Постель не повод для знакомства - Евгения Халь

улыбается. Но серые глаза при этом остаются серьезными и внимательными.

— Ну привет, кореш! — он подходит к Кинг Конгычу и раскидывает руки для объятий.

Шеф вдруг неожиданно боксирует его в живот, приговаривая:

— Открылся, а? Открылся! Чё лыбу давишь, не закрывшись?

Качки немедленно втискиваются между ними, но император тайги дает им отмашку, добродушно ворча:

— Спокуха, свои! А ты, Санёк, как был не в меру борзый, так и остался! — он вдруг ловко наклоняется, уходя от прямого удара, подхватывает шефа, сгребает его в медвежьи объятья и поднимает, несколько раз сильно тряхнув.

— Хорош! Сдаюсь! — сипит Сан Саныч. — Все ребра переломал!

Я с улыбкой наблюдаю за эти спектаклем, который они каждый раз разыгрывают при встрече. И в прошлый раз было то же самое. Совершенно машинально поднимаю голову вверх, и… всё тело сковывает ужас. На крыше отеля стоит Леня, держа в руках огромную рогатку, в которую заряжена здоровенная картофелина размером с булыжник. Черт его знает, из чего он эту рогатку сделал, но выглядит она устрашающе. А напротив Лени, словно издеваясь, висит в воздухе дрон. Боже, только не сейчас! Этот внебрачный сын Карлсона парит прямо над шефом и инвестором. Дрожащими руками выхватываю из кармана телефон и набираю Леню.

— Не отвлекай меня от этой стерляди летучей! — Леня настолько пьян, что у него заплетается язык. — Эскадрилья, к бою!

Когда и где он успел так накидаться? Всё! Решено! Сегодня же поговорю с шефом, чтобы его уволить. Мало того, что пить вообще вредно, так бухать на работе — это просто ни в какие ворота. Главное: сейчас его с крыши снять.

— Леня, я тебя умоляю! Слезь оттуда! Всем святым тебя заклинаю! Только не сейчас! Прямо под тобой инвестор, шеф и толпа народа. Ты здесь всех покалечишь, Леня!

— Не бойся, Маша, я Дубровский. Девочка моя, у меня глаз алмаз! Я как раз траекторию нужную поймал. Сейчас его бомбану, он опнется сбоку и никого не заденет.

— Какое не заденет? Он прямо им на головы свалится! Леня, остановись, родненький! Я тебе сама ящик водки поставлю! Только убери рогатку! — хриплю я, потому что у меня аж голос сел на нервной почве.

— Поздно, Викуся! — мрачно изрекает Леня. — Не любит Карлсон тех гордонов, что запускают в небо дронов! — и с этими словами он бросает телефон на крышу, перехватывает рогатку двумя руками и… стреляет картошкой в дрона.

Я даже крикнуть не успеваю, как дрон, словно подбитый летчик, камнем несется вниз, ударяется о балкон на третьем этаже, рикошетит и с грохотом падает прямо под ноги императору тайги. Его мордовороты мгновенно реагируют: они выхватывают из-под пиджаков оружие, закрывают собой олигарха. Один из них встряхивает за ручку черный портфель, и он разворачивается в пуленепробиваемый щит. Телохранители берут босса в кольцо, закрывая собой и щитом. В этот момент из отеля уже бегут охранники с начальником службы безопасности во главе.

Увидев вооруженных людей, они немедленно закрывают собой Сан Саныча, выхватывают пистолеты и орут:

— Оружие на землю! Быстро!

— Хрен вам! Сами бросайте! — отвечают мордовороты олигарха.

— Да уберите волыны, придурки! — надсаживаясь, орет Сан Саныч службе безопасности отеля.

— Саныч, оттащи своих полканов! Ты чё, совсем наглость потерял? — кричит из-за щита император тайги. — Наезд на стрелке — это не по понятиям. Чё за дела?

— Да как легла, так и дала. Тупо неудобняк! Какой наезд, ты чё, кореш? — кричит в ответ шеф из-за спин службы безопасности.

— Я сейчас всё объясню! Успокойтесь! — Марк выходит вперед. — Это просто досадное недоразумение. Спокойно! Я не вооружен! — он поднимает руки, показывая, что они пустые.

И в этот момент из отеля выходит радостный Гаспар, неся на большом расписном подносе черный хлеб с солью и почему-то картошку в мундире. Наверное, он уверен в том, что без картофеля хлеб с солью подавать нельзя. Хотя я ему пять раз повторила, что картошку нужно подавать к селедке. Но это же Гаспар! Как обычно, он витает где-то там, в своем идеальном мире, где всё происходит так, как велел он сам. Видимо, слухи о предпочтениях императора тайги дошли до шеф-повара, и он решил лично познакомиться с олигархом, встретив его так, как нужно встречать дорогого гостя по русской традиции, естественно, в понимании самого Гаспара.

— А что здесь происходить? — улыбка медленно сползает с одной половины его лица, оставаясь на второй, где он, наверное, заранее прибил ее гвоздями.

— Да уйди ты с линии огня, придурок! — шипит один из телохранителей олигарха и взмахивает пистолетом, жестом приказывая Гаспару отойти в сторону.

Гаспар взмах пистолета воспринимает по-своему. Как угрозу.

— Хам! Ненавижу ганстерс! — шипит он и вдруг хватает с подноса серебряную солонку, и, почти не размахиваясь, швыряет ее в наглого мордоворота.

Солонка ударяет точно в лоб охранника. Его глаза сходятся на переносице. Взгляд на миг становится очень удивлённым и абсолютно окосевшим: неужели этот дрищ меня завалил? И через секунду он падает, как подкошенный. Пистолет со снятым предохранителем ударяется об асфальт и раздаётся громкий хлопок выстрела.

— Ложись! — орет Кинг Конгыч и первым падает на асфальт.

Гостиничная охрана стреляет в ответ. Телохранители императора тайги тащат его к машине, продолжая безостановочно палить. Служба безопасности отеля, спрятавшись за машинами, поливает всё вокруг огнем. Марк сгребает меня в охапку, валит на землю и затаскивает под стоящую рядом машину.

— Отпусти! — ору я.

— Замри! — кричит он, впиваясь ртом в мои губы.

Пытаюсь оттолкнуть его, отдираю от себя, переворачиваюсь на живот. Марк подминает меня под себя, шипя:

— Куда ты лезешь, дура? Лежи смирно!

— Да пошел ты, изврат!

— Истеричка! Я тебя спасаю!

— А можно спасать, не лапая при этом? — пытаюсь выползти из-под машины.

— Да пожалуйста! Тоже мне цаца! — шипит он, затаскивая меня обратно.

Прямо напротив меня лежит на асфальте Кинг Конгыч, выпучив от ужаса глаза. За колесом соседней машины засел Гаспар, продолжая держать в руках поднос. Хлеба на нем не осталось. Зато картошка в мундирах, как живая. Улучив момент, Гаспар высовывается из-за колеса, приподнимается, размахивается и швыряет картошку в одного из охранников императора тайги. Парень, как подкошенный, падает!

— Уи! — ликуя, вопит Гаспар, ставит поднос на асфальт и сжимает кулаки, воинственно боксируя воздух. — Так им! Мэрд! Дерьмо! Диктаторы! Либерасьен! Свободу нам, свободу!

И в этот момент из отеля выбегает Зина с огнетушителем в руках. За ней несется горничная Оксана, сжимая в мощных руках второй огнетушитель. Зина падает на асфальт рядом с Сан Санычем.

— Живой, Саныч? — она ощупывает шефа и прижимает его голову к груди.

— Дааа, — хрипит Сан Саныч, задыхаясь