А кто у нас муж? (СИ) - Ланская Алина

— Что это вообще за хрен? Плодов? Ты так толком и не сказал, он с тобой учился? Ник?

— Обычный ботан, дерганый немного, — Леднев о чем-то задумался. — Ни с кем не общался особо, сам по себе. Не из нашей тусовки. Совсем. Слышал, что единственный сын в семье.

— У него отец ученый химик, — вставила свои три копейки Барсукова. — Он рассказывал, — добавляет тихо.

— Химик? — переспрашивает Даня.

— Ага, у него кафедра в каком-то вузе, не в нашем, но здесь, в городе.

Леднев уткнулся в телефон, что-то пишет, а я радуюсь тишине, хоть отстали от меня ненадолго. Совсем ненадолго!

— Когда твой Матвей возвращается? Ты ведь одна сейчас живешь?

Даня ставит рядом со мной большую кружку чая и зачем-то убирает бутылку «Хеннесси» со стола.

— Не знаю, недели через две, наверное.

— Здесь пока поживешь, раз твой парень шляется где-то.

— Не шляется он! — Почти кричу на Рыжего. — Тебе вообще какое дело, что со мной?! Ты бы за своей дурой лучше смотрел, с кем она шляется!

Какого черта?! Вскакиваю со стула и ухожу в зал. Так, надо одеться и ехать домой. Не хочу его больше видеть. Плевать ему на меня! Плевать!

— Мань, послушай, мы же очень волнуемся за тебя и Даня тоже. — Варька тут как тут уже.

— Даня пусть за себя волнуется, — смотрю на Рыжего. Стоит, облокотившись на косяк двери. — Его Луиза сама не в лучшей компании тусуется. — Говорю Варе, а взгляд на Дрыще.

— Маш, — Барсукова смотрит на меня, будто это мне место в психушке, а не Плодову. — Ну может, хватит?

— Не хватит! Она вчера час почти с Полянским сидела в кафе, что-то рассказывала, записывала за ним. Отличная компания, да? И я про Баринову тоже не забыла!

Вижу, как у Леднева лицо от удивления вытянулось, бросает недоуменный взгляд на Даню, но тому по фигу, что я про Луизу говорю. Вообще никакой реакции.

— С Максом? — переспрашивает Айс.

— Да нет, с отцом его, я даже их сфоткала на телефон! Показать?

— Покажи!

Ого! Какой у Леднева напряженный голос. Надо же. А его это каким боком?

Достаю из сумочки телефон, показываю Ледневу фотки, хорошо, что догадалась их сделать…

Он смотрит поверх моего плеча на Рыжего.

— Тебя это не удивляет?

— Нет, — равнодушно так отвечает.

Что, мать вашу, тут происходит? И почему я ничего не понимаю?!

Глава 34. «Малыш! Как я соскучился»!

Эту ночь я провела на Авилова, как и следующую, и последующую… Может, им детей уже своих завести?! А то вцепились в меня клещами, живу под конвоем просто. И ладно бы Барсукова, это понятно, но Айс! На этот раз он не терпит меня в своем доме, он действительно стал более… внимательным что ли?

Сегодня среда, с самого утра в универе. То есть с первой пары, проспать под чуткой опекой Барсуковой не удается. Забавно, раньше мне казалось, что это я вроде старшей сестры для нее, такой беспомощной и наивной. А сейчас как будто ролями поменялись.

Сидим на английском, красивый гад распинает Светку Криволапову, у той скоро слезы из глаз польются. Садист какой-то. Такой красавчик и такой козел!

Пара только началась, одной Светкой точно не ограничится…

Мы сидим в самом конце аудитории, Варька уткнулась в учебник, что-то лихорадочно там ищет…

— Варь… Варя! — пихаю подругу локтем. Она наконец поднимает глаза и видит того, к кому приковано внимание всех. И это отнюдь не английский гад! В дверях стоит Айс. И ему явно плевать, что он прервал пару, что на него уставились все студенты и один крайне злой препод. Он только в этом году у нас появился, но шухера навел такого, что его больше Мегеры боятся.

Но Леднев — это Леднев! Ему закон не писан. Молча кивает «англичанину», и идет через всю аудиторию к нам. Препод что-то зло говорит Айсу в спину, на английском естественно, я от него вообще русского слова ни разу не слышала. Леднев не оборачиваясь, что-то отвечает. Тоже на английском. Блин! Что они сказали-то? Но после слов Леднева английский гад заметно расслабляется, даже ухмыльнулся вроде.

— Ты ключи дома забыла. — Наклоняется к Барсуковой и говорит так громко, что это слышат все.

— Ага, — Барсукова быстро забирает связку и озирается по сторонам.

Не любит она быть в центре внимания, а я просто кайф ловлю, наслаждаюсь завистливыми взглядами и перешептываниями. Препод удивленно рассматривает Варю, как будто только что заметил. Да-да! Смотри!

Леднев уже ушел, а на нас с Барсуковой всю пару оборачивались…

— Терпеть не могу, когда пялятся, не получается привыкнуть…

Мы сидим в буфете, пару по истории журналистики отменили. Была бы хорошая погода, смотались бы в «Лилию» или ко мне домой, но с утра ливень стеной с небольшими перерывами. Конец сентября, погода портится, ненавижу зонт с собой таскать, может, трость себе купить? Стильно будет.

— Привыкай! Так всегда будет, Варь. Ты же девушка самого популярного парня универа, считай, это обязательное приложение к Айсу. — Лениво оглядываю соседние столики. Тут несколько групп зависло, шумно, как в перерыве.

— У Дани скоро день рождения, ты знаешь? — неожиданно произносит Барсукова, а я вздрагиваю. — Через пару недель, в октябре.

— Неа, — отвечаю как можно более равнодушно. — Зачем мне? Или он устраивает грандиозную вечеринку с мужским стриптизом?

— Маш, не смешно. Я не понимаю, что у вас происходит. Ты то орешь на него матом, то даже не здороваешься, а когда ты…, — запинается и замолкает на несколько секунд. — Никита сказал, Даня тебя на руках нес.

Кто бы мог подумать, что Айс окажется таким болтуном?! Из него слова не вытащить, но у Барсуковой свои методы, однозначно.

— Ничего нет и быть не может! Я тебе говорила, могу еще раз повторить. Матвей, кстати, сегодня возвращается. Или уже вернулся. Мы вечером встречаемся, так что ночую я точно не у вас!

Он вчера позвонил, сказал, что сумел пораньше разрулить свои дела и что очень соскучился. Хорошо, если так. Может, наконец, все наладится?

Плодов куда-то пропал, его даже Старый Хрен по своим каналам искал. Но вроде не нашли или мне просто не сказали. Что-то явно происходит, утром в универ нас отвозит либо Айс, либо, как сегодня, парни из его службы безопасности, а днем они обычно забирают. Ребята симпатичные, кстати, но неразговорчивые. Вообще, куда бы я ни двинулась, всегда кто-то рядом. Так достали, сил нет. Со мной же ничего не случилось такого прям страшного! Жду уже появления Матвея только для того, чтобы избавиться от этой опеки. Я себя перестала узнавать. Ни вечеринок, ни шоппинга, ни компании нормальной.

— Даня не хочет праздновать, но, знаешь, — осторожно подбирает слова, — я так поняла, что у него никого, кроме нас, нет…

— У него есть Луиза! — обрываю Варю. — Даже Леденев удивился, что она встречалась с отцом Макса. И ему это не понравилось, а Дрыщ… Ему вообще на все начхать! За все время, что я живу у вас, пару раз всего заходил.

— Он очень занят, Никита говорил.

— А позвонить, узнать как у меня дела? Варь?

— Он беспокоится о тебе, Мань, очень. Ты не видела его, когда мы тогда тебя ждали из ресторана. Никита его еле удержал, он рвался поехать за тобой. Но ты уже на такси выехала к нам…

— Да ладно тебе! Правда?

— Угу.

Но больше ничего не рассказывает.

Пары закончились, пора домой. На улице снова дождь. Быстро бежим к машине, сегодня это большой здоровый внедорожник. Вижу, что за рулем Старый Хрен, то есть Василий Федорович. Быстро влезаю в салон, Варя за мной. Ого! А мы тут не одни.

Я первый раз вижу ее живьем. Еле сдерживаюсь, чтобы не потрогать за руку.

— Здрасти! — Смотрю на Веронику Ледневу. — Какая же она красивая! Улыбается нам с Барсуковой.

— Добрый день, девочки. Вы не против, если Василий сначала завезет меня в центр, а потом уже вас домой?

Ей, правда, нужно наше разрешение? Улыбается открыто, по-доброму я так не умею.

Спрашивает у Вари, как ее дела, как учеба. Кажется, искренне интересуется. А я рассматриваю мать Леднева. Ей по идее должно быть немного за сорок, что б я так выглядела в ее возрасте. Одежда брендовая, это понятно. Я слышала, у нее где-то за границей свое модельное агентство.