Найти Хейса - Лора Павлов

19

Хейс

День был тяжелый. Мы возились с иском от жадной до денег стервы, которая уже успела воспользоваться добротой пожилого человека.

А наш с Саванной брак теперь будут разбирать по косточкам.

Саванна винила себя за то, что втянула меня во все это, но она не понимала одного: я был рад оказаться здесь.

С ней.

Я скучал по ней. Все эти годы, что мы провели порознь, чего-то не хватало. А теперь она вернулась в мою жизнь, и я хотел удержать ее рядом.

Мы перетащили все ее вещи в мою спальню, уничтожив любые следы того, что она жила в гостевой, прежде чем на этой неделе приедет Белинда и начнет уборку.

Ситуация у нас была… неопределенная.

Меня безумно к ней тянуло, но я до чертиков боялся сделать хоть шаг, который ее отпугнет.

Я плыл в незнакомых водах.

Я сидел на краю кровати, когда открылась дверь ванной. Саванна вышла в коротких шортах и майке. Ее кожа блестела от влаги, волосы были длинные, мокрые, и капля воды скатилась с плеча по руке, по которой лежали пряди.

Мне вдруг захотелось слизать эту каплю.

Блядь. А ведь теперь она будет спать в моей постели. Как, черт побери, мне продержаться так несколько месяцев?

— Я могу спать в спальнике на полу. Кто об этом узнает? — спросила она, вглядываясь в меня.

— Я вроде сказал, чтобы ты больше не спорила со мной на этот счет, — твердо ответил я. Без мягкости. Без намека на шутку. Я не шутил.

— Ах вот как… Муженька снова понесло, да?

— Я могу «понести» в любой момент, жена, — я встал с кровати, оставаясь в одних трусах, и поймал на себе ее взгляд, скользнувший по моей груди.

Она провела языком по губам, обошла меня и забралась в постель.

— Мы же уже спали вместе в одной кровати кучу раз за эти годы, верно?

— Ага. Пустяки, — я подошел к выключателю на стене.

— Тебе все еще нужна сторона у двери?

Я щелкнул выключателем и направился к кровати:

— Да.

Комната погрузилась во тьму. Тихо. Я скользнул под одеяло и устроился рядом с ней.

— Почему ты всегда выбирал ту сторону? Даже когда знал, что я сплю с этой стороны в своей комнате?

Иногда она мне писала, когда ее родители устраивали очередную истерику, и я вылезал из своего окна и забирался к ней через ее.

Потому что когда Саванна нуждалась во мне, я всегда был рядом.

И наоборот.

— Потому что если бы в твою комнату кто-то вошел, ему пришлось бы сначала пройти через меня, — честно ответил я. Я жил с человеком, который был жесток в подростковом возрасте, так что, думаю, это были мои инстинкты — желание защитить ее.

Она повернулась на бок, пододвинулась ближе, и ее нога коснулась моей.

— Ты такой теплый, — прошептала она. Запах ванили и лаванды наполнил все внутри, и я потянулся к ее бедру, притянул ее к себе.

Плотно. Целиком. К своему телу.

— Ты мерзнешь. Давай я тебя согрею, — мой голос был хриплым, и я изо всех сил старался дышать ровно.

Держи себя в руках.

— Ты всегда был горячий, честное слово. Температура тела у тебя явно не как у всех, — прошептала она, но не отстранилась. Ее пальцы скользнули по моему бицепсу.

— Может, я просто горячий рядом с тобой. Не думала об этом?

— Ты сейчас флиртуешь со мной, муж? Можешь не стараться. Я уже в деле. Уговаривать меня не нужно, — она усмехнулась, но я знал ее. Она нервничала.

— Это не попытка тебя уговорить. Мы же женаты.

— Фальшиво женаты.

— Можешь не повторять это постоянно. Я в курсе нашей ситуации. Но мне неприятно, что ты все время об этом напоминаешь, — буркнул я.

Ее ладонь легла мне на щеку:

— Прости. Я просто пошутила. Может, я себе напоминаю. Чтобы не забыть. Все… слишком запутанно.

Ее слова больно сжали мне грудь.

— Я понимаю.

— Тогда скажи… почему ты всегда такой горячий, когда рядом со мной? — теперь в ее голосе звучала насмешка.

— Не знаю, Кроха. Может, я всегда был в тебя влюблен.

— Хейс.

— Саванна, — ответил я с той же серьезностью.

— Не был ты в меня влюблен. Ты столько раз спал в моей постели. Мы все время были вместе. Ты ни разу даже не попытался что-то сделать. И мы оба знаем, что дело не в недостатке опыта. Если тебе нравилась девушка, ты не медлил. Так что не ври мне.

— Я не вру, Сав. Я говорю как есть. Я правда был в тебя влюблен. А потом мы провели кучу лет врозь, и теперь… не знаю. Кто знает, когда ты снова исчезнешь, бросишь меня и уедешь к черту на рога? Я просто выложил все как есть. Потому что терять-то нам уже нечего.

Она молчала. Минуту. Может, больше.

— Тогда почему ты никогда не сделал первый шаг? — прошептала она.

Отличный, черт возьми, вопрос. Я сам задавал себе его раз сто за эти годы.

— Не знаю.

— Попробуй объяснить.

Я задумался.

— Помнишь тот конкурс песочных замков, на который ты меня затащила летом перед отъездом? У озера?

— Тот, где мы выиграли главный приз в пятьсот долларов? — уточнила она.

— Да. Тот, где ты заставила меня строить с тобой замок семь, мать его, часов. И, если не ошибаюсь, ты даже не позволяла делать перерыв на еду и воду, — я усмехнулся и откинул с ее лица волосы.

— Конечно, помню. Мы же попали на первую полосу Magnolia Falls Chronicles.

— Потому что все остальные лепили обычные замки. А ты выстроила целую ферму из песка. Настоящий шедевр. Я тогда говорил, что ты спятила. Слишком масштабно. Слишком сложно. Но с Саванной Эбботт всегда так. Она не сдается. Всегда идет до конца.

— И как это связано с твоей «влюбленностью»? — в ее голосе слышалась явная ирония.

— Помнишь, как мы долго возились с крыльцом? А потом, в самом конце, ты все сомневалась — добавлять ли туда кресла из веток, которые мы сделали?

— Помню, — ее грудь тяжело поднялась, прижавшись ко мне.

— Но в итоге мы решили, что все уже идеально, как есть. И не стоит рисковать и портить.

— Точно. Это было верное решение.

Я прочистил горло:

— Вот так я чувствовал себя, когда смотрел на тебя. Как будто ты — идеал. Мой любимый человек. Моя лучшая подруга. А я был потерянным парнем, понимаешь? Все время влезал в драки, попадал в неприятности. И не хотел испортить то лучшее,