Запретный плод - Юлия Гетта

когда мы вышли на парковку, я вспомнила, что он привез нас на моей же машине.

– Как машина? – с ухмылкой спросила я.

– Тяжеловата, – ответил он, пожав плечами.

Макс снова сел за руль, девчонки устроились сзади в своих автокреслах, а я села рядом. Получилась прямо такая образцовая семья, если не считать, что за рулём вместо их отца сидел мамин любовник.

Заехав в наш двор и припарковавшись, Макс повернулся к девчонкам, отстегнул их ремни безопасности и сказал:

– А ну-ка, принцессы, бегите, поиграйте на площадке пять минут. Нам с вашей мамой нужно поговорить.

Девчонки весело убежали во двор, тут же запрыгнули на качели и принялись раскачиваться. Макс нежно провёл рукой по моему лицу и впился губами в мои, вызывая дрожь во всем моем и без того слабом теле. Он, словно изнывающий от жажды путник, напился вдоволь и отпустил мои губы, оставив меня сидеть с помутившимся сознанием.

– Лера, я не хочу отпускать тебя к нему, – сказал он, глядя мне в глаза. – За что он тебя ударил?

– Поверь мне, было за что, – опустила я взгляд.

– Я не представляю, что такого ты могла сделать!

– Я сказала, что изменила ему с другим мужчиной.

– Что?! – Макс округлил глаза. – Что ты ему сказала?!

– Я сказала, что была с другим, Макс. За все время, что я его знаю, он ни разу не поднимал на меня руку. Но сегодня я просто его спровоцировала. Может быть, я сама этого хотела.

– Чего ты хотела? Зачем ты сказала это? – ошарашено спрашивал он.

– Поверь, он не тронет меня больше. Я знаю своего мужа. Не бойся за меня.

– Но зачем ты призналась ему?

Я молчала, не зная, что сказать. Признаваться, что застукала мужа с любовницей – стыдно. Выдумывать что-то и врать мне совершенно не хотелось.

– Макс, давай не будем об этом, прошу, – ласково посмотрела я на него. – Я как-нибудь в другой раз все тебе расскажу.

Макс посмотрел мне в глаза долгим пронзительным взглядом.

– Если с тобой что-нибудь случится, я ни за что себе не прощу.

Я с грустью вздохнула:

– Не беспокойся. Я обещаю, что со мной все будет в порядке.

Мы вышли из машины, я позвала девочек, и мы стали прощаться. Макс передал мне ключи от моей машины и, взглянув мне в глаза, на мгновение задержал руку, когда она коснулась моей. Я смутилась и поспешила увести дочек домой, а он остался стоять и смотреть нам вслед, пока мы не скрылись у него из виду.

12 глава

До самого утра я с волнением и страхом ждала возвращения мужа, но Андрей так и не появился. Утром я позвонила Миле, предупредила, что взяла больничный. Потом отвезла дочек в сад, заехала в больницу, чтобы пройти томографию, после заскочила в полицейский участок, написала объяснительную, мол, это я сама случайно упала и ударилась, после чего вернулась домой и снова принялась собирать вещи. За этим занятием меня и застал внезапно приехавший домой муж. Он не сказал ни слова, просто встал в проходе, облокотился на косяк и наблюдал за мной. Я в этот момент, стоя на коленях перед чемоданом, укладывала в него детские платья.

– Почему ты не на работе? – спросила я, не зная, чего от него ожидать.

Он не отвечал, я терпеливо ждала, и мне казалось, что это молчание затянется на целую вечность.

– То, что ты вчера сказала – это правда? – спросил наконец Андрей, игнорируя мой вопрос. И я поняла, что он сильно пьян. Только я умела понять степень его опьянения, для посторонних это всегда оставалось загадкой. Все думали, что мой муж никогда не пьянеет, но я всегда безошибочно различала его меняющуюся с количеством выпитого манеру разговора, когда речь становилась ленивой, расслабленной, а движения – более свободными.

– Правда, – ответила я, бросая чемодан и поднимаясь на ноги.

– Почему? – с болью в голосе спросил он.

– Не знаю, – опустила глаза я.

Муж смотрел на меня невыносимо долгим взглядом, от которого я вконец смутилась и потеряла душевное равновесие.

– Кто он? – последовал его вопрос после небольшой паузы.

– Разве это так важно? – спросила я, пытаясь справиться с обжигающим чувством вины, что с новой силой разгорелось внутри меня.

– Важно, – коротко ответил муж.

– Ты его не знаешь, – едва справляясь со своими эмоциями, ответила я.

Мы снова замолчали. Андрей подошёл ближе и прикоснулся пальцами к синяку на моей скуле.

– Прости, – прошептал он.

Похоже, я действительно совсем не знала человека, с которым прожила столько времени и которому родила двоих детей. Я ожидала от него чего угодно – нового скандала, выяснения отношений, безразличия, обиды и даже новых побоев, но никак не извинений.

Растерявшись, я промолчала в ответ, лишь глядя ему в глаза, а он неожиданно для меня вдруг обнял за шею и поцеловал в губы. Я хотела оттолкнуть, но эта его новая манера настолько обескуражила меня, что я не смогла найти в себе силы. Он целовал так нежно и чувственно, как, наверное, никогда раньше, и у меня буквально закружилась голова. Его руки заскользили по моему телу, проникая под платье, лёгкими и настойчивыми движениями лаская мою кожу.

В другой ситуации я бы сошла с ума от этих ласк, но сейчас понимала, что заниматься сексом с мужем не самая лучшая затея, учитывая последние события.

– Подожди, Андрей, перестань, – мягко, но уверенно остановила я его действия. – Мы слишком много с тобой натворили. Так просто это все не перечеркнуть.

– Ты права, – печально согласился он.

Я высвободилась из его объятий и снова принялась за укладывание вещей в чемодан.

– Я уже говорил тебе, что не позволю куда-то уйти из этого дома, – произнёс он. – Разбирай вещи обратно, даже не думай об этом.

– А как ты себе представляешь нашу дальнейшую жизнь? – спросила я, раздражаясь.

– Лучше я сам уйду, если так тебе противен. Но я не позволю, чтобы мои дети и их мать скитались по съёмным квартирам.

– Ты что, серьёзно? – удивилась я. – Да твоя мать меня со свету сживет, когда узнает об этом!

– Ей необязательно об этом знать, – спокойно ответил Андрей. – Ты можешь сменить замки, и ни я, ни она без твоего ведома в дом не попадём. Я ее предупрежу об этом.

Я вздохнула, предполагая самое худшее.

– Андрей, давай ты поспишь, и потом мы поговорим. Ты пьян и не можешь трезво оценить ситуацию.

– Нет, я лучше уйду сейчас, – ответил он. – Не хочу растягивать это удовольствие.

Я еще раз вздохнула. Осознание того,