Забирая Еву - Виолетта Роман

другу, и сейчас пользуемся этой близостью, как способом забыть боль.

Когда все заканчивается, он притягивает меня к груди, сжимая изо всех сил. Мы стоим так слишком долго. Мы оба – словно олицетворение усталости и отчаяния. Егор думает, что я не замечаю. Но шум воды не заглушает вибрацию его тела. Мне становится не по себе. Когда из-за тебя плачет сильный мужчина – это всегда страшно.

— Не уходи, не бросай меня, — раздается его тихий голос.

А мне больно видеть его таким. Будто я вонзила нож ему в сердце.

— Я осталась с тобой, я люблю тебя.

Обхватив мое лицо, он всматривается напряженно в мои глаза. Смотрит с таким отчаянием и болью, что я и без слов понимаю вопрос, который он так боится задать.

— У меня с ним ничего не было.

Касаюсь его запястий. Даю понять, что я с ним. Я все еще та Ева. Он верит мне. Я читаю в его взгляде облегчение.

***

С того судьбоносного вечера прошел почти месяц. Егор подал заявление о разводе, и теперь он официально свободный человек. Он очень изменился. Егор стал податливым, пытался во всем угождать мне даже в самых простых вопросах.

Признаю, я вела себя крайне не профессионально, отказываясь от сложных, провальных производств. Мне доставались только «удобные». Не знаю, почему я это делала. Работать я любила, более того, в последний месяц работа стала для меня спасением. Я погружалась в нее с головой. Я стала безжалостной. Эмоции больше не играли роль, я научилась их отключать. Мне не было жалко нерадивых должников, не было жалко отдавать документы на привлечение их к уголовной ответственности. Не хочешь оплачивать долги? Иди к черту. Статью тебе и штраф в кругленькую сумму. Мои показатели выросли в считанные недели. Я все чаще ловила себя на мысли, что прокручиваю в голове наши разговоры с другим - с самолюбивым и гордым мужчиной. С тем, кто за меня принял решение и без зазрения совести отказался от общения со мной. Именно он советовал мне отключать эмоции и действовать холодным рассудком. И его принцип оказался чертовски действенным.

Весь последний месяц я прожила словно в тумане. Спокойствие это ведь хорошо, правда? Тихое счастье, рядом любимый, выстраданный мной. Что может еще пожелать женщина? Но поздней ночью, когда я закрывала глаза в ожидании спасительного сна, в голове вспыхивали яркие образы-воспоминания. Той необыкновенной недели, навсегда изменившей во мне что-то очень важное.

***

Сегодня на планерке было как никогда жарко. Давно уже Егор не был таким суровым. Все сотрудники как один сидели, опустив головы, смиренно принимая на себя праведный гнев начальника.

— Илья Алексеевич, - от обманчиво спокойного голоса Егора, Илья едва ли не под стул прячется.

— Вы оборудование завода «Сельмаш» передали на хранение новому директору? – спрашивает он, поднимая на Илью разгневанный взгляд.

— Егор Анатольевич, я вчера весь день жалобами занимался по Тюрину.

Оправдания Илья похожи на детский лепет. И они злят Егора еще больше.

— Если на изъятии мы не досчитаемся хотя бы одного станка, вы будете нести за это ответственность! И я с вами в придачу!

Илья молчит. А Егор уже не может остановиться.

— У тебя уже есть выговор! Ты хочешь предупреждение о неполном служебном соответствии?– спрашивает он более спокойным тоном.

— Егор Анатольевич, сегодня все сделаю.

— Вечером акт о передаче на хранение должен лежать на моем столе, в противном случае с тебя объяснительная и можешь собирать вещи. Вернешься в районный отдел к «алиментам».

— Понял, — бурчит Илья, опуская глаза в ежедневник.

Несколько секунд Егор молчит. Окидывает внимательным взглядом всех присутствующих.

— Есть у нас и радостные новости.

Мы все замираем в ожидании.

— Сегодня утром пришел приказ о присвоении очередного звания юриста 1 класса Щербаковой Нине Анатольевне и Гофман Еве Сергеевне, — когда он произносит мою фамилию, на его губах появляется улыбка.

Егор поднимает на меня лукавый взгляд. Вот негодяй, и молчал, не говорил мне. Мы переглядываемся с Нинкой со счастливыми улыбками на лицах.

— Так что завтра утром вы отправляетесь на коллегию в Управление, в конце совещания будет вручение погонов, — произносит Егор, смывая с наших лиц радость.

Раздав последние ЦУ, он отпускает нас. Проходя к выходу, обращаю внимание на Колесникова, неподвижно сидящего на своем месте. Заместитель сегодня как никогда тихий и грустный. Еще на планерке заметила, как нервно он сжимал ручку, как ходуном ходили его ноги. Что же такого он натворил?

До обеда время пролетает. Работы как всегда вал. А на обеденный перерыв мы отправляемся дружной компанией нашего кабинета.

— Ну что, Жорик, как подготовка к свадьбе проходит? – спрашивает Нина, пока мы дожидаемся заказа.

— Ой, не спрашивай, — хватается бедолага за голову, под довольный смех Ильи.

— Настя совсем с катушек слетела. То это платье, то другое. Уже ресторан забронировали, а она в последний момент отменила. Нужен другой. В общем, лучше бы и дальше так жили, — отмахивается он.

— Ничего, у всех так. Девушки всегда переживают по поводу свадьбы, — пытаюсь успокоить несчастного.

— Так у нее же не в первый раз свадьба. Зачем вообще все это устраивать? Звать кучу гостей, тратить кучу денег?! Если можно просто пойти и где-нибудь скромно посидеть, а на оставшиеся деньги поехать отдохнуть к морю, — сокрушается Жорик.

— Не будь скрягой, Жорик, — перебивает его Нина.

— Хочешь быть мужем королевы, веди себя соответствующе, — добавляю я, и переглянувшись с подругой начинаю хохотать.

— Кстати, вы видели сегодня Колесникова? Он такой бледный на планерке был, я думала в обморок бахнется, — протягивает Нина.

— Да и шеф не спроста злой такой. На меня накинулся, — подает голос отчего то притихший Илья.

— Ева, а ты можешь у шефа узнать, в чем там проблема с Кириллом? – спрашивает Жорик, в то время как подошедший к столику официант подает наши блюда.

— Постараюсь, ребят.

У самой мысли заняты совсем другим вопросом.

— Ты мне лучше скажи, как завтра в Управление поедем? – поворачиваюсь к Нине.

— На тебе, - хмыкает подруга.

— Заберешь меня по дороге. Кстати, скорее всего, вручать погоны нам будет мой Андрюша.

— Андрюша?

— Ну, здравствуй, подруга называется, — сокрушается Нина.

— Андрей Иванович Чернявский, первый заместитель руководителя, на минуточку, покруче Кая будет!.

— И что, у