После его банана - Пенелопа Блум

Я медленно подошел к нему сзади, засунув руки в карманы.

— Ты в порядке?

— Да. — Он не посмотрел в мою сторону и не перестал возиться с рамками.

— Папа. Я знаю, что мы сталкиваемся лбами, но, хочешь верь, хочешь нет, я довольно хорошо разбираюсь в проблемах. Что бы у тебя ни происходило, держу пари, я мог бы помочь тебе разобраться в этом.

Вздохнув, он обернулся и, наконец, посмотрел на меня. Мой отец был впечатляющим человеком. Высокий, широкоплечий и сильный, как будто само время пыталось дождаться, пока он ослабит бдительность, чтобы предпринять серьезную попытку украсть его молодость. Так же сильно, как я восхищался своим дядей Уильямом за то, как он, казалось, беззаботно плыл по миру, я также восхищался своим отцом за то, насколько он был приземленным. В идеальном мире я бы оказался где-то между ними двумя. Вместо этого, я думаю, каждый раз, когда я пытался быть больше похожим на своего отца, я просто видел, насколько безнадежно было гнаться за его совершенством.

На моем отце была армейско-зеленая футболка, которая местами промокла от пота во время нашей игры в лазертаг. Редко можно было увидеть его одетым небрежно, но мне стало от этого немного спокойнее. Он понизил голос.

— Ты должен пообещать, что ничего из этого не дойдет до твоей мамы.

— Ладно. Обещаю.

— Приближается наша годовщина, и я хочу, чтобы она была идеальной. Но у меня заканчиваются идеи. Ничто не кажется мне достаточно хорошим.

— О, ты абсолютно правильно поступил, что доверился мне. К счастью для тебя, ты разговариваешь с экспертом.

— В годовщинах? — голос моего отца был сух. — Ты когда-нибудь встречался с девушкой дольше двух недель?

— Я собираюсь проигнорировать это и просто попытаться помочь тебе. Если ты хочешь, чтобы все было идеально, это должен быть возврат к прошлому. Либо что-то особенное, что вы двое делали, либо что-то особенное в ее жизни. Ты находишь этот маленький кусочек ностальгии, добавляешь в него немного свежести нью-эйджа, а затем бросаешься за ограду.

— Кусочек ностальгии?

— Да, вроде… Говорят, ее отец водил ее кататься на коньках, когда она была маленькой. Ты приводишь ее на каток, украшаешь это место причудливыми огнями и музыкой и устраиваешь катание на коньках вдвоем, за которым следует ужин с вином в центре катка. На столе… или что-то в этом роде. Я не знаю, я тут кривлю душой, но ты понял идею.

Мой отец действительно обдумывал мою идею.

— Это не самый худший совет.

— Я же говорил тебе. Я человек идей. Мои услуги всегда доступны, и если хочешь, чтобы они принесли пользу «Галлеону», ты можешь нанять меня и обеспечить мне зарплату.

Он медленно кивнул головой, затем протянул руку и сжал мое плечо.

— Я был слишком суров к тебе. Я сожалею об этом. Наверное, я вижу в тебе много от своего брата. Меня всегда поражало, что он дожил до совершеннолетия целым и невредимым. Раньше я думал о том, как бы я относился к нему по-другому, будучи родителем. Наверное, я хотел сделать для тебя то, что мои родители не сделали для него. Вместо этого, может быть, мне следовало просто понять, что с твоим дядей в конце концов все в порядке. В основном.

— Скажи мне кое-что… и будь честен. Почему ты никогда не предлагал мне работу в «Галлеоне»?

— Потому что я не думаю, что ты на самом деле хочешь пойти по моим стопам. Есть одна знаменитая цитата. По сути, это говорит о том, что большинство людей терпят неудачу не потому, что они стремились слишком высоко и у них ничего не получилось. Они терпят неудачу, потому что целятся слишком низко, и добиваются успеха.

Я нахмурился, пока до меня это доходило. Немного погодя я улыбнулся и легонько ударил его кулаком в грудь.

— Спасибо, папа.

Он ухмыльнулся.

— Иди прими душ. Ты грязный.

— Ты и половины не знаешь, — сказал я.

В настоящее время мои яйца покрыты достаточным количеством спрея от насекомых, чтобы отразить нашествие саранчи на уровне чумы. Но мне запрещено входить в ванную комнату, пока Рей принимает ванну.

Глава 23

Рей

Ну, черт.

Этот план дал обратный эффект. Вместо того чтобы разозлить его, мои выходки в лесу, казалось, только еще больше расположили Майлза ко мне. Хуже того, я была в восторге.

Майлз сидел в постели без рубашки, когда я вышла из ванной. Его волосы были мокрыми, как будто он нашел другую ванную в этом огромном доме и принял душ. Я позаботилась о том, чтобы захватить с собой сменную одежду, так что, когда вошла в комнату, была полностью одета.

— Твой дядя действительно ожидает, что мы будем спать в одной постели?

Майлз поднял глаза.

— Да, это проблема? Я могу поспать на полу, если ты боишься, что я буду прыгать по костям или что-то в этом роде.

— Нет. Все в порядке. Я просто… — я порылась в своем мозгу в поисках чего-нибудь отталкивающего. — У меня есть кое-какие постыдные привычки. Я имею в виду то, что я делаю во сне.

— Насколько все может быть плохо?

Я пожала плечами.

— Ты прав. Думаю, нет необходимости переживать по этому поводу.

Кровать была достаточно большой, чтобы у меня было достаточно места для себя, когда я скользнула под одеяло. Правда заключалась в том, что большая часть меня хотела прижаться к Майлзу и уткнуться лицом в изгиб его плеча. Он выглядел просто восхитительно без рубашки, вот почему мне нужно было повернуться к нему спиной.

Я достала свой телефон и отправила сообщение Луне.

Рей: ААААААА. Это отстой!

Луна: Это сработало?

Рей: Нет! Чем безумнее я веду себя, тем больше, кажется, нравлюсь ему.

Луна: Вести себя как сумасшедшая не входило в мои планы. Будь скучной и незаинтересованной.

Рей: Я чувствую себя слишком плохо. Я просто пытаюсь отпугнуть его тем, что веду себя немного странно. Есть какие-нибудь идеи?

Луна ответила не сразу. Когда она это сделала, мои глаза расширились от некоторых нелепых вещей, которые она предлагала.

— Эй, — сказал Майлз. Он листал журнал. — Тебе нравятся природные тропы?

— Что? А зачем тебе?

— Я все еще пытаюсь спланировать «свидание — грандиозный финал».

Не отвечай на это, Рей. Будь сильной.

Я громко зевнула, затем крепко зажмурила глаза, надеясь, что он подумает, что я заснула.

Я почувствовала, как он повернулся, чтобы посмотреть на меня, затем, несколько секунд спустя, он снова листал страницы своего журнала.

Я подождала, пока он выключит свет, ляжет в