Тот самый парень из порно книга 2 (СИ) - Хаан Ашира

Да я даже не смела думать о том, чтобы стать актрисой! Не в те годы, Дэрил!

У нас в классе самые смелые девчонки мечтали уехать в Москву и стать валютными проститутками.

Кино же… Советское уже умерло, российское еще не родилось, кинотеатры стояли пустыми и зарастали китайским ярким барахлом.

О чем тут мечтать?

Я хотела быть экономистом. Понятия не имея, что это значит, кроме теплого офиса. Все лучше, чем на рынке торговать, завернутой в десять слоев одежек.

— Не бывает жемчужин в зрелом возрасте в актерстве. Режиссер, сценарист — да. Но не актер.

Я не выдержала и разрыдалась наконец в голос, выплакивая все старые обиды. Отчаянно, как первый раз в жизни. Как давно я не плакала… Все напряжение последних месяцев, все стремление хоть что-то из себя представлять, найти выход, выбраться, справиться — лилось из меня бесконечными слезами.

Дэрил выругался и, резко подрезав засигналивший пикап, свернул к обочине в чужом районе и припарковался. Притянул меня к себе.

— Лили, тише, ну, не плачь…

— Ты ругаешься… я же не хотела… Я хотела другого… — я заикалась от слез, шмыгала носом, вслепую нашаривая в кармашке на двери пачку салфеток.

Дэрил гладил меня по голове.

— Я хотел тебя уберечь именно от этого… Моя Лили… Кино затягивает мгновенно, мне ли не знать. Это другой мир, которому хочется принадлежать с первого вдоха. Но жестоко выталкивает неугодных — ты можешь потом годами ходить на кастинги и все равно ничего не добиться. В двадцать все еще впереди, можно найти себя в чем-то другом и утешиться, а в сорок… Я просто не хотел, чтобы тебе было больно.

— Я просто бездарность… Ни на что не годная старая тетка! Ты говорил про стержень — ну так нет его у меня! Нет!

— Все есть, любимая моя, просто… ну, не там. Не было у тебя шансов, пойми! Даже в порно можно в сорок прийти, но не в кино! Не все могут быть звездами экрана.

Его слова вызвали у меня такой взрыв слез, что я испугалась сама себя. Начала рваться из его рук, отталкивать, с трудом расстегнула ремень, открыла машину и выскочила на улицу.

Пошла куда-то, сама не зная куда.

Дэрил последовал за мной, продолжая добивать жестокой правдой, запечатывать намертво любую надежду.

— У нас нет нет связей, мы не выросли в актерской династии, окруженные легендами кино. Когда растешь в доме, куда приходит на вечеринки Спилберг, все иначе! Ты просто пропитываешься духом старого Голливуда, ты знаешь все его секреты.

— Я не смогла изобразить удивление, — поделилась я с ним, остановившись у чьего-то забора и смахивая слезы с глаз.

— Конечно! Если бы тебя учил корчить рожи Джим Керри за бокальчиком мартини, ты бы справилась без труда!

— Но я же знаю про систему Станиславского, про то, что надо вжиться в характер, представить, что привело героя к этому моменту, почему он тут оказался, почувствовать эмоции как свои… Ну как я могу почувствовать удивление на пустом месте?

Я нервно заломила пальцы и снова пошла вперед по совершенно чужой улице. Обида гнала меня прочь… от чего? Неважно! Просто — прочь!

— Лили… Ну ты же и так прекрасная, зачем тебе именно кино? — Дэрил в два шага нагнал меня и пошел рядом. — Ты же не стала бы так убиваться, если бы у тебя так и не получилось встать на доску для серфинга? Пожала бы плечами и пошла на кайт или вообще на велосипеде кататься!

— Но я хочу! — в отчаянии я сжала кулаки. — Я хочу хоть что-то из себя представлять! Влиться в этот мир! Может быть, я бы не стала Николь Кидман, но кино было бы чем-то, за что я могла бы себя уважать!

— А сейчас не за что? За все, что ты уже сделала?

— Это было в той жизни, Дэрил! А сейчас новая. Где я просто жена порнозвезды!

Я остановилась и замерла, всхлипывая и глядя на него.

— А чем тебе не нравится быть женой порнозвезды? Так себя уважать нельзя, да?

Он тоже остановился в двух шагах от меня и скрестил руки на груди. Губы его были поджаты твердно и неумолимо.

Я сделала к нему шаг, но он отступил назад.

— Лили. — Дэрил вдруг словно отгородился от меня стальной плитой. В теплом калифорнийском воздухе повеяло холодом. — Я люблю тебя так, что кажется — остановится сердце. Но… С самого начала ты будто презираешь меня краешком мыслей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет! Неправда! — вскинулась я.

— Помнишь тот разговор в Москве? Про «нормальных» актеров?

Я медленно качнула головой.

Кажется, у нас была какая-то размолвка…

— Я помню, — с горечью сказал Дэрил. — Я помню, как ты меня стеснялась. Трахалась со мной и стеснялась. Я думал, дело в России. Здесь, в Калифорнии, всем наплевать, кто я. Но ты прилетела и… Ничего не изменилось. Ты спишь со мной, признаешься в любви, ласкаешься… Стараешься, я знаю. Но я все время чувствую себя виноватым за то, кто я есть. Словно я недостаточно хорош для тебя.

— Ты же знаешь, что мне трудно принять, что ты…

— Что я люблю тебя? Что неважно, чем я там занимаюсь — но мой пенис чем-то ценнее моей руки? Руку я могу пожать кому угодно, а пенис должен касаться только тебя? И все остальное неважно? Все мои чувства неважны, вся жизнь со мной тебе неважна! То, что я никогда не буду ни с кем другим, Лили! Зачем мне другие, у меня была целая жизнь, чтобы их получить, но нужна мне только ты! Этого тебе недостаточно? Чего ты боишься? Что я уйду? Я не уйду, я не хочу ни к кому другому уходить, я ценю тебя больше всех на свете. Что я там на работе делаю пенисом важнее, чем то, что я буду самым преданным мужем в мире?

Теперь я отступила назад от его ледяной кипучей ярости.

Растерянно посмотрела на обычно очень терпеливого, нежного, улыбчивого Дэрила.

Я не узнавала его. В нахмуренных бровях, в складках у губ, в обострившихся чертах лица было слишком много незнакомых его эмоций.

— Ты…

— Что, Лили? Что? Все, что тебе нужно — пенис? Это во мне главное?

— Ты ничего не понимаешь…

— Понимаю.

Он был неумолим. Но и я так больше не могла.

— Нет! Ты-то никогда не был мужем порнозвезды! Что бы ТЫ чувствовал, ели бы я тебя любила, но трахалась с другими мужиками, уверяя, что никуда не уйду? Тебе не понять! Ты никогда не был на моем месте!

— Был.

Он не смутился, не задумался. Он встретил мой взгляд своим — яростным.

Мне сначала показалось, что я ослышалась.

— Я был на твоем месте!

Жена порнозвезды. Боль прошлого

— Дэрил…

Он больше не смотрел на меня. Стоял, отвернувшись, и пристально что-то разглядывал в аккуратно подстриженной траве. Я даже проверила — ничего интересного там не было, кроме залепленного наклейками детского велосипеда.

— Мне было двадцать. — Первые слова дались ему с трудом, словно он пытался говорить на плохо знакомом языке. — Я встречался с девчонкой по имени Элис. Она была охрененной даже для L.A. А тут модели на каждом шагу. Сочная, сексуальная, с идеальной фигуркой. Мечта любого парня. Я не хотел задумываться, зачем ей был нищий задрот, подрабатывающий то тренером, то уборщиком, то черт знает кем у знакомых ребят в гараже.

— Ты — и задрот? — не поверила я.

— Я уже говорил тебе, что был скромным тихим парнем, мечтал стать хорошим мужем. Потом, когда начну зарабатывать. Не в мою конуру, где только кровать и помещалась, жену приводить? Правда я ни черта для этого не делал — зарабатывал на аренду и дешевую еду, а свободное время проводил с парнями в гараже или играя в приставку. Так было до Элис.

Я еще не знала, что сталось с этой Элис, но она меня уже бесила.

Мало того, что я не единственная в постели Дэрила, я теперь уже и в сердце не одна?

— Ради нее я готов был на многое. Забил на видеоигры и гараж, устроился на полный день в спортзал, чтобы позволить себе жилье побольше и позвал ее жить вместе. — Дэрил сделал паузу, перевел взгляд с несчастного велосипеда на бледно-голубое небо с кружевом рваной облачной пелены. Ему понадобилось отчетливое усилие, чтобы продолжить говорить. — Тут все и выяснилось. Она сказала, что решение слишком серьезное, чтобы между нами оставались секреты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})