Упал. Очнулся. Папа! (СИ) - Логвин Янина

Мне пришлось взять себя в руки, чтобы справиться с шоком от пестроты встретившей меня радужной команды. А еще сообразить, что флирта в молодости тоже многим из этих «цыпочек» не хватило.

Мы простояли пару минут, оценивая друг друга, пока я не очнулся от кокетливых смешков, явно одобрительного свойства.

— Ну, здравствуйте… дамы, — обвел всех взглядом, шагая к центру зала и останавливаясь перед ними. — Я — ваш тренер Андрей.

— Ой, хорошенький какой, девочки! Андрюша!

— Нам сегодня самого симпатичного дали!

— Люблю синеглазых брюнетов! Не зря приехали!

— А серьезный какой! Ну, точно Штирлиц на задании! На моего четвертого мужа похож — Вениамина. Он, когда в дипломатическом посольстве в Венгрии работал, такой же важный и неприступный ходил! Еле соблазнила! Я тогда в министерском буфете работала — такой красоткой была!

— Интересно, а он холостой? Луиза Петровна, у вас зрение хорошее?

— Кольца не вижу, Зоечка. Похоже, что да!

— Эх, мне бы лет сорок сбросить, я бы его охмурила!

— Ты и сейчас еще ничего! Сухофрукт, но все равно ягодка!

— Да уж, пластика и бассейн мне явно пошли на пользу. Хоть бери и в седьмой раз замуж выходи! Вот научит нас Андрюша модным танцам, и я подумаю!

— А ты за него выходи! Мы хоть и не звезды эстрады, но тоже ничего! Глядишь, и тряхнем стариной.

— Ты, Алексеевна, главное челюстью не тряхни, когда размечтаешься в наклоне, а то выпадет, как в прошлый раз, вместе с позвонком!

Экхм.

День за высокими окнами стоял солнечный, по-зимнему морозный и звонкий, и, видимо, настроение у всей группы ему соответствовало.

Ну, точно цыпочки из одного выводка, даром что большая часть жизни позади. Стоят, смотрят и смеются, будто перед ними не спортивный тренер и мужчина, а зеленый мальчишка. К тому же глухой! Вот постою так еще минут пять и, глядишь, сам в это поверю.

— Так, дамы. Тихо всем! — пришлось всех грозно осадить. — Не в курятнике! Давайте сразу договоримся, я вам не мальчик, и не Андрюша. Чтобы сразу удовлетворить ваше любопытство и не возвращаться к теме, отвечу: двадцать девять лет, в браке, трое детей и жена красавица. Юмор ценю уместный, а женщин не только красивых, но еще умных и старательных. Так что если вы намерены продолжить в том же духе, то тренировку мы начнем с азов дисциплины. Что такое правила и порядок, надеюсь никому объяснять не нужно?

— Ух, какой строгий мальчик, мне нравится!

— А я что говорила — Штирлиц! А бровки-то какие грозные, чаечкой!

— Дамы, я всё слышу!

— Всё! Молчим, Андрюша! Как рыбы молчим!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 35

Я оглянулся и бросил взгляд на тренерский столик. На нем лежали свисток и два пульта — один от музыкального центра, а второй — от большого цифрового телевизора, который висел на центральной стене. Что ж, отлично. Похоже, это выход.

Разобравшись с техникой, я обернулся к «цыпочкам».

— Хочу сразу предупредить, что тренер вам попался с временной потерей памяти. Я не помню ни вас, ни зумбы, ни тренировочной программы, — вынужденно констатировал факт, — но это не означает, — поднял вверх руку, пресекая шум, — что я дам вам расслабиться, дамы!

— А что же это означает?

— Только то, что к занятию мы с вами подойдем креативно. Сегодня зумбе меня будете обучать вы — каждая по очереди. И начнем с Луизы Петровны, она здесь самая смелая. Вы делаете, я повторяю. Если сделаю лучше вас, тогда каждому полагается штрафное приседание… И не жаловаться!

— А если хуже?

— А если хуже — тогда десять отжиманий мне. Идет?

Я взял пульт, включил музыку и выдохнул, предчувствую по-настоящему адовый для меня час.

— Что ж, дамы, надеюсь к концу тренировки вы оставите меня в живых.

— Ну, как все прошло, Андрей? Вижу, скучать тебе не пришлось. Еще бы, такой цветник! Но ты молодец, справился!

Макс улыбался, стоя за стойкой администратора, и сверлил меня насмешливым взглядом, поглядывая на монитор компьютера, на котором был виден малый зал и несколько уставших, но явно довольных занятием старушек, в числе других покидающих помещение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что? Не понравились цыпочки? — с ехидцей хохотнул.

Если я раньше и сомневался, были ли мы с ним приятелями в прошлом, то сейчас понял — не были.

— Для меня есть еще что-нибудь? — перешел сразу к делу. Стоять и развлекать молоденьких администраторш, слетевшихся к стойке и хлопающих ресницами, желания не было. — Но больше никаких групп, лучше тренажерный зал, — попросил.

Он удивился, но кивнул.

— Есть женские индивидуальные тренировки. Но зато девочки — высший класс! В обиде не будешь.

— Оплата наличными?

— Вообще-то не положено…

— Тогда не подходит, я ухожу.

— Ну, хорошо. Андрей! — остановил меня Макс, когда я уже развернулся в сторону тренерской, собираясь уйти из клуба к чертям собачьим. — Сделаю в виде исключения. Но только сегодня и лишь потому, что не могу отказаться от такого тренера!

— А сколько стоит час?

От озвученной суммы заскрипели зубы. Чем же я подрабатывал на этих индивидуалках, если смог позволить себе дорогую спортивную экипировку, в которой сейчас стоял? Себя продавал, что ли?

— Хорошо, распиши до вечера.

— И все? И ни тебе спасибо, старина?

Говорить не хотелось, но я знал цену услуге.

— Спасибо, но учти, что после расчета я увольняюсь!

По дороге домой заехал в торговый центр за карандашами для Сони и продуктами. Купил девчонкам сладости. Очень не хватало личного транспорта. Причем настолько, что меня нешуточно ломало от одной мысли об автомобиле и желания сесть за руль. Стоило задержать взгляд на пролетающих мимо черных внедорожниках, и я буквально ощущал, как пальцы сжимают послушный руль, а ноздрей касается запах кожи нового салона.

Но для материализации внедорожника, да еще и люкс-класса, одного желания мало, и уже завтра мне следовало думать, как жить дальше и чем зарабатывать на хлеб.

Пока возвращался к дому пешком, все размышлял над словами жены, и о своем прошлом вне семьи. Снова пытался вспомнить хоть что-нибудь — другую женщину, другой дом, то, каким я был на самом деле — и не мог.

Дверь открыла Даша, в домашней одежде, с косой на плече, словно стояла в прихожей и ждала моего возвращения. С виду молодая девчонка, немного испуганная и неожиданно… виноватая?

Это оказалось вынести сложнее всего. Зря она переживала, я больше никуда уходить не собирался. Напротив, я собирался много чего поправить в нашей с ней жизни и больше не возвращаться к тому, что даже мое сознание не хотело помнить.

Переступив порог квартиры, я опустил сумки на пол и хмуро уставился на жену, озадаченно вскинувшую брови. Рассказывать о сегодняшнем дне было нечего, да и не хотелось. Она оказалась права, женщины липли ко мне, как мухи на мед — вряд ли бы ей понравилось еще раз об этом услышать.

— Привет, Андрей.

— Привет, — вышло сказать суше, чем собирался. Видно, сказалось раздражение. — Напомни, где живет Костя?

— А что… что-то случилось? В восемнадцатой, тремя этажами ниже. Расположение квартиры, как у нас.

— Нет, ничего. Ложись спать и не жди меня.

Она ничего не ответила и не спросила. Только посмотрела внимательно, кивнула и ушла, оставив мне самому захлопнуть за собой дверь.

Да, Даша вешаться на шею и держать возле себя не станет. И умолять тоже. Отпустит, оставив меня один на один со своей жизнью, и научится быть одна.

Сейчас я пожалел, что попросил ее не ждать. В глобальном смысле я бы предпочел, чтобы меня всегда ждали, иначе ради чего тогда всё?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Интересно, как бы я сам поступил, найди она другого мужика со всеми вытекающими?

Однозначно убил бы.

Во всяком случае, мужика точно.

Спустившись на нужный этаж, я позвонил в настенный звонок и стянул с головы шапку, услышав, как в двери провернулась собачка замка. Увидев на пороге невысокого Константина, вопросительно мигнувшего на меня из-за стекол очков, спросил: