, пес порой не успевал затормозить, и тогда становилось на одну разбитую вещь больше. Все в доме решили, что Эрнест немного отличается от того, каким его представляли, увидев впервые. Лора часто сравнивала его с пони. И размером и аппетитом пес напоминал именно это животное. Но зато как с ним было весело и надежно вовремя долгих прогулок к морю.

Возвращаясь из города, Джек притормозил на середине пути. В нескольких шагах от дороги, тянулась ограда. Когда-то давно здесь был загон для лошадей. Теперь об этом напоминали лишь ссохшиеся деревяшки, по которым вьется плющ. Вдалеке, неизменно на своем месте, шумит листвой огромный дуб. Переходя с места на место, в высокой зеленой траве пасутся лошади. Узнав в них своих питомцев, Джек решил, что где-то здесь и Митч. Парень сидел на земле, сложив руки на коленях, и сразу не заметил, что уже не один. Он о чем-то думал. На лице четко проявилась грусть.

— Не помешаю?

Джек снял солнцезащитные очки.

Митч сделал жест рукой, щурясь от солнца.

— Нет.

— Я был уверен, что ты отправишься в город? У тебя ведь выходной сегодня? Кинотеатр или что-то ещё?

— Нет. Что-то не хочется. В любой другой день, но только не сегодня. Ровно одиннадцать лет назад не стало отца. Большой срок. Ровно столько лет я жил, зная, что он есть у меня и я не одинок. И столько же я теперь живу один. Когда-то мне так сильно хотелось независимости. Теперь принадлежу лишь себе.

— Но ты же этого хотел? Неосторожным мечтам иногда судьба сбыться.

Митч кивнул.

— Возможно, я бы считал, что мне повезло, если бы не мысль о том, что отца не стало по моей вине.

Джек сел рядом. Он давно хотел спросить подробнее историю жизни Митча. Однако, всякий раз останавливал себя, надеясь на то, что обстоятельства сами сложатся и подкинут нужный момент для разговора. Похоже, этот момент настал.

— Я не помню свою мать. С отцом прожил до десяти лет. Он работал в порту. Каждый вечер приезжал домой и почти всегда был пьян. Не знаю, почему он пил.

Митч помолчал.

— Точнее, тогда не знал. Мы жили слишком скучно. Он почти никогда не ехал сразу домой. Нет. Не помню такого. Сначала заезжал в бар, а уже после вспоминал о доме, обо мне. Жизнь казалась мне однородной, тягучей массой, не имеющей ни запаха, ни цвета. Всё, что у нас было — это дом. Одноэтажный, маленький, с прогнувшими ступенями и вечно скрипящей дверью.

Ветер подул чуть сильнее, оставаясь теплым.

— Я решил, что какой-то интерес мне просто необходим. Однажды попал в гости к своему приятелю из класса. Никогда до этого не был у него дома. Мы о чем-то говорили, а потом его отец позвал нас с собой в свою мастерскую. Там я впервые увидел гончарный круг. Конечно, я слышал о нем, но никогда не был до этого в мастерской. Везде, и на полу, и на полках, стояли сделанные его руками всевозможные вещицы. В общем, всё, что может сделать мастер своего дела. Он сдавал их в местную лавку. Там им придавали должный вид, а потом продавали.

Митч развел руками.

— Меня с тех пор было просто не вытащить оттуда. Отец приятеля начал давать мне уроки гончарного дела. Он отнесся ко мне как-то слишком серьезно, будто к собственному ребенку. Или мне так хотелось думать? Не знаю. Но всё было абсолютно искренне и просто.

Джек слушал рассказ, всё лучше понимая, то, что раньше слегка не складывалось. Он смотрел на Митча. Это современный парень. Его сверстники обычно слегка другие. У них иные интересы и круг общения тоже другой. Этому же парню можно доверять. Качество, которое слишком важно в общении с человеком, живущим в твоем доме. Это стало понятно буквально сразу. Он серьезен и, что немало важно, умеет ценить то, что посылает судьба. Наверное, лишь те, кто раннее испытывали какое-то лишение, могут верно оценить подарки жизни?

Митч продолжал свой рассказ.

— Спустя несколько месяцев я почти полностью овладел этим искусством. На всё требуется время, но мне хватило времени. Мне удавалось добиться желаемого, и воплотить в жизнь свой замысел. Это круто. Чувство удовлетворения так и взрывается внутри. Дает силы идти дальше. Вот я и не стал останавливаться. Мы как-то даже приняли приглашение поучаствовать в конкурсе. Правда, для этого нужно было ехать в соседний штат. Я надеялся, что отец меня поймет и отпустит. Ведь я всё равно ему не нужен. Стал вечером ему рассказывать, а он только отмахнулся, и лег спать. Я тогда не размышлял, не думал. Просто собрал всё необходимое и решил, что должен ехать. Конечно, мы выиграли. Такого успеха я не ожидал. А отцу моего приятеля вручили ещё и благодарность, за то, что он воспитывает ученика. В городке, где я жил, потом ходили целые истории об этом. Я совсем тогда забыл, что в школе в тот день у меня был зачет. Важный зачет, ведь предыдущий я провалил. Директор школы позвонила отцу на работу.

Митч взглянул на Джека.

— Тогда он приехал домой сразу, поездка в бар была отложена. Но это был единственный раз. Я выбежал к машине, хотел встретить его ещё во дворе, похвастаться грамотой и кубком…

Всё чаще в рассказе стали появляться паузы. Не долгие. Длиной в несколько секунд, но этого хватало, чтобы справиться с возвращающейся из прошлого болью, и, вдохнув, продолжить.

— Он мне тогда здорово всыпал. Запретил ходит к приятелю, а потом пошел в сарай, где я хранил все, что сделал за это время. Он ругался и кричал вслух, всё, что думал, а между словами разбивал все мои поделки. Я всё это видел… Эта картинка потом ещё долго мелькала перед глазами. Весь вечер я просидел в комнате. Было странное чувство. Ни ненависть. Нет. Что-то другое. Потом я вдруг понял, в чем проблема. Проблема не в отце. Проблема — это я. Не будь меня, он бы мог вполне устроить свою жизнь. Он мог бы и не пить вовсе. Но всё, что его окружало изо дня в день — это обуза, которой я являлся. Он ни с кем не встречался, хотя неплохо выглядел тогда, для своего возраста. Стало даже как-то легче. Так всегда бывает, когда понимаешь в чем проблема. Потому что проще найти решение. Моё решение было — уехать. Я уезжал от своих проблем. Мне казалось, я спасаю отца, помогаю ему. Конечно, я понимал, что ему придется меня искать, хотя бы для того, чтобы у полиции не было вопросов. Шериф и без того частенько заглядывал к нам. Проверял, как мы с отцом живем. И всякий раз предупреждал, чтобы он не садился за руль, если выпьет. Отец его не слушал. Он вообще никого не слушал. Я уехал. Добрался до другого города.