Талия Лайон - Девушки в бегаъ

— Никакой он ей не отец! — выкрикнула Элайн и снова разрыдалась. — Отец Софи — Маркус, а он даже не знает о ее существовании!

— Ну и дела! — в один голос воскликнули Кэти и Лиза.

Все трое уселись в тени зонтика. Филипп заказал и принес всем прохладительные напитки и теперь Кэти с Лизой пили пиво «Сан Мигель» прямо из бутылки, а Элайн вертела в руках стакан с апельсиновой фантой. Казалось, огромный камень свалился с ее плеч.

— Ты такая смешная, Элайн! Подумать только: ты решила, что мы станем осуждать тебя! — без тени упрека произнесла Кэти после того, как, поколебавшись, Элайн выложила девушкам истинную цель поездки. — Прежде всего ты очень правильно сделала, что родила, тогда как большинство женщин выбрали бы совершенно другое решение. Что же касается твоего отца, то зря он спрятал от тебя письма Маркуса. И я бы сказала, это знак судьбы — то, что ты все-таки нашла эти письма. Скорее, даже какое-то предзнаменование.

— Ты и в самом деле так думаешь? — воодушевилась Элайн. — Знак судьбы?

Как хорошо, что девушки с пониманием отнеслись к ее проблемам! Сначала на их лицах отразилось глубокое потрясение, чего, впрочем, и следовало ожидать, поскольку они, наверное, считали, что ей надо было думать о последствиях, чтобы не оказаться в таком сложном положении, а потом подруги заулыбались, радуясь и ободряя ее.

— Ведь ты бы не приехала сейчас сюда, если бы не нашла эти письма? — спросила Лиза. — Как это все романтично! — вздохнула она. — А Филипп — хороший брат, раз поддерживает тебя, несмотря ни на что. Будучи директором фирмы, он, должно быть, ужасно занят, а в последнюю минуту все бросил и присоединился к нам.

— Скорее всего он просто не смог доверить нам Элайн, — хмыкнула Кэти.

— Ну и зря, — проговорила Лиза.

— Конечно, зря, — кивнула Кэти и тут же обратилась к Элайн: — Какая же ты счастливая, что у тебя такой любящий брат! Жаль только, что он не проявил подобной заботы о Лизе, когда рушил ее карьеру.

— Может, прекратишь? — возмутилась Лиза. — Он мне уже объяснил. Все получилось непреднамеренно.

— О, я уверена, он все уладит, — поспешно сказала Элайн. — Как только вы вернетесь обратно в Великобританию.

— Ты хочешь сказать: «Мы вернемся»? — уточнила Кэти, вопросительно посмотрев на собеседницу.

Та рассеянно вертела в руках стакан с фантой, задумчиво глядя на шипучие пузырьки.

— Надеюсь остаться здесь жить с Маркусом, — наконец призналась она. — Знаю, все считают меня чокнутой и наивной, но я верю, что Маркус по-прежнему меня любит и придет в восторг при виде маленькой дочурки. — Она подняла взгляд. С любопытством глядя на нее, подруги ждали продолжения. — Возможно, это слепая вера, но я все равно надеюсь, и никто не сможет переубедить меня. Надежда ведь — единственное, что у меня осталось. Всю жизнь я была такой дурочкой, избалованной с детства, во всем полагалась на своего отца или на Филиппа. А после рождения Софи, по-моему, все изменилось. Я так сильно люблю Маркуса, и он любил меня в прошлом году. Думаю, и в этом году все будет так же. Ну а если все сложится по-другому, я получу хороший жизненный урок и стану еще сильнее. — Она неожиданно улыбнулась, и глаза ее заблестели. — И думать не хочу о неудаче! Я полна любви и надежды, мне не хочется размышлять о самом худшем. Разве вы со мной не согласны?

На глаза Лизы навернулись слезы. Она тотчас похлопала Элайн по руке и крепко ее сжала.

— О, Элайн, ты удивительная женщина! И совсем не наивная. Наоборот, невероятно отважная и сильная. Знай, ты можешь рассчитывать на мою поддержку, и все закончится хорошо, я уверена, — с воодушевлением выпалила она.

Кэти тотчас положила свою руку поверх руки Лизы.

— Мы как сестры. Я тоже буду тебя поддерживать, Элайн! — с пафосом воскликнула Кэти. — Благодаря тебе я снова обрела веру в людей.

— Бог мой, в самом деле?

— Да, Господи, в самом деле, — рассмеялась собеседница. — А теперь простите, но я пойду поищу Грега. Он, должно быть, чувствует себя совсем одиноко. — Кэти допила остатки пива и не спеша направилась за угол бара.

— Уф, — вздохнула Элайн. — В тебе-то, Лиза, я не сомневалась, а вот по поводу Кэти…

— Что-то ей не везет в последнее время. Уж ты не обессудь, Элайн. Она, конечно, резковата, но у нее золотое сердце. Думаю, отдых пойдет ей на пользу.

— Слушай, вроде бы благодаря Грегу она немного смягчилась. Вот будет здорово, если они влюбятся друг в друга!

По всей видимости, Лиза усомнилась в последнем.

— Принимая во внимание то, как «везет» Кэти с некоторых пор, он сейчас, наверное, звонит своей жене, — загадочно произнесла Лиза.

— Ну, на женатого человека он совсем не похож, — округлила глаза Элайн.

— Но мы ведь о нем ничего не знаем, — резонно заметила Лиза и поднялась из-за стола. — Я пойду посмотрю, чем занимается Филипп. Надеюсь, в этом баре прилично кормят. У меня нет никакого желания готовить в автофургоне обед на пятерых.

— Я с тобой! Софи, должно быть, соскучилась по мне. Лиза… — нерешительно добавила она, прежде чем войти в бар.

Остановившись перед пластиковыми занавесками открытой двери придорожного бара, девушка с готовностью обернулась.

— Что? — улыбнулась она.

Заметив румянец на щеках Лизы, Элайн пришла к выводу, что теперь, когда все прояснилось, Лиза горит нетерпением увидеть ее брата. Может, предупредить подругу, что брат не столь очарователен, каким кажется? Конечно, Филиппу тоже досталось в жизни: он был свидетелем распада брака родителей, потом пытался наладить отношения с отчимом, но увы… Мейнуоринг не был ярым противником брака, просто вел себя очень осмотрительно. Пользуясь успехом у девушек, он разбил немало сердец. Вряд ли его можно было назвать жестоким, но он без сожаления расставался с теми, кто слишком настойчиво добивался его симпатии.

— Спасибо, что оказалась такой верной подругой, Лиза, — сказала Элайн, хотя на языке у нее вертелось совсем другое — ей все-таки очень хотелось предостеречь девушку. Ладно, надо будет незаметно присматривать за Лизой и братом и при первых же признаках слишком серьезного увлечения предупредить бедняжку. А для начала она побеседует с Филиппом и постарается отговорить его от флирта с Лизой, хотя брат наверняка посмеется над ней, обзовет ее ханжой и дурочкой. Тем не менее он наверняка потом дважды подумает, прежде чем приударять за Лизой.

— Спасибо за доверие, — усмехнулась Лиза. — Для вас с Софи все закончится хорошо. Интуиция подсказывает.

Элайн счастливо кивнула в ответ. Она тоже чувствовала это, ощущала каждой клеточкой своего тела и то и дело телепатировала в бар в Марбелье: «Я еду, Маркус. Я уже в пути. Я люблю тебя, Маркус!»