Ночь с лучшим другом (СИ) - Попова Любовь

Совпадение или судьба связавшая нас троих с этой вещицей?

Замечаю на себе любопытный взгляд, и быстро вывожу Сашу из квартиры, чтобы без свидетелей забрать вещь, которая точно напомнит ей пацана.

Глава 49.

В больнице Саша действительно стала без вопросов работать санитаркой. Трое через сутки, в которые она отсыпается в своей квартире, а перед новой сменой рассказывала, как обстоят дела с Дашей. Первую неделю Даша отказывалась есть и разговаривать. Просто лежала и смотрела в потолок. Во вторую позволила себя кормить супами, а вскоре начала односложно отвечать на вопросы и слушать рассказы Саши, которая еще умудрялась в перерывы выполнять задания своих преподавателей.

Через месяц после госпитализации я понял, что уже силой нужно забирать оттуда обеих, но они меня опередили. В один из дней я приезжаю забирать Сашу, чтобы отвезти домой, ка вдруг вместе с ней выходит брюнетка. Я сначала даже теряюсь, смутно припоминая где мог ее видеть и только когда они подошли, могу точно разглядеть. Даша. Истощавшая, с кругами под глазами, с тусклыми волосами. Но это Даша. Без слов открываю заднюю дверь, и она тут же шмыгает внутрь. Потом проделываю то же с другой дверью и подаю руку. Ладонь шершавая и я поднимаю взгляд, только сейчас, замечая впалые щеки. Неприятное чувство, схожее с тошнотой увеличивается в груди. Нечасто оно меня посещает, но когда появляется, то чувствую себя настоящим козлом. Но все мигом исчезает, как только я завожу двигатель и слышу:

— Саша сказала, что вы мой отец.

Я бросаю осуждающий взгляд на нее, но та даже не оборачивается.

— Это единственное, что позволило ее растормошить, — пожимает она плечами и прикрывает глаза. Как же она устала?

— Так это правда? — подает голос Даша и я смотрю в зеркало заднего вида.

— Да, — отвечаю, стискиваю руль машины. — Я спал с твоей матерью, когда…

— Это мне интересно меньше всего. Вы удочерите меня, чтобы с этими людьми меня ничего не связывало? Саша сказала, что вы можете.

Я лишь на миг прикрываю глаза, сдерживая ликование, словно снова оказался на мирной земле после боевых действий Африки. Ну и Саша… Ну и умница.

— Можешь на меня рассчитывать. И еще, — привлекаю внимание спустя пол часа езды. — Мне нужно помочь с ремонтом в новой квартире. Я подумал, вам обеим нужно чем-то занять руки.

Замечаю в зеркале заднего вида, как Дашу чуть толкает Сашу с другой стороны сидения. Кажется, они сдружились больше, чем я предполагал.

— Можно, — как-то неловко отвечает Даша и я еду прямиком к новенькой квартире, где недавно закончили установку сан узла и первичную отделку стен. Эта четырёхкомнатная квартира досталась мне почти даром в обмен за услугу одному криминальному авторитету. Он выселил в этой Сталинке всех бомжей, а я нашел ребят, которые привели стены в божеский вид. Но работы здесь хватает, как и квадратных метров. Всем хватит.

Девочки входят в просторную прихожую. Глаза загораются. Я прямо-таки вижу, как их фантазия начинает запускать процессы образов и планов. Можно только представить в какую копеечку мне это выльется. Но если их это отвлечет, то пусть делают, что хотят.

— Нравится? — спрашиваю Дашу и перевожу взгляд на ошеломленную Сашу. Именно сюда я хотел привести ее для совместной жизни. Она бы стала отличной хозяйкой, все-таки освоила бы кулинарию и возможно через пару лет родила бы мне сынишку.

Возможно ли это?

— Очень, — отвечают обе, и Даша идет осматривать остальные помещения, а я останавливаю Сашу.

— Я невероятно благодарен тебе…

— Но я ничего не сделала толком. Просто сидела рядом, а потом в один из рассказов о тебе, у меня вырвалось, что ты ее отец. Она сразу и очнулась, чтобы спросить, сможешь ли ты…

— И что ты сказала, — задаю вопрос, чувствуя трепет от того как она все это рассказывала и от того как близко она стоит.

— Что ты можешь все…

Девственность не могу тебе вернуть…

— Я бы хотел, чтобы ты жила со мной.

— А Даша?

— Пока она поживет с нами, а когда окончательно придет в себя, уедет жить в другую квартиру.

— Это все так… — она часто дышит от чего грудь вздымается. Потом лишает меня радости наблюдать за этим процессом и отворачивается к окну. — Я не заслуживаю этого… Алекс.

— Мне не за что тебя прощать, — говорю, сжимая ее хрупкие плечи. — У нас не было настоящих отношений, ведь мои мотивы были размыты. Ты потерялась в сомнениях и пошла к тому, кто тебе был привычнее.

— Алекс, — почти ревет она, дрожа всем телом. Ох, малышка, были мы одни.

— Я лишь мечтаю, что однажды ты полюбишь меня, но отпустить я тебя не могу. Уже не могу. Понимаешь?

— Нет, ведь я была уверена, что ты даже смотреть в мою сторону не захочешь, — оборачивается она, а я любуюсь тем, как свет золотит ее светлые волосы. — Ты замечательный.

— Говори это мне почаще, — прижимаю я крошку к себе, мечтая доказать, что секс с малолеткой никогда не сравнится с удовольствием, полученным от взрослого опытного мужчины. Смотрю в ее нахмуренный лоб, но он тут же разглаживается, как только она поднимает лицо.

— Все что скажешь…

— О, — слышим голос Даши и отступаем, как нашкодившие котята. — Так вы вместе? Даже хорошо, я как-то попривыкла к Саше.

— Ну и отлично, ведь Саша моя будущая жена, — держу ее дрожащую руку. — Думаю сыграем свадьбу, как только сделаем ремонт. Как тебе такая идея? Будет повод закончить его пораньше.

Саша кивает, утирая обильные слезы, бросается меня обнимать, потом неловко переминается и кидается к Даше.

И в этот момент я чувствую в груди стеснение, которое ясно говорит мне, что все, что я делаю — правильно.

И выкинутая тем же вечером в мусорный бак, шкатулка, тоже правильно.

Прошлое должно остаться в прошлом.

Глава 50.

*** Саша ***

— Проводил? — встречаю Алекса на пороге и помогаю снять пиджак.

— Да, надеюсь, поездка к бабушке ее развеет… — отвечает Алекс и застывает, обернувшись. Мы за последние две недели впервые остались наедине и известно, к чему это должно привести. Незаконченный ремонт не помеха, вертикальных поверхностей достаточно. А я уже знаю, что заниматься сексом можно и без них. Очень вовремя думать про этого ублюдка. Очень вовремя вспоминать, как мне было с ним хорошо. И с Алексом будет, я уверена. Так что нужно проявить инициативу самой. В конце концов, рано или поздно это случится. Лучше уж сорвать этот пластырь и больше не думать об этом.

Сама тянусь за поцелуем, и Алекс сразу перехватывает инициативу. Прижимает меня к себе, поднимает под ягодицы и несет на кухонный дубовый стол, который привезли буквально пару дней назад. Он шоколадного цвета, а белые вышитые салфетки смотрятся на нем очень хорошо.

— Саша, — зовет меня Алекс и рукой сжимает затылок. — Сейчас нужно думать только обо мне.

— Конечно, — киваю, крепче прижимая его к себе и вплетая пальцы в густые короткие волосы. Пальцы даже не путаются, а просто пропускают пряди, как воду. А Алекс тем временем спускается с шеи к груди, и я напрягаюсь, когда его губы находят сосок. Дыхание задерживаю и пытаюсь расслабиться, пока рука Алекса лезет под халат, распахивает его, открывая вид на простую маечку и короткие шорты. Его рука ловко лезет в них и находит складки, которые он пытается увлажнить за счет растирания. И что удивительно, у него получается, хотя внутри меня так пусто, что страшно, как я вообще буду заниматься сексом с Алексом. А ведь я не могу сказать: «извини, у меня не получается». Это же глупость, особенно, если я назову истинную причину. «Рано, давай подождем еще. Пару лет?», — обязательно спросит он и бросит меня. А я не хочу, чтобы он меня бросал, я не хочу оставаться одна.

Но раз я влажная, то все хорошо, и я смогу наконец удовлетворить Алекса. Но его пальцы тормозят, прекращая вращение. Он достает их, и я с удивлением вижу несколько капель крови.

— У тебя же вот-вот были месячные, — идет он мыть руки. Даже неловко видеть у него подобную брезгливость. Мирон к моим месячным всегда с трепетом относится, но это, конечно, его не оправдывает, и он тварь последняя. Просто я никогда не видела на его лице подобного отвращения. И уж услышанное после и вовсе повергает меня в острый приступ стыда.