Я для тебя всегда онлайн - Юлия Гойгель

не может ответить сам. Вот! Он относится к женщине, как к равноценной партнёрше, — наконец подбираю я подходящее выражение.

— Так это же хорошо! — восхищается Алина. — Что может быть лучше, когда в тебе видят женщину, а не кухарку, служанку, уборщицу и удобную дырку между стеной и кроватью. А параллельно ещё и бесплатное приложение для кошелька.

— Все так думают, Алина. А через неделю, в лучшем случае месяц — ты поймёшь, что всё не так и важно, что тебе нужно не просто внимание этого мужчины, а тепло в его глазах, возможность пожелать «спокойной ночи», первой разбудить его с утра, спросить, как прошёл его день.

— И что, нельзя спросить? — удивляется подруга.

Она не поняла о чём я только что говорила, подсказывает мне внутренний бесёнок, а Кирилл бы понял.

— Проехали, — вздыхаю я. — Так что с соседом?

— В пятницу утром был настоящий ливень, помнишь?

Я помню. Не захотела идти пешком даже до метро и вызвала себе такси. Отчитываться мне ни перед кем не нужно, финансово позволить могу. Зачем насквозь мочить себя, любимую?

— В общем, моё «Ауди» опять не завелось. Наверное, аккумулятор сел окончательно. Сколько раз просила Виталичка посмотреть или в мастерскую отогнать, а то меня там вечно держат за «тупую блондинку», — обижается Алина. — Если бы я разбиралась в машинах, зачем мне этот автосервис был нужен бы? Сидим с Владиком в машине, а время идёт. Понимаю, что и на работу опоздаю и сына мочить не хочется. Смотрю, сосед к машине подходит. Его парковочное место, понятно, рядом. Открыла дверцу, спросила, куда ему ехать. Оказалось, что совсем в противоположную сторону. Извинилась за беспокойство. Закрыла дверцу, вижу, стучит в стекло. Решил отвезти нас куда нужно.

Понятно, что мне неудобно стало. Человек на полчаса задержится, если ещё в пробку не попадёт. Но и стоять перед завучем по-струнке как-то не привлекает. Подвёз. Я спросила, что должна. Он, вроде как удивился и ответил, что ничего. А мне же неудобно. Муж в кровати спит, даже не спустился машину посмотреть, а незнакомый человек на работу опаздывает. Я тихо положила на сиденье десятку и вышла. А он вечером мне её в квартиру принёс со словами, мол, вы случайно обронили. Я его, получается, этой десяткой унизила, что ли?

— Значит, у твоего соседа ещё не всё потеряно, — улыбаюсь я. — Если мужчина пришёл на помощь женщине с ребёнком, в наше время это дорогого стоит.

— Ну, а мы с Виталиком целое утро в субботу ругались. Я просила его посмотреть машину, а он игру в телефоне не мог пропустить. В итоге сказал, что могу разок и пешком пройтись. Мол, не сахарная — не растаешь. А то, что его ребёнок заболеет, если вымокнет, только мои проблемы. И из магазина мне два пакета переть в одной руке, а Владика в другой — я тоже справлюсь. Лошади не такое таскают и не жалуются!

— Надо эвакуатор вызвать и отвезти машину в автосервис, — предлагаю я.

— Я решила сначала соседа с первого этажа попросить посмотреть. Он недавно на пенсию вышел, ничем не занят. Целый день в своём автомобиле ковыряется. Думаю, если аккумулятор, то попрошу мне купить и заменить. Лучше ему заплачу, зато на эвакуаторе сэкономлю.

— Посмотрел?

— Вышла просить, смотрю, Марк тоже со своей квартиры выходит и говорит, чтобы я взяла ключи от машины. Возвращаюсь, беру, на этот раз молча. Выходим во двор, он снимает свою чистенькую курточку, закатывает рукава и лезет в мою машину. Затем сам съездил за аккумулятором и заменил. Но что-то ему там в моторе не понравилось, поэтому поехали на СТО. Не то, где я вечно дурой выгляжу, а другое. Марк сказал, что сам всегда туда ездит и работники нормальные. Поехали на двух машинах. Я на своей, а Владика посадили в автомобиль Марка. Он сам сказал, что лучше подстраховаться, потому что мой автомобиль не совсем исправен. С мастерами сам разговаривал. Мне только сказали, что всё посмотрят и скажут сумму ремонта и сколько возьмут за работу, лишь потом будут делать, — рассказывает подруга. — Поблагодарила, естественно, и разошлись по квартирам.

У меня тоже больше новостей нет и, допив чай, Алина с Владиком уходят домой. Вечер воскресенья у меня свободен, так как один из учеников, сдав репетиционные тесты на высокий балл, решил отказаться от занятий, а второй перенес на обеденное время. За окнами темно, поэтому наблюдать дворовую жизнь кота Васьки возможности нет, и пощёлкав пультом от телевизора, я звоню на мессенджер Кириллу. Про себя решила, если не снимет после пятого гудка, сброшу вызов. Он снимает после третьего:

— Привет, Софи.

— Привет. Я тебя отвлекаю?

— Нет. Закончил работу, принял душ, поужинал и сейчас совершенно свободен. Включи видеосвязь или ты не одета? — просит он.

— Уже легла в постель.

— Значит, маечка с панталончиками?

— Спальный комплект. Купила в среду вместо выброшенного, — отчитываюсь я.

— А могла просто постирать, — не соглашается Воронцов. — Ну, и у кого из нас царские замашки? Включай камеру, я хоть глазами посмотрю, если кота нет лапками потрогать.

Делаю требуемое.

— Одеяло стяни, — смеётся мужчина. — Ты даже ночью до подбородка не накрываешься.

Стягиваю одеяло и сажусь на кровати, чуть относя телефон, чтобы в кадр попало не только моё лицо.

Новый комплект не более открытый, чем предыдущее, но линия груди украшена весьма провокационным кружевом, да и на шортиках кружева больше, чем ткани.

— Ниже, — просит Кирилл.

Послушно опускаю телефон.

— А теперь ближе.

Подношу и резко дёргаю вверх, понимая, что он мог рассмотреть. Или успел рассмотреть. Определённо, в магазине этот комплект мне не казался столь откровенным.

— Кирилл, фу!

— Халатик купила? — смеётся он.

— Купила. Сейчас надену. Ты его ведь тоже не видел!

— Не нужно, не порти картинку, — просит он. — Лучше расскажи, как выходные?

Рассказывать особо нечего. Немного говорим об Алине, затем Кирилл рассказывает, как сопровождал маму в картинную галерею на выставку. Мои познания в живописи ограничиваются «Джокондой», затем идёт «Всадница», репродукции которой раньше висели в любой уважающей себя семье. Кто автор, в памяти не отложилось.

— Карл Брюллов, — просвещает меня Кирилл. — Сейчас оригинал картины хранится в Третьяковской галерее. Давай, напрягай память дальше.

— «Бурлаки на Волге», — победно произношу я. — Не помню в каком классе были изображены на форзаце учебника по русской литературе.

— Три, — засчитывает Кирилл. — Кто победит: ты или пальцы у меня на руках?

Я вспоминаю про «Чёрный квадрат», что-то написанное Пикассо.

— Марк Шагал, твой соотечественник, — помогает Кирилл. — Что про него слышала?

В итоге, с его подсказками, мы насчитываем одиннадцать полотен