Мой профессор – мой босс (СИ) - Фави Ксения

— Просто я волнуюсь, — улыбнулась уже смущенно, — иди в кровать.

Илья прищурился.

— Пообещай, что скажешь это позже при лучших обстоятельствах. А переживать не нужно, у меня просто трещит голова от Полины. Она поставила себе цель — закрутить со мной роман. А я не относился к ее планам серьезно до сегодняшнего дня.

Я села на барный стул.

— И что же сегодня произошло, Разумовский? — прищурилась.

Мужчина поднял ладони.

— Ничего, что хотела бы Полина. Спасибо тебе, что не напридумывала глупостей раньше времени.

Кто тебе такое сказал, Илья Аркадьевич. Конечно же, я сразу начала ревновать, как только увидела эту русскую красавицу в особняке.

— Я просто не успела толком ничего понять, — это тоже было правдой.

А еще мой мозг был забит противным Арни, беседой с Сонечкой. Даже не знаю, как заговорить об этом. Но не успела я открыть рта, примчался курьер с лекарствами. Рассиживаться больше я не стала, пошла разбирать пакетик.

— Малышка, я и правда лягу.

Илья выпил порошок, который должен был снять воспаление и жар. А раз попросился в кровать, значит, ему реально плохо. Наверное, похотливому Арни придется подождать. После он получит по заслугам или… Нет, в моей голове не укладывалось, что Соня могла быть права.

Я сама видела, как много Илья обсуждал бизнес с отцом, как общался с партнерами. Он ценит свое дело, а не просто свесил его на Арнольда! А еще у Разумовского благородное сердце, он никогда бы не стал прикрывать развратные делишки. Или я реально влюбилась? Впрочем, одно может не мешать другому.

Уложила Разумовского в кровать, подала книжку. Скорее всего, он скоро уснет, глаза уже слипаются. Останусь на всякий случай с ним, тем более, работник из меня неважный. Сообщать в приемную Арнольда я не стала, набрала Владлену.

— Привет, Лидок, — приятель сразу взял трубку.

— Влад, сегодня в приемной Разумовского никого не будет. Он заболел, а я… Должна была ему кое-что отвезти.

Илья прямо говорил о наших отношениях, а я все как-то мялась. Особенно с коллегами.

— Мм… Пусть поправляется наш профессор, — быстро ответил друг, — ты уж там позаботься о нем.

Что он имеет в виду?

— Я… Эмм…

Не нашлась, что ответить.

— Всё понял, солнце, — отреагировал Владлен, — прости, убегаю.

У Лисицына как обычно за спиной была батарейка энерджайзер. И он, похоже, про нас все понял. Ну, и ладно.

Я решила выпить чай с лимоном, чтобы тоже не заболеть. В заварнике оказались какие-то незнакомые травы. Поняла, их принесла Полина. Меня снова окутало раздражение. Вспомнила слова Анфиски, что тяжело встречаться с красивым мужчиной. Ух, я опять ревную. И все этого тогда, когда я собираюсь жить отдельно!

Ну не пасти же теперь Разумовского… Он именно меня воспринимает как свою женщину, я могу ему доверять. И кстати, уже можно присматривать себе комнату. Как раз с утра бухгалтерия оплатила мне отработанные дни.

Не с самым легким сердцем я села за ноутбук. Уговаривала себя не быть ревнивой дурой, но душа все равно не лежала щелкать по объявлениям. Хотя одна комнатка выглядела очень уютно… Расположение хорошее, минут в двадцати от офиса «Север-аудит».

Пошел на поправку Разумовский также быстро, как заболел. Тренированный организм быстро справлялся с простудой и атакой вируса. Ну и хочется верить, моя забота мужчине тоже помогала. Я следила, чтобы мой пациент спал, хорошо питался легкими блюдами и витаминами, не забывал пить лекарства.

Так необычно оказалось хлопотать над здоровяком-боссом. Но мне было в удовольствие, охватывала приятная нежность. Хотя все же надо признаться, за эту неделю я устала. Дела после командировки, больной дома. Да еще не отпускало напряжение из-за Арнольда. К счастью, генеральный больше не приходил в приемную. Только его секретарь принесла бумаги для утверждения.

Я уговорила Илью посидеть дома до пятницы. В начале недели съездить к врачу, а если тот даст добро, появиться в офисе. У меня же подходил конец испытательного срока. Еще нужно было разобраться со старой работой. Ох, если бы я только могла предположить, чем закончится моя стажировка в «Север-аудит»! Получила место не только в компании, но и в сердце генерального. Теперь главное — всё не испортить.

На комнатку, которая мне приглянулась несколько дней назад, я все же внесла предоплату. Больше всего я хочу, чтобы Илья понимал — я с ним не из-за статуса, денег или помощи. От него мне нужна только любовь. А как-то устроить свою жизнь я и сама могу при необходимости.

Мужчина поворчал, что после болезни ему нужна реабилитация мной. Но в целом новость о комнате воспринял спокойно. Предложил только пока не забирать все вещи, вдруг с комнатой что-то не сложится. Ох, будет стыдно опять свалиться ему на голову. Но я все же решила оставить ему на хранение одежду не по сезону и некоторые мелочи. Дальше посмотрим. Еще Разумовский напросился на новоселье.

Договорилась с хозяйкой, что уже в пятницу после работы получу ключи. На выходных можно будет более-менее обжиться, а с понедельника начать новую жизнь. Иметь личное пространство и строить отношения со своим мужчиной. Все вроде бы гладко, но… В глубине души я совсем не радовалась.

Посоветоваться было не с кем. С Соней я пока старалась не пересекаться, да и не расскажешь ей подробности романа с Разумовским. Тем более, я так и не спросила, будем ли мы афишировать свои отношения. Болезнь Ильи заставила отодвинуть все серьезные разговоры.

Маме я тоже пока не рассказывала про Разумовского. Она и так постоянно тревожится, что я у него живу. Впадет в шок от того, что я встречаюсь с человеком такого возраста и статуса. Их бы познакомить друг с другом… Тогда бы родители сразу увидели, какой Илья простой и добрый человек. Так что, наверное, сообщу им попозже.

Неделя закончилась, и вот я уже тоскливо осматривала вполне хорошенькую спальню. Комната почти двадцать метров, есть диван, шкаф, стол — все необходимое. Даже маленький холодильник. Кухня и ванная общие, но тоже симпатичные. По соседству со мной в другой изолированной комнате будет жить студентка-старшекурсница. Она выехала из общежития, чтобы спокойно писать диплом и бегать на стажировку. В общем, идиллия.

Но капля радости внутри меня появилась, только когда зазвонил телефон, и на экране я увидела имя — Илья. Я сразу ответила.

— Да.

— Привет еще раз, малышка, — голос мужчины уже не хрипел, — ну как, тебе отдали ключи? Как жилье? Все в порядке?

Я усмехнулась. Квартира отлично, а вот я сама? Что-то ты, Точалова, совсем расклеилась перед лицом самостоятельности. И ведь реально все хорошо, просто я уже начала скучать по Илье. Но ведь мы не расстались навсегда!

— Все хорошо, Илюш, — мне захотелось так его назвать, — чисто, уютно. Наверное, приберу здесь немного. Смахну пыль.

Разумовский подышал в трубку.

— А сама ты как? Нормально?

Неужели заметил мое настроение по голосу.

— Да, а что может быть не так?

— Мм… Да ничего. Ну ладно, обустраивайся.

Раньше я как-то легче привыкала к новому жилью. Ничего, справлюсь. Переоделась в спортивный костюм, который взяла с собой. Нашла ведро и тряпку. Приберусь в комнате, чтобы можно было ввезти вещи.

Когда я уже орудовала современной шваброй, ко мне заглянула новая соседка. Сообщила, что едет на выходные к родне. Свою комнату она заперла, но все равно попросила не забывать закрывать квартиру. Я пока не знала, где проведу субботу и воскресенье, но пообещала быть ответственной. Даже толком не успела рассмотреть девушку, она умчалась.

С комнатой я расправилась быстро, даже помыла окно. Захватила и кухонное, внесла лепту в общий порядок. Помыла руки, решила глотнуть чай. По дороге сюда я зашла в магазин и купила кое-что из продуктов. Интересно, что там делает Разумовский? За время болезни профессор втянулся в чтение. Лежит, наверное, с книжкой. Захотелось ему позвонить.

Мобильный оказался недоступен, странно. Возможно, Илья не видел, что закончилась зарядка. Так, его городской телефон я тоже знаю. Без всякой задней мысли набрала цифры, трубку сняли быстро.