Элен Уайт - На пути к счастью

— Наткаа, ну сколько можно? Я же от этого запаха просто умру. — Лекси поерзала на стуле, но обе девушки понимали, что она уже согласилась. В первую секунду, когда не смогла отказать подруге сразу.

— Сиди смирно и я тебе позволю выпить еще одну! — серьезно сказала Натка, разглядывая силуэт подруги на уютном диванчике. Сейчас она уже придумала, какой сделать набросок, чтобы дома перенести его на холст.

— Только ради тебя! — притворно вздохнула Лекси, подозвав официанта.

— Ты хотела сказать ради кофе? — рассмеялась Лекси.

— Ну и для него… — мечтательно улыбнулась девушка, делая глоток.

На следующий день у Натки дома, Лекси пару минут скептически рассматривала танцующую девушку, замечая схожесть с собой.

— У нее же талия тоньше сантиметров на десять! Ты на что-то намекаешь? — прищурила Лекси, закончив осмотр, но по смешинкам в глазах было понятно, что ей понравилось.

— Хорошо, сейчас добавлю! — Натти взялась за кисть, но ее остановила рука подруги.

— Э, нет! Раз идеально, значит идеально! Руки прочь! — рассмеялась Лекси, повалив работу девушки. Натка хотела подарить работу подруге, но Лекси с сожалением отказалась. От одного взгляда на картину ей хотелось кофе. А что будет, если она перед глазами будет постоянно?

****

— Алекс, ты чего замер? — спросил я, видя, как друг завис у 'кофейной женщины'.

— А? Нет. Ничего. Мне она кое-кого напомнила, — ответил друг, а я подошел к другой картине. Такое впечатление, что художник отдал кусочек души каждой работе. Почти черное полотно. Темный, словно грязный песок и черное небо. На переднем плане стоит ребенок. Его кучерявые волосы развевает ветер, а сам он смотрит куда-то вдаль. Вдали кажется, что ничего нет, но это только на первый взгляд. Если подойти поближе, то можно увидеть много взрослых, которые к огромной луне приставили лестницу и пытаются взобраться. Кто-то уже на вершине, кто-то еще только лезет туда, а девочка продолжает одиноко стоять. Делаешь шаг назад — и этот ребенок остается одиноко стоять, гладя за горизонт. 'Одиночество'. Название картины как нельзя правильно дает характеристику рисунку.

****

— Натка, что ты там рисуешь? — Лекси подошла почти бесшумно и обняла подругу со спины. У них уже давно были ключи квартир друг друга, чтобы ходить в гости, как к себе тогда, когда захочешь.

— Как что? Разве не видно? — спросила Натка, которая продолжала что-то рисовать, закусив губу от усердия.

— Я вижу черный лист бумаги. Ты хочешь сказать, что в готы подалась? — рассмеялась Лекси, глядя на грязный песок и черное небо.

— Нет, что ты — это одиночество. Посмотри на этого ребенка, — серьезно сказала Натка.

— Где? — Лекси сделала вид, что не видит маленькую девочку, которая буквально приковывала взгляд.

— Ну, вот же! — Натка ткнула пальцем, видя, что Лекси смеется над ней.

— Аааа, так это ребенок, а я думала, это ты еще не все закрасила! — улыбнулась Лекси, видя, как подруга улыбается в ответ.

— Это ребенку одиноко, пока его родители строят мосты в небо, — пояснила Ната, продолжая что-то дорисовывать.

Лекси немного послонялась по квартире, выучила на завтра теорию и сделала за Натку ее задание, когда девушка отошла от мольберта.

— Красиво, — выдохнула Лекси, глядя на результат трудов.

— Ты шутишь? — спросила Натка, пытаясь понять, сказала Лекси правду, или смеется, но девушка была предельно честна.

— Нет, в этот раз я серьезна как никогда! Давай покажем эту картину искусствоведу? — предложила она, рассмотрев все детали.

— Что ты! Это для себя! — отмахнулась Натка. Она боялась, что ее вновь унизят. Лучше считать себя хоть на что-то способной, чем видеть и слышать, как тебя втаптывают в грязь.

— Очень зря… — протянула Лекси, еще раз взглянув на рисунок подруги.

****

Постояв пару минут в каком-то оцепенении, я подошел к следующей картине, чтобы замереть, вглядываясь в детали.

****

— Наташка, какого черта ты опять здесь краской навоняла? — Вова ввалился в квартиру, где они уже пару месяцев жили вместе с Наткой.

— Вов, прости, я не могу рисовать на улице! — ответила девушка, продолжая водить кистью по полотну.

— А как же все эти бродячие художники? — продолжал ворчать парень, не обращая внимания на то, как у любимой нахмурились брови.

— Это ты к чему? — серьезно спросила Натка, повернув голову.

— Пошла бы, порисовала природу какую-то…

— Я не могу! Если мысль пришла, я не могу идти куда-то чтобы ее реализовать! — возмутилась девушка. Нет, она, бесспорно, понимала любимого. Получить вместе домохозяйки пришибленную художницу — это не предел мечтаний юноши.

— А зачем ее реализовывать? Вон, все равно все дома стоит! — возмутился парень.

— Вов!

— Что Вов? Сегодня мама к нам придет, а у тебя ужин не готов, а запах такой, что хоть в дом не заходи.

— Не преувеличивай! Ужин в холодильнике, а проветрить МОЮ квартиру я всегда успею! — крикнула Ната и начала собирать краски и мольберт.

— Ах вот как! Куда ты идешь?

— Пойду, последую твоему совету! — ответила Ната, обуваясь.

— А мама?

— Это твоя мама — делай что хочешь! — сказала девушка, забрав принадлежности.

В парке не далеко от дома она рисовала закат. На фоне яркого закатного солнца, была изображена изящная девушка с длинным темными волосами. Ее руки тянулись ввысь, окутанные путами, а земля не пускала лететь ввысь за птицами.

*****

Картина давала ощущение полета, окрыленности. Хотелось помочь этой нимфе взлететь, но я понимал, что это всего лишь картина.

— Алекс, а ты знаешь, кто автор этих работ? — спросил я, когда мы перешли к новой картине. Складывалось ощущение, что художник мне знаком. Может, это выставка Лекси?

— Знаю, но тебе пока рано об этом знать, — ответил друг с полуулыбкой и тут мой взгляд остановился на одной из картин. Название полотна говорило само за себя — это главная картина выставки, носящая ее название. С первого взгляда кажется, что это сплошное серое полотно из капель дождя. Нет, ливня. Но если смотреть внимательно, то видно озеро по глади которого барабанит дождь, а чуть ближе лавочка с двумя влюбленными. Почему влюбленными? Парень со светлыми волосами нежно прижимает к себе темноволосую спутницу, покрывая ее лицо поцелуями, а руками старается укрыть от непогоды. В облике этой пары есть что-то знакомое. И дело не в цвете волос. Дело даже не в том, что на рисунке изображено озеро, у которого мы с Наткой были. Не в том, что благодаря этому ливню я провел самые потрясающие часы с самой лучшей для меня девушкой.