Проблемная девочка (для) босса - Walentina

сделать этим людям? Ведь Федю похитили не они, а Котов. А ему ничего за это не будет! Мне ли об этом не знать…

— Пошли, нам тут делать больше нечего, — прошептал на ушко Артём Юрьевич.

Вздрогнув от неожиданности, я обернулась, не понимая, как так быстро и не заметно он смог оказаться за моей спиной. Вот только из-за того, что пространства в кабинете практически не было, я оказалась к нему настолько близко, что ощутила его дыхание на своём лице.

Мне вдруг стало всё равно, что происходит вокруг! Громкие голоса правоохранителей, возгласы женщин, и то, что мы находимся в школе. На мгновение мне показалось, что кроме нас здесь никого нет. Захотелось сократить оставшееся пространство и впиться в его губы. Как же хочется вновь ощутить всё то, что уже один раз попробовала, но к чему, увы, больше не прикоснусь!

— Мама, — прошептала, вспомнив о том, что она тоже здесь и стала свидетелем игры Артёма Юрьевича. Вряд ли она сможет всё правильно истолковать.

Отведя взгляд от босса, я посмотрела туда, где видела её в последний раз. Вот только её там не было! Я ощутила панику. Испугано осматривая толпу, я искала среди них родное лицо.

— Кристина! — услышала взволнованный голос Артёма Юрьевича, после чего почувствовала, как он приобнял меня сзади за талию. — Она уже на улице, пошли.

Сначала я хотела воспротивиться, решив, что он лжёт. Вряд ли она успела покинуть кабинет до того, как тут началась суматоха. Но в очередной раз я всё же решила довериться Артёму Юрьевичу.

Схватившись за его руку, боясь потеряться среди суеты, я медленно направилась следом за ним. Сейчас мне было плевать на то, что случится с этими людьми, но не сомневаюсь, что каждый получит по заслугам.

Наконец оказавшись на улице, я смогла выдохнуть с облегчением. Суета учителей и учеников и их родителей осталась позади. Обеспокоенно осматривая двор школы, я искала маму, а когда заметила её, из груди вырвался вздох облегчения.

Поникшие плечи, стеклянный взгляд, направленный в никуда, руки, крепко сжимающие сумочку. Ей сейчас так же тяжело, как и мне. Федя — единственное, что есть ценное у нас. Вот только я знаю, что нам помогут, что есть тот, кому не всё равно, а она не знает! Я просто обязана ей всё рассказать!

— Спасибо вам большое, Артём Юрьевич, — проговорила, чувствуя, что он всё ещё рядом. — Но мне нужно успокоить маму и отвезти её домой.

Я ощутила, как от этих слов рука на моей талии сжалась сильнее. Вздрогнула, совсем позабыв, что всё это время он держал меня, а я словно боясь потерять опору, доверчиво прижималась к нему.

Попыталась отстраниться, но кто бы мне позволил!

Ощутив на шее его дыхание, снова вздрогнула.

— Кристина, последний раз прошу по-хорошему, обращайся ко мне на ты и по имени, — прошептал он мне на ушко, посылая мурашки по телу. — Или я накажу тебя, — добавил отстраняясь, после чего он и вовсе отступил и в привычном приказном порядке сказал: — Иди успокой маму, я жду вас в машине.

От столь близкого общения с ним в голове всё перемешалось и я не сразу поняла, что он сказал, а когда поняла, решила воспротивиться, но мне не позволили.

— Но…

— Я жду вас в машине, — с нажимом повторил он, после чего прошёл мимо, направляясь к автомобилю.

Глава 23

— Как она? — спросил Артём, когда я вышла из комнаты мамы.

Он стоял в коридоре, облокотившись о стену и держа руки в карманах. Рукава рубашки были закатаны, верхние пуговица расстегнуты, а узел галстука расслаблен. Взлохмаченный, расслабленный и непривычный. Всегда собранный, уверенный в себе, сейчас он казался растерянным.

Видеть его в стенах собственной квартиры весьма странно. Когда-то я думала, что ни один мужчина больше не переступит порог нашего дома. Но видимо, не всё происходит так, как нам хочется.

— Дала ей успокоительного, но вряд ли это поможет, — ответила и, проходя мимо, поинтересовалась: — Чай, кофе?

Знаю, что сейчас не до этого, но мне чем-то нужно занять себя, пока ждём новостей о Феде.

Я прошла на кухню, ощущая, что Артём идёт следом. Поставив чайник, я подошла к окну, не желая встречаться с мужчиной взглядом. Я понимаю, что сейчас он начнет расспрашивать меня о сыне, о Котове, и не была готова к этому.

— Ты ведь сына имела в виду, говоря о любимом мужчине? — спросил Артём, подходя ко мне со спины.

Я ощутила, насколько близко он стоит, почувствовав его дыхание на затылке.

— Да, — короткий ответ, от которого перехватило дух.

Артём неспешно, словно чего-то опасаясь, приобнял меня за плечи, зарываясь в волосы и с шумом выдыхая. Прикрыв глаза, я лишь на мгновение почувствовала себя в безопасности.

— Почему сразу не сказала? Зачем нужно было это скрывать? — тихо поинтересовался он.

— Я не скрывала, эта информация есть в личном деле. Но я сомневаюсь, что ты хоть раз открывал его, — ответила, отступая от него.

Не видела я смысла сейчас в этом разговоре, всё равно уже ничего не изменишь. Прощать его поступок даже после всего, что он сделал сегодня, это глупо. К тому же, он и не извинился за это.

— Да, я не смотрел твоё личное дело, но ты могла…

— Зачем? — не выдержав, спросила, посмотрев на него. — Что бы это изменило? Да и не обязана я перед тобой отчитываться! Кто ты для меня?

— Значит, ты считаешь, что я для тебя никто? — усмехнулся Артём, качая неодобрительно головой.

В его голосе послышались нотки горечи. Я не могла понять, с чего ради? Ведь он сам в последнюю нашу встречу дал мне это понять, так для чего сейчас вновь затрагивать эту тему?

— А ты считаешь иначе? — спросила, выгнув бровь.

Я не знаю, чего именно Артём от меня хочет. Он ни разу не сказал мне ничего, ни разу не намекнул, что я ему нравлюсь. Да, он говорил о желании, но ведь это всё просто человеческие потребности, и тут даже я ничего не могу с этим поделать. Но ведь даже на этих потребностях не возможно долго прожить. А я хочу нормальных отношений, чтобы меня любили, и чтобы любила я!

— Знаешь…

Артём хотел что-то