Мелодия одиноких сердец - Настя Ильина

работой над тестовым занятием, потому что до поздней ночи они с Егором гуляли по парку, а потом он катал её по ночному городу. Этот день навсегда запечатлелся в памяти, как самый лучший день в жизни.

На мгновение Егору показалось, что в окне мелькнула его маленькая, его Тася, счастье которого он сам себя лишил, но она должна быть сейчас в столице, уже через пару дней придёт отчёт о её жизни, который каждую субботу высылает детектив, нанятый Егором, чтобы знать, что с его девочкой всё в порядке. Сначала отчёты были ежедневными, но потом, с каждым разом Егор всё сильнее убеждался, что она повзрослела, об этом говорил не тот факт, что Тася получила новый паспорт, нет, просто она стала мудрее, набралась жизненного опыта и изменилась. Это было прекрасно, если опустить, что до онемения хотелось наплевать на запреты, данные самому себе девять месяцев назад, наплевать и рвануть к ней, прийти, подарить цветы и признаться в том, что струсил однажды, но теперь готов искупить свою вину, если только она позволит.

Сразу бы сказал, что он Странник, и всё могло повернуться иначе. Егор не мог простить себе эту трусость.

— Егор Константинович, вы домой или поужинать куда-то заедете? — спросил водитель.

— Домой. Закажу пиццу. Не хочу сегодня никуда выбираться. Завтра отвезёшь меня в парк… Прогулка на свежем воздухе пойдёт только на пользу.

— Хорошо. Тогда за полчасика скиньте сообщение, и я примчусь.

Егор ответил коротким кивком. Приходя в парк, он освежал в памяти воспоминания о своей маленькой девочке, о том, как они бродили тут год назад, как ели мороженое, а потом пробрались на закрытую карусель, словно были подростками и прятались там от охраны.

Как только водитель притормозил у ворот в особняк, где было так пусто и одиноко, но всё ещё оставалась память о ней в виде разложенных на письменном столе книг и аккуратно заправленной постели, Егор вышел. Опираясь на костыль, он поковылял к дому. Ходить много врач запретил, не в ближайшее время, но уже можно было стиснуть зубы и бороться с болью, которая каждый раз пронзала тело, словно куча мелких иголок. Особенно сложно было подниматься по ступенькам, поэтому Егор был вынужден перенести спальню в гостиную и забросить второй этаж. Лишь время от времени, когда на душе было слишком плохо, он вгрызался в землю зубами, стискивал зубы, но ползком поднимался наверх, чтобы войти в комнату, где несколько дней жила Тася, и окунуться с головой в воспоминания.

Вот и в эту секунду под ложечкой сосало, а душа требовала снова зайти в её комнату и провалиться в воспоминания, окунуться в этот омут с головой. И сжав руки в кулаки, собрав всю волю и стиснув челюсти, Егор начал потихоньку подниматься по лестнице, надеясь, что когда-нибудь он преодолеет этот болевой порог и сможет перестать думать о Тасе как о своей…

* * *

Уже второй день Тася провела в родном городе, но так и не заехала к родителям: что-то постоянно останавливало. Казалось, словно камень тяжёлым ярмом отягощает и не пускает. Страшно было посмотреть маме в глаза и снова услышать от неё какую-то колкость. Конечно, по телефону они общались, но разговоры были короткими, и у Анфисы Олеговны просто не оставалось времени на то, чтобы вываливать на дочь свой негатив.

Работа над проектом продвигалась быстро, и Тасе стало казаться, что совсем скоро она сможет улететь обратно в Москву. Пусть это был большой город, которого поначалу девушка даже боялась, она желала поскорее вернуться и снова отрешиться от воспоминаний, теперь терзающих душу с новой силой.

Тася уже собиралась уйти в гостиницу, когда услышала, как девчонки-дизайнеры обсуждают свежие сплетни.

— Это сын Сабурова я тебе говорю. Его же как-то отмазали сначала, а теперь вот опять за изнасилование девчонки посадили… Говорят дочка мента какого-то, теперь сумма взятки для освобождения ублюдка станет существенно выше, — шептала одна, а вторая хихикала и вторила ей, что-то о цене за свободу.

Услышав знакомую фамилию, Тася почувствовала, как внутри всё рухнуло. Снова Стас начудил, и это было вполне ожидаемо. Вот только упоминание о нём больше не пугало. Теперь себя можно было защитить с помощью газового баллончика, который носила с собой. Тася с удовольствием бы залила этому ублюдку глаза перцем, если бы посмел приблизиться к ней.

— Тасенька, а вы уже нас покидаете? — послышался голос Виталия Алексеевича за спиной, и пришлось обернуться в его сторону, рисуя на лице улыбку.

— Рабочее время подошло к концу… Решила немного почитать, давно не занималась этим.

— А что, если «почитать» отложим на потом? Я хотел бы предложить вам прогуляться по парку. Погода сегодня прекрасная. А как красиво в парке… Впрочем, вы наверняка это знаете, вы же здесь родились и выросли.

— Прогуляться? Это, конечно, хорошая идея, но…

Тася не хотела идти в парк. Он ассоциировался у неё с прошлым, которое нанесло сильную душевную рану, сильнее, чем физическое насилие. Но Виталий Алексеевич не оставил ей выбора.

— Отлично. Я только заберу пиджак в кабинете.

Тася даже слова против не успела сказать и сомкнула губы, когда начальник скрылся за поворотом. Виталий Алексеевич был видным мужчиной, вот только не интересовал он Тасю. Никто не интересовал девушку, потому что она тосковала по своему Страннику-Егору и мучилась. Если бы он только сказал, почему решил отнять единственный шанс у их отношений, которые даже развиваться не начали. Испугался раскрыть правду? Значит, и не любил. Если любил, как писал ей, то продолжил бы бороться за них, а не струсил.

Вздрогнув от неожиданности, когда появился Виталий Алексеевич, Тася направилась следом за ним к машине. Она уже всерьёз подумывала о том, чтобы пойти учиться на права, вот только в Москве на автомобиле особо не поездить из-за пробок: постоянно приходится толкаться в метро, чтобы не опоздать на работу, а квартиры рядом с офисом настолько дорогие, что на их аренду будет уходить вся зарплата.

В машине Виталий Алексеевич задавал вопросы касательно проекта и пытался выяснить, что там замышляет столичная «верхушка» их бизнеса. Тасе на самом деле не были известны никакие планы, но даже если бы что-то знала, вряд ли стала болтать.

— Меня руководителем проекта прислали только потому, что все остальные сейчас заняты, а так я же просто дизайнер, Виталий Алексеевич. Вы выше меня в должности, вам должно быть известно больше, — пожимала плечами девушка, отвечая на вопросы мужчины.

Время от времени Тасе казалось, что Виталий Алексеевич пытается сблизиться ради