Малая - Алайна Салах

– Оно очень красивое. – Я протягиваю безымянный палец, глядя, как отливающий синевой металл с крупным бриллиантом скользит по коже. Кольцо Родион выбрал действительно очень красивое, в очередной подтверждая неоспоримое наличие вкуса.

– Идеально подошло, – шепчу я, ощущая легкую дрожь в теле. Где-то из подсознания доносится: «Это навсегда, это навсегда».

– Ну, что, сходим куда-нибудь отметить нашу помолвку?

– Куда? – машинально переспрашиваю я, не в силах оторвать взгляд от кольца. Это навсегда, навсегда. Пока смерть не разлучит нас.

– Можем в «Тео».

– Только не туда. – Я испуганно вскидываю глаза, вспомнив, что Север тоже любит это заведение.

Не обратив внимания на мое замешательство, Родион берет меня за руку.

– Тогда давай в «Ману». Шампанского закажем? Повод-то весомый.

– Может, ты тогда машину здесь оставишь?

– А я планировал к родителям вернуться. – Он смотрит на меня озадаченно. – Думал, ты еще несколько дней захочешь одна побыть.

– А… – Запнувшись, я опускаю взгляд себе под ноги. Предполагалось, что решение пожениться автоматически обнуляет все предыдущие ссоры и размолвки. – Хорошо. Но если хочешь, ты можешь хоть сейчас вернуться домой.

– Бери столько времени, сколько тебе нужно. У нас впереди еще целая жизнь вместе.

– Спасибо. – Я с благодарностью сжимаю ладонь Родиона в ответ. – Думаю, трех дней мне вполне хватит.

Заняв пассажирское кресло, я машинально проверяю телефон. Вика обещала скинуть расписание театральных представлений, на которые мы условились пойти вместе. Однако, вместо этого обнаруживаю сообщение от Севера.

«Напоминаю о завтрашней планерке, малая. Надеюсь, ее ты не продинамишь, как предложение с ужином».

От необходимости принять болезненное решение в груди тянет. Невозможно вступить в новую жизнь, не отказавшись от старой. В ближайшее время я стану Винокуровой, и Северу в этом сценарии точно нет места. Ведь если посудить, каковы наши перспективы? Никаких. Он хочет со мной секса, но о большем речи не идет. Мне пора становится взрослой и научиться делать взрослый выбор.

«Разумеется, я приеду», – быстро печатаю я, стараясь не привлекать внимание Родиона.

И про себя договариваю: «В последний раз».

45

– Это тебе. – Я протягиваю Дарине коробку швейцарского шоколада, купленного по дороге. – К чаю.

Ее тонкие, покрытые бесцветным блеском губы, раздвигаются в смущенной улыбке.

– О-о. Спасибо большое. Очень неожиданно.

– Тебе спасибо. – Я давлю в себе порыв ее обнять. С самого первого дня моей работы Дарина была ко мне очень добра, и ни разу не выказала раздражения, когда я одолевала ее расспросами «что, как и к чему». Можно сказать, что с первой коллегой мне очень повезло. Видимо поэтому глаза так зудят – потому что жаль расставаться.

– После планерки заходи ко мне. Вместе и попьем.

Я качаю головой.

– Не могу.

Про то, что буду увольняться трусливо молчу. Позже узнает сама. Когда Север начнет подыскивать мне замену.

– Ну ладно, значит на следующей неделе, – простодушно произносит ничего не подозревающая Дарина, снова углубляясь в ноутбук. Такого трудоголика как она нужно еще поискать. Север умеет выбирать надежных сотрудников. Только вот со мной ошибся.

До начала планерки остается около получаса. Я намеренно приехала раньше, чтобы иметь возможность переговорить с ним с глазу на глаз. Внятной речи правда не заготовила. Любая попытка представить наш с ним разговор оканчивалась провалом. Я либо отвлекалась на учебу, либо переключалась на механические действия, вроде мытья посуды или уборки. Моя психика словно отказывалась проживать этот травматичный опыт.

– А Север Евгеньевич у себя, вы не в курсе? – спрашиваю я у проходящей мимо Алены Эдуардовны, сильно смутившей меня в первый рабочий день и на деле оказавшейся добрейшей души человеком.

– Только что приехал, – отвечает она, остановившись. – А ты чего так рано приехала? Если делать нечего – забегай ко мне. Королевской ватрушкой угощу.

– Спасибо. – От замешательства и чувства вины я не знаю, куда смотреть. Все эти люди приняли меня в свой коллектив как свою, понятия не имея, что я сбегу, не проработав и трех месяцев. Счастливы те, кто умеют разделять работу и личное. Я, как выясняется, нет.

Стоя перед кабинетом Севера, я вдруг ощущаю сильнейшую дрожь во всем теле. Моя психика оказалась упрямее, чем предполагалось, и продолжает упорно сопротивляться принятому решению. Стиснув зубы, я заношу руку и стучусь. Выбор у меня невелик.

– Ну здравствуй, малая. – Взгляд Севера выразительно проходится по моей водолазке. – Так сильно соскучилась, что решила забежать до планерки?

Его задорная улыбка сейчас не вызывает ничего, кроме ноющей боли в левой половине груди. Когда я так сильно сумела к нему привязаться? Мы ведь абсолютно разные и по-разному видим мир. Север никогда не предлагал ничего серьезного, так что глупо грустить об упущенных перспективах. Потому что их у нас попросту нет.

– Не совсем. – Я нервно повожу плечами в попытке стряхнуть с себя скованность. – Есть разговор.

Улыбка все еще не сходит с его лица, но взгляд становится цепким. Удивительно, что сейчас я не испытываю ни чувства вины, как это было при встрече с Аленой Эдуардовной, ни сожаления и грусти как от короткого диалога с Дариной. Глядя на Севера, я ощущаю невыразимое отчаяние, как если бы только что узнала о необходимости ампутировать руку.

– Я тебя слушаю.

– Я больше не могу у тебя работать. – От напряжения я трудом разлепляю губы. – Эту неделю удаленно доделаю начатое, и после этого все… В офис больше не приеду.

Лицо Севера остается все таким же невозмутимым, тогда как я ощущаю сильнейший прилив тошноты и слабость. Был бы поблизости на что опереться – я бы непременно это сделала.

– Почему?

– Платить ничего не нужно… Месяц только начался, поэтому… Это будет компенсация за то, что подвела…

– Я спрашиваю, почему ты решила уволится, – повторяет он уже намного жестче.

Спине становится липко и холодно. Я воровато озираюсь на дверь, мечтая поскорее очутиться в коридоре. Сердце так и тарахтит как испорченный мотор. Есть ли шанс, что Север почувствует хотя бы малую часть того, что испытываю я от невозможности с ним видеться? Наверное, нет. А мне бы очень этого хотелось.

– Я выхожу замуж, – тихо говорю я. Смотрю себе под ноги, на логотип ноутбука и лишь потом осмеливаюсь снова найти его глаза. – Думаю, теперь ты понимаешь.

– Хороший откат назад, – медленно произносит он через паузу. – Беременная?

От неожиданности такого предположения я невольно отступаю назад.

– Что? Нет… Нет, конечно.

– Тогда вдвойне непонятно. В твоем возрасте редко выходят замуж во имя спасения отношений.

– Вовсе не так. – Я хмурюсь, уязвленная намеком на то, что наши отношения с Родионом требуется спасать. – У нас все хорошо и мы просто