Отчим в моей постели - Ронни Траумер

в это, чем накручивать себя. Если бы у него была неприязнь, стал бы Руслан меня целовать с таким упоением? Если бы я была просто способом разрядки, настаивал бы он на посещении врача, заботясь о моём здоровье? Думаю, нет.

Никогда бы не подумала, что мужчина в свои сорок лет будет таким энергичным и голодным до женской плоти. Никакой нежной ласки, только дикий, кружащий голову секс. Поймает, на плечо взвалит и несёт в укромное место – его кабинет, мою спальню или к стене под лестницей.

Поначалу я боялась, переживала, чтобы нас не застукала мама, персонал или охрана, но вскоре вошла в кураж. Такой азарт каждый раз, и так возбуждает этот страх быть пойманными. Вчера чувствовала себя свободной – не стеснялась стонать и не боялась быть услышанной, да и Руслан был заметно расслаблен. Спасибо маминой подруге, которая вытащила её из дома до глубокой ночи. Собственно, поэтому сегодня я просыпаюсь в обед, нежусь в кровати и улыбаюсь как дурочка, предаваясь воспоминаниям.

Я, наверное, с ума сошла, но плевать на всё. Счастье прёт из ушей, и мне очень хочется с кем-то поделиться. Но вряд ли кто поймёт меня и моё безумное счастье. Да и Лизка укатила домой, причем так внезапно, что узнала я об этом, когда она уже была в аэропорту. Так даже лучше, а то на эмоциях выдала бы всё на блюдечке. Уверена, что она меня поймёт, только страх осуждения всё равно присутствует, как и боязнь спугнуть. Ведь говорят, что счастье любит тишину, может правда так и есть.

Вылезаю из кровати и плетусь в ванную. Раздевшись, нахожу новые отметины, которые Руслан так любит на мне оставлять. Приняв душ, надеваю трикотажное платье до колен и спускаюсь на кухню. Я голодная как волк, надеюсь, тётя Люда оставила мне блинчиков.

Пока спускаюсь по лестнице, до меня долетают голоса, а оказавшись в холле чётко слышу низкий голос Руслана и притворный тон мамы. Забыла, что сегодня выходной, и Руслан, скорее всего, будет дома.

Вот к тому, что мама липнет к нему и ведёт себя, как любящая невеста, я совсем не привыкла. И даже то, что Руслан не особо рад маминым «ласкам», меня не успокаивает. Ревность жжёт изнутри.

– Доброе утро, – говорю, стоя в проеме.

Руслан сидит в кресле и читает прессу, которую персонал оставляет каждое утро на кофейном столике в гостиной. Мама рядом, на подлокотнике, как всегда в приталенном платье цвета спелой вишни, с ухоженными волосами и лёгким макияжем. Ну и каблуки, конечно, что мне совсем не понятно. Как можно и дома ходить на каблуках?! Дом – это место, где расслабляешься.

– Уже обед, Валерия, – наклоняет голову набок мама.

– И что? – выгибаю вопросительно брови. – Сегодня воскресенье…

– Уважающая себя женщина не позволяет себе валяться в постели так долго, – поучительным тоном говорит она, и я едва сдерживаю себя от фырканья.

– Я запомню, – фальшиво улыбаюсь, мельком взглянув на Руслана, который сидит с невозмутимым видом, продолжая читать новости.

Не сказав больше ни одного слова, я разворачиваюсь и иду полакомиться чем-нибудь вкусным. Увидев на столе эклеры, чуть не визжу от счастья. Поучения матери тут же забываются, а рот наполняется слюной. Включаю кофемашину и в нетерпении смотрю, как наполняется кружка.

– Руслану тоже сделай, – раздаётся за моей спиной, и я вздрагиваю. – Американо, наверное, – пожимает плечами мама и бросает на стол свадебные журналы.

Сердце пропускает удар, и, прикусив губу, я отворачиваюсь.

– Он пьет эспрессо без сахара, – бурчу себе под нос.

– Ну отлично, делай, – велит она.

Специально сюда перебралась? Чтобы мне настроение испортить?

Забираю свою кружку с латте и ставлю на её место чашку для эспрессо. Нажав все нужные кнопки, я отхожу и делаю глоток ароматного напитка.

– Я сказал тебе сделать, – рычит Руслан, и у меня кофе чуть носом не идёт от неожиданности.

– У неё руки не отвалятся, итак без дела сидит каждый божий день, – фыркает мама в ответ, не отрывая взгляда от журналов.

– У меня сессия, то что я дома, не значит, что…

– Да какая сессия, за все оплачено, – прерывает она, а мне хочется провалиться сквозь землю от стыда.

– Я все экзамены сдаю сама, ни за один не заплатила, – говорю с обидой в голосе и чувствую на себе взгляд Руслана.

– Сеня открыл счёт, куда ежемесячно перечислял деньги на твоё обучение, и карту он вручил тебе, не надо врать мне в лицо, – уверенным голосом продолжает делать из меня дуру.

А мне от досады хочется расплакаться. Она ведь не права, я правда каждый экзамен сама сдаю. Учусь, стараюсь, потому что хочу, а не чтоб диплом был. Да, такой счёт имеется, но я карточку никогда не трогала. Что Руслан подумает? Что я мало того, что тупица, так ещё и вру?

Со стуком ставлю кружку на столешницу и, чувствуя, как глаза наполняются слезами, собираюсь выйти из кухни.

– Стоять! – рявкает на всё помещение Руслан.

Глава 45

Лера

Застыв на месте, я, кажется, даже дышать перестаю. Давно не слышала этот тон, будто в прошлое вернулась, в день, когда он только вошёл в этот дом. Но с тех пор столько всего произошло, и Руслан уже не тот, по крайней мере, когда со мной наедине.

– За стол села, – тем же тоном проговаривает, и я медленно поворачиваюсь лицом к нему.

Никаких признаков того Руслана, которого знаю я. Только едва заметный знак глазами взять кружку со столешницы.

Его стойкая поза, стальной голос и взгляд пронзительных глаз заставляют подчиниться. У меня совершенно нет желания сидеть с мамой за одним столом после её слов, но я всё же беру несчастный кофе и занимаю место напротив родительницы. Руслан, как принято в этом доме, садится во главе стола и, сцепив руки на его поверхности, переводит взгляд с меня на маму и наоборот.

Ну точно, как в первый день.

Только если тогда я считала его чопорным, каменным и безэмоциональным человеком, то сейчас точно знаю, какой он страстный, горячий и какие эмоции может мне подарить. Просто Руслан не привык показывать своих чувств, не привык улыбаться, шутить. Он всё так же мало говорит, не ведёт светские беседы, всё только по делу и то коротко. Но я точно знаю – там, внутри, что-то спрятано, и я доберусь до его бесов.

– Руслан… – милым голосом обращается мама к «жениху», не забывая хлопать накладными ресницами.

– Вопросы задаю я, – прерывает. – Ты уверена в своих