Стань моей - Лора Павлов

двери. Хоук и Эверли остались в городе — у него сейчас разгар хоккейного сезона.

Когда наконец уложили девочек спать, зазвонил телефон Эшлан. Она подняла палец — мол, надо ответить. Две недели назад она закончила рукопись и отправила запросы агентам, всё время повторяя, что шансы почти нулевые. Я читал её книгу, а я, между прочим, никогда не был большим любителем чтения и уж точно не фанатом любовных романов. Но, черт возьми, у девушки настоящий дар. Ну да, не скрою, мне льстило, что главный герой был пожарным — крепкий парень с такими же глазами и телосложением, как у меня, да ещё и зверь в постели. Я, конечно, подшучивал над этим без конца. Но правда в том, что я не мог оторваться. Эта пара прошла через кучу испытаний, чтобы снова найти друг друга, и я чертовски часто ловил себя на том, что у меня щиплет глаза.

Я завалился на диван и открыл книгу на телефоне — хотел узнать, сказала ли Джейд своей матери, чтоб та шла к черту, после того как узнала, что та все годы прятала письма от её парня. И, черт, когда в конце она вывалила всё, что держала в себе, я реально сжал зубы, чтобы не раскиснуть.

— Джейс, — тихо позвала Эшлан, и я поднял голову.

— Это охрененно, детка. Вот же стерва эта Мария Болсон, — выдохнул я, качая головой, и только тогда заметил — у Эшлан на глазах стояли слёзы. Я вскочил, а она уже бросилась ко мне и обняла так крепко, что сбила дыхание.

— Это была Уиллоу Коулз, — выдохнула она сквозь слёзы.

— Кто такая Уиллоу Коулз?

— Агент, с которой мечтают работать все. Самая недостижимая. Я вообще не собиралась ей писать, но Дилан прочла мне целую речь в духе Рокки Бальбоа, и я решилась. И ей понравилось. Она попросила полную рукопись, но сказала, что подпишет меня в любом случае. Она верит, что у меня впереди большое будущее. — Голос у неё сорвался, и я крепче прижал её к себе.

— Ты у меня просто рок-звезда, детка. Я так горжусь тобой.

— Она сказала, что уже знает издательство, которому книга точно подойдёт. Я просто… в шоке.

— И работает в Хэллоуин — вот это трудоголик, — сказал я, поднимая её лицо, чтобы вытереть слёзы большими пальцами.

— Я так рада, что была с тобой, когда всё это узнала, — прошептала она. — Ты мой талисман, Джейс Кинг.

— А ты мой, Солнышко, — ответил я и обнял её.

И пока я держал её в своих руках, одна мысль билась в голове: как, черт возьми, я вообще жил раньше, до этой женщины.

* * *

Последние две недели пролетели как в тумане, и День благодарения уже маячил на горизонте — вместе с приездом Бадди. Девчонки только о нем и говорили. За это время Хэдли сильно пополнила свой словарный запас: болтала о собаке, о том, что с ним нужно гулять, что он наверняка будет скучать по маме, что спать он будет с ней, и уже начала составлять список подарков, которые хочет на Рождество. Никогда в жизни я не был так благодарен за длинный список всякой ерунды — ведь это значило, что она разговаривает.

Главным событием недели стало вчерашнее предложение Рука — он стоял на пожарной машине возле пекарни Honey Bee, и делал предложение Джейде. Она ахнула, расплакалась — это было чертовски красиво. Эшлан привела Пейсли и Хэдли, чтобы они тоже увидели, и теперь Пейсли только об этом и говорила — что, в общем, было неплохо, ведь после последней встречи с матерью она совсем замкнулась.

На прошлых выходных Эвелин встречалась с нами в парке — была еще одна встреча с Карлой, но после этого девочки не сказали ни слова. Кэлвин тогда тоже был там, но выглядел куда менее довольным, чем в прошлый раз. Думаю, Карла начала показывать свое истинное лицо. Хотя, может, я просто ищу повод лишний раз не верить, что она изменилась. Эвелин поклялась, что почувствовала запах алкоголя на последней встрече, и с тех пор Карла замолчала — видимо, они уехали из города. Уинстон тем временем фиксировал все, что рассказывала Эвелин, — собирал материал на случай, если против Карлы придется подавать в суд.

Эшлан закончила рукопись, и ее агент уже рассылал книгу по издательствам. Я в книжный бизнес не лезу, но пару раз сидел рядом, когда та самая Уиллоу Коулз созванивалась с ней, и понял, что это большое дело. Говорят, новичкам пробиться трудно, но Эшлан справилась.

Сегодня вечером я собирался отвезти ее в ресторан — отпраздновать.

— Папа, а почему мы не можем пойти с вами? Эшлан же любит нас так же, как тебя, — уперев руки в боки, спросила Пейсли.

— Не начинай командовать. Она моя девушка, и я хочу сводить ее на ужин. Вы и так проводите с ней кучу времени, когда я на смене, и я ведь не ною, правда?

— Ну, иногда ты все-таки грустишь, когда скучаешь по нам, — сложила руки на груди Пейсли.

— Я всегда грущу, когда скучаю по вам, — сказал я, подхватывая ее на руки и прижимаясь щекой к ее шее.

Она завизжала от смеха, и Хэдли, прижимая к себе плюшевого поросенка, выскочила в коридор. Швырнула игрушку на кровать и бросилась ко мне, и я подхватил обеих. Усадил их на кровать, наклонился.

— Хотел с вами кое о чем поговорить.

— Это не про Бадди? Мы же все равно его берем?

Я закатил глаза:

— Конечно. Я ведь обещал, не так ли?

— Обещал. Тогда о чем ты хотел поговорить? — приподняла бровь Пейсли.

— Мне нравится, когда папа говорит серьезно, — улыбнулась Хэдли.

— Хотел узнать, как вы отнесетесь к тому, если Эшлан будет жить с нами постоянно. Она и так остается, когда я на работе, но как вы почувствуете, если она будет здесь и тогда, когда я дома?

— Да! — Пейсли вскинула кулак в воздух, и Хэдли тут же повторила за ней.

— Правда? Это вас устроит? — уточнил я. — Я собирался спросить ее сегодня вечером.

— Билли Грэбер говорит, что у меня нет настоящей мамы, потому что я живу только с тобой. Может, тогда Эшлан будет как настоящая мама?

Этот мелкий ублюдок выводил меня из себя.

— Болтливый парень, да? Слушай, Карла — твоя мама. Я знаю, она не идеальна и натворила много боли, но она все равно твоя мама. А Эшлан действительно рядом с вами, и если тебе от этого спокойнее, если