Проблема по соседству (СИ) - Уорд Пенелопа

На середине фильма Джастин лег на спину и положил голову мне на колени. И я, не подумав, сделала то, что показалось мне абсолютно естественным — начала перебирать его мягкие волосы.

Он издал легкий вздох удовольствия, и пока мы смотрели кино, я продолжала играть с его прядями.

В какой-то момент он повернулся ко мне, и я — вспомнив, как прошлым летом он велел мне остановиться — инстинктивно отдернула руку.

— Почему ты остановилась? — спросил он, затем догадался. — Амелия, на этот раз я точно не буду просить тебя перестать. Пожалуйста, продолжай. Мне так приятно.

Я гладила его еще полчаса.

Потом, уже не обращая внимания на кино, спросила его:

— Что еще ты понял, пока ездил на машине?

— Что я по-прежнему люблю твои ямочки на щеках. — Он взглянул на меня. — Со всем остальным я пока что не разобрался, но это понял наверняка.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Сентябрь перетек в октябрь, и наступила золотая осень. Со дня просмотра «Большого Лебовски» прошел месяц, и все между нами оставалось довольно невинно. Мы больше не заговаривали о сексе и не пытались дать нашим отношениям определение. Но постепенно сближались.

Би исполнилось семь месяцев, и развивалась она день ото дня.

В конце сентября Джастин ненадолго съездил в Нью-Йорк — на встречу со своим музыкальным агентом, который устроил ему сессию в студии для демозаписи его песен. Все шло своим чередом. Было неясно, когда он возвращается в город и собирается ли возвращаться вообще.

Хэллоуин в этом году выпал на субботу. Мы решили взять Би на местную ярмарку тыкв. Джастин сделал множество фотографий меня с дочкой на фоне тыкв и сена. Также мы сделали несколько селфи нас троих. Я знала, что буду дорожить этими фотографиями. Потягивая горячий сидр, мы с Джастином наслаждались свежим воздухом и любовались румяными щечками Би, которая была в шапочке и рукавичках. Пусть на протяжении жизни человек и проживает тысячи дней, этот день был из тех, что врезаются в память навечно.

План был таков: несколько часов погулять, а затем вернуться домой, нарядиться в костюмы и раздавать детям конфеты.

Зная, что Хэллоуин — мой любимейший праздник, Джастин старался изо всех сил. После ярмарки он завез нас с Би домой и поехал в магазин рождественских елок в Миддлтоне, где продавалось все необходимое для Хэллоуина.

К тому времени, когда он вернулся с кучей пакетов, наступил вечер. Джастин купил множество черно-оранжевых украшений, а также конфеты и костюм пчелки для Би.

— У них не было подходящих костюмов для нас, и я поискал в других магазинах. Поэтому и опоздал. Не мог определиться с костюмом для тебя, так что взял два.

— Давай поглядим. — Я протянула руку, и он подал два пакета — один из «Острова костюмов», а второй из… «Адама и Евы». — Это же магазин для взрослых.

— Да. Он был по соседству с магазином костюмов.

Он сверкнул порочной ухмылкой, и я подозрительно прищурилась. Открыв сначала первый пакет, я достала костюм Женщины-кошки из черного латекса, к которому прилагалась и маска.

— Это для сегодняшнего вечера… для игры в «Сладость или гадость», — сказал он.

— А второй?

— Для… чего-нибудь еще. Я просто подумал, что ты будешь хорошо в нем смотреться.

Я нерешительно открыла пакет из «Адама и Евы» и вытащила микроскопическое белое платье с красными крестами, нашитыми на груди. Сквозь ткань можно было увидеть абсолютно все.

Мои глаза распахнулись.

— Костюм медсестры?

— Я вспомнил, как ты заботилась обо мне, пока я болел. — Его лицо стало пунцовым, словно ему было стыдно отдавать это мне.

— Ты хочешь, чтобы я надела его?

Он прикусил губу.

— Не сейчас.

Я снова оглядела костюм.

— Трусики не прилагаются. Видимо, потому что с этим нарядом их и не предполагается надевать?

— Слушай… Я знаю, что могу и не увидеть тебя в этом платье. Если честно, я увидел его в магазине, представил его на тебе и завелся. Парню позволено помечтать, разве нет?

Он возбудился, думая обо мне. И при мысли об этом я тоже начала возбуждаться.

Я откашлялась.

— А в кого нарядишься ты?

Он подмигнул.

— Это сюрприз.

До прихода детей, которые будут выпрашивать сладости, оставалось около часа. Джастин развесил на окнах оранжевые гирлянды и расставил на ступеньках крыльца тыквы с огоньками внутри. Когда он приглушил освещение в доме и зажег свечи, атмосфера стала романтичной, уютной и чуточку жуткой.

— В городе я скучал по Хэллоуину, — сказал он, открывая пакеты и высыпая в чашу конфеты. — К тем, кто живет в многоквартирных домах, за конфетами не приходят.

Заметив, что он купил батончики с миндалем, которые я обожала в детстве, я мысленно улыбнулась.

— Я поднимусь наверх, наряжу Би и переоденусь сама.

— Хорошо, я переоденусь после тебя.

Поднявшись наверх, я натянула облегающий черный костюм, который выглядел как краска на теле. Потом надела маску и посмотрела в зеркало. Стоило признать, что выглядела я чертовски сексуально. Неудивительно, что он выбрал этот наряд. Образ завершили высокие черные сапоги на каблуках. Би тем временем стояла в кроватке и во все глаза наблюдала за превращением мамочки в Женщину-кошку.

Когда я нарядила ее в костюмчик пушистой пчелки, мы спустились вниз.

Джастин оглядел меня всю, и его глаза распахнулись.

— Вау… Я выбрал идеальный костюм.

— Он не особенно страшный. Скорее сексуальный.

— Ну, у меня ты вызываешь дрожь. — Он поиграл бровями, после чего забрал у меня Би и поцеловал ее в щеку. — Теперь ты официально Пчелка. — Он подошел к окну. — Смотри, какие там огоньки. Я повесил их для тебя.

Он отошел, продолжая шептать ей что-то на ушко и показывать украшения.

А я отступила назад и, наблюдая за ними, задумалась, когда же мы стали семьей. Был ли переломный момент, когда это произошло? Инстинкт самосохранения запрещал мне признавать этот факт, но последние месяцы с Джастином были больше похожи на семейную жизнь, чем все, что было у меня до сих пор. Все сложилось без обсуждений. Само собой. Но Би была неотъемлемой частью моей жизни — по крайней мере, на ближайшие восемнадцать лет, — и было неясно, долго ли Джастин сможет играть со мной в домик.

Джастин вернулся и отдал мне Би.

— Схожу переоденусь. Скоро вернусь.

Первая группа детей пришла до того, как Джастин спустился. Держа одной рукой Би, я взяла огромную чашу с конфетами и отправилась к двери.

Раздав первую партию, я ощутила спиной тепло его тела.

— Я вернулся.

Когда я оглянулась, у меня перехватило дыхание. Джастин был одет в костюм офицера спецназа. Черная рубашка с короткими рукавами обнажала его мускулистые руки. Поверх нее был черный жилет с белыми буквами SWAT. Еще на нем были гладкие черные брюки и тяжелые армейские ботинки. Ничего горячее я в жизни не видела.

— О боже… — Мое тело вспыхнуло под облегающим латексом.

— Тебе нравится?

— Да… очень.

— Там осталось только два костюма моего размера. Этот и наряд клоуна. Я не хотел напугать Би.

— Ты… ты сделал очень… очень хороший выбор.

— Рад, что ты одобряешь, — прошептал он очень близко от моей шеи.

К нам уже заглядывали дети, и каждый раз, когда раздавался стук в дверь, я испытывала волнение. Я была рада, что Роджер уехал в Ирвин навестить дочь, и я могла не опасаться неловких ситуаций между ним и Джастином. Будь Роджер дома, он бы наверняка зашел поздороваться. После джаз-фестиваля мы больше никуда не ходили. А кое-что между мною и Джастином с тех пор изменилось.

Ближе к ночи к нам зашла Шери из соседнего дома — посмотреть на Би в ее маскарадном костюме. Провожая ее до двери, я оглянулась на Би и Джастина, которые были на кухне. Пока я смотрела, как он укачивает ее, меня озарило. Он уже был в моем сердце — сколько бы я ни избегала физических отношений с ним. В мыслях он уже принадлежал мне. Поэтому когда страх заставлял меня уклоняться от секса с ним, я лишала себя того, в чем очень нуждалась и чего так хотела. Случится у нас секс или нет, но когда он уедет, мое сердце в любом случае будет разбито. Глядя на него, облаченного в до безумия сексуальную униформу, я поняла, что страх больше не может стоять у меня на пути.