Папа для Мышонка (СИ) - Альбина Яблонская

хорошее. Чтобы цвела, благоухала и улыбалась, — сказал я банальные вещи и улыбнулся, чтобы дать ей хороший пример. — Расслабься. Ты привлекательна, умна и интересна в общении. А еще ты пробивная.

— Нет. Я не такая, как ты.

— Это неправда. Просто у меня больше инструментов для решения проблем. И больше навыков. А ты была зависима от не очень порядочного человека. Который тебя обижал. Зато когда ситуация стала ребром, ты взяла инициативу в свои руки. Нашла недвижимость своей бабушки. Полная решимости довести старый дом до ума. Хотя понимала, что это будет сложно.

— Это приятно слышать, — говорила она с некой грустью в голосе. — Но на самом деле я не понимала, во что ввязываюсь. Мне просто повезло, что я встретила тебя. Вот и все. Без тебя у меня бы ничего не вышло.

— Я рад, что мы встретились. За нас.

Мы чокнулись бокалами с холодным, в меру жирным молоком. Пускай это выглядело дико, но к острой пасте со сливками оно подходило идеально. И не убивало вкус карбонары. Не хочу, чтобы алкоголь мешал мне понимать, куда я иду и что делаю с собственной жизнью. Приятно, что Лилия была того же мнения о нашем будущем.

— За нас… — Она наконец попробовала пасту. И по первой реакции было ясно — нравится. — Ум… Класс. Как вкусно.

— Это паста карбонара. Не классическая. Но рецепт довольно приближенный.

— С молоком очень вкусно. Нежный соус такой. И не особо острый.

— Я боялся, что много перца. Нет?

— Нет, все отлично. Ты молодец. Не перестаю удивляться, насколько легко тебе дается готовка еды.

— Может, это просто опыт. Готовил для себя. И рад теперь поделиться умением с тобой. Мышонком. А может, я просто люблю это делать. Знаешь, я ведь еще в детстве любил экспериментировать на кухне. Хотелось как-то помочь маме. Чтобы у нее было меньше работы.

— Это хорошо. Наверное, мать очень любила тебя?

— Мама есть мама, — ответил я просто. — Ты всегда ее любишь, потому что она дала тебе жизнь. И она в свою очередь будет тебя любить. Просто иногда родители любят своих чад по-своему. И со стороны кажется, будто они злые, токсичные. Но, как правило, в таких случаях проблема в травме у самих родителей.

— Но у тебя ведь не было такого, верно?

— Нет, мне повезло. Мама у меня была хорошая. Добрая. Именно от нее ко мне перешли такие качества, как обычная человеческая доброта и готовность помочь, даже если особой пользы ты от этого не получишь.

— Правда очень вкусно, — заверила она и налегла на пасту, чтобы не выглядело, будто лукавит. — Ты себе даже не представляешь, как это классно — в тишине и уюте слопать тарелку хороших макарон после долгого дня и возни с ребенком. Дети требуют внимания. Ты его даешь, но взамен расплачиваешься собой.

— Отдаешь энергию. Я понимаю. Потому и решил порадовать тебя небольшим оазисом релакса.

— Хм… — Она мило улыбнулась. Прожевала еще порцию спагетти и вытерла губы салфеткой. — Это прекрасный вечер. Я благодарна судьбе, что познакомила меня с тобой.

Чтобы было еще атмосферней, я включил на телефоне джаз. И поднялся со стула — протягивая руку, чтобы пригласить Лилию на танец.

— Потанцуем?

— Здесь? Сейчас? — не верила она и улыбалась в сомнениях. Хотя у самой аж глаза заискрились от моего предложения. Просто ей не верилось, что так можно. — Ты приглашаешь меня потанцевать? — Но я не сказал ни слова. Взял ее за ладонь и поднял из-за стола. — Но ведь я не готова. Я не думала, что мы будем танцевать и все окажется таким торжественным.

— Я просто хочу с тобой потанцевать. И мне плевать, как это выглядит, — говорил я, смотря ей прямо в глаза. — Я хочу, чтобы мы это сделали, потому что мне нравится держать тебя за талию. И смотреть в твои глаза.

Она застыла с приоткрытым ртом. И я ее поцеловал, воспользовавшись моментом. Привкус молока и сливок. Острого перца и пикантности базилика. Все это смешалось и дарило чувство странного домашнего счастья, которого не сыщешь в ночных клубах и барах. Это вовсе не то, что мы привыкли видеть в фильмах и представлять, читая любовные романы. Это была настоящая жизнь. И она была на вкус, как теплая домашняя девушка в спортивном костюме. Но именно такой я ее полюбил.

Лилия

О чем еще может мечтать обычная одинокая мать? Если не о помощи в готовке еды, мытье посуды. И о нормальном таком понимании тебя, какая ты есть. Без купюр и прикрас. Богдан принимал меня именно такой — со всеми чудачествами, не упрекал, не делал замечаний. Это я себя стеснялась обычной. А он, напротив, дарил чувство полноценности. И заставлял уважать себя даже за то, что я уже сделала в своей жизни. С ворохом слабостей, ошибок, поспешных выводов и наоборот — слишком запоздалых реакций, когда меняться и уходить от злых людей надо было раньше.

С ним я чувствовала себя женщиной, человеком, личностью. И дело было не только в деньгах и высоком интеллекте Богдана. Дело было в том, как он относился ко мне и Мышонку. Он не ждал от нас чудес, не заставлял ему прислуживать и не винил нас во всех своих бедах. Вместо этого он решал проблемы, помогал, давал советы и поддерживал морально. А потому тот вечер с пастой карбонара, музыкой и танцами на кухне — он был неизбежен. И он был новой точкой в наших отношениях. После которой мы шагнули за грань изведанного и с головой погрузились в романтику двух сердец.

— Отправимся в спальню? — спросил он, шепча мне на ухо. Пока мы медленно кружили под звуки джаза. — Ты ведь хочешь этого, правда?

Я взглянула в его чарующие глаза и податливо кивнула:

— Пойдем.

Он взял меня за руку, и мы вместе отправились в комнату, которой я еще не видела ни разу. Это была хозяйская спальня. И я сюда не входила до того судьбоносного момента. Она была на первом этаже. Там было чисто, приятно пахло. Просторная спальня с видом на лесок через дорогу. Но это днем. А сейчас