Кэтрин Эллиот - Женатый мужчина

– Какой же ты наглец, Джек Феллоуз, и к тому же лицемер! Как ты смеешь читать мне нотации, словно викторианский проповедник!

– Я-то уже пропащий человек, любовь моя, – весело ответил он, отодвигая тарелку. – На меня нотации не подействуют, а вот ты, может, и призадумаешься. Хм-м-м… – Он вытер рот рукой. – Очень вкусно. Объедение. Готовишь ты просто замечательно, Люси. Надо отдать тебе должное.

– То есть ничем другим я похвалиться не могу? – сердито фыркнула я.

– Нет, что ты… – он оглянулся. – Еще у тебя очень красивый дом. Приятный амбарчик. И какое живописное окружение. Наша девочка хорошо устроилась, как думаешь, Джесс? – Он улыбнулся Джесс, которая виновато отвела глаза.

– Хватит ее запугивать, Джек, – неуверенно проговорила она. – Я и так ей вчера вечером устроила трепку. Не забывай, что мы ее друзья и гости.

– Да неужели! – взорвалась я. – Хватит меня изводить, вы двое, вы друг друга стоите!

– Странно, не правда ли? – заметил Джек. – Как это мы с Джесс вдруг придерживаемся одного и того же мнения, хотя в прошлом ни в чем не соглашались?

Он был прав. В течение многих лет, когда Джек и Джесс встречались, они были готовы перегрызть друг другу глотки и вечно ссорились и собачились: Джесс был не по душе откровенно распутный образ жизни Джека, а Джек презирал Джесс за ее воинственный феминизм и считал упертой и агрессивной. Еще ему нравилось ее дразнить. Вот и сейчас он повернулся к ней лицом.

– А как поживает твой настоящий мужчина, Джесс? Надо сменить тему, а то Люси совсем взбесится. Давай теперь на твоих нервах поиграем, а? Так до сих пор и пытаешься наставить своего муженька на путь истинный? Хочешь, чтобы он вместо пабов занялся вышиванием и изучением Библии?

– Отстань, Джек.

– Как странно, – задумался он, потирая подбородок – Ты ненавидишь адский распутный стиль жизни, но при этом сама вышла замуж за бабника! Неужели непьющих слабаков всех разобрали? И не осталось ни одного женоподобного хлюпика?

– Джек, он был бы рад стать таким, как ты, – спокойно парировала Джесс. – Но он считает себя всего лишь твоим учеником, преклоняет колени перед опытным гуру. Он лишь мечтает о моральном разложении в таком поистине героическом масштабе. К тому же, – промурлыкала она, – Джейми давно уже забросил пивную кружку и дискотечные туфли. Точнее, три года назад. Когда женился на мне. – Она посмотрела на часы. – Надо пойти ему позвонить. Проверить, как он справляется с малышом Генри. Интересно, он уже приучил его к горшку? – Она смерила Джека торжествующим взглядом. Он поежился, уткнувшись в кофейную чашку.

– Почему она постоянно за ним следит? – спросила Тереза, когда Джесс скрылась в доме. – Всегда говорит: «надо позвонить Джейми, проверить то, проверить это».

– Она просто не верит, что заполучила его, – усмехнулся Джек. – Джейми хороший парень, в свое время он повеселился вволю, но теперь остепенился, а она все еще настороже, вечно караулит у двери со скалкой. Ты права, Тереза, зря она так его пасет.

– Думаешь? – промурлыкала Розанна. Она сидела в стороне от всех, за его спиной.

– А почему нет? – ответил он, поворачиваясь к ней. Она выпустила тонкую струйку дыма над его головой:

– Джек, дорогой, по опыту я знаю, что у нее есть все причины для беспокойства. Я не верю, что люди меняются так быстро и так легко.

– Значит, ты у нас старый циник? – улыбнулся Джек, потянувшись, чтобы пожать ей руку. – Хотя нет, совсем не старый!

– Это точно, – улыбнулась она, поглаживая его по щеке. – Эй, уже пять минут первого, и хотя завтрак удался на славу, никто не хочет выпить чего-нибудь взрослого? Я бы не отказалась от тоника. С каплей джина, разумеется. Люси, – она повернулась ко мне, – не мог бы этот адский мужчина, как вы его называете, намешать нам пару коктейлей?

– Конечно, Розанна, – охотно согласилась я. – Что ты хочешь?

– Джин-тоник, пожалуйста, дорогой. Хороший мальчик. – Она снисходительно похлопала Джека по плечу.

Джек весело улыбнулся и поднялся, чтобы исполнить ее приказ. Он вошел в дом, и в тот самый момент на пороге позади него вдруг появилась Джесс. В лице ее не было ни кровинки: бледная как смерть.

– О господи! – пролепетала она, хватаясь за дверной косяк.

– Что стряслось? – Я подскочила к ней, опрокинув скамейку.

– Генри, – выпалила она. – Он заболел. Я должна ехать.

– О Джесс, бедняжка. – Я поспешила к ней. – И что… доктор приезжал? Они знают, чем он болен?

– Да! – Она в ужасе покачала головой. – Ему поставили диагноз.

– Да? И какой?

Она трагично взглянула на меня:

– Ветрянка!

– Ветрянка? – Мы с Терезой тайком переглянулись, пытаясь сдержать улыбку. – Джесс, но это же ерунда. Ничего серьезного. Галменная мазь, пару дней посидит дома, и все будет в порядке. Бен с Максом оба переболели. И Пьетро тоже, правда, Тереза?

Тереза с улыбкой кивнула:

– Это нормально.

– Да, но он не знает, что делать! – прошипела Джесс. – Ты что, не понимаешь? Это же Джейми! Он безнадежен! Он засунет ребенка под мышку и отнесет в паб, скажет, что ему полезен свежий воздух! И уложит его спать на бильярдном столе! Ты не представляешь, с кем мне приходится иметь дело. О боже, Тереза, – Джесс посмотрела на нее испуганными глазами, – мне очень жаль, что придется уехать так рано, но ты не могла бы…

– Нет, что ты, все в порядке. – Тереза быстро поднялась на ноги. – Я тоже должна возвращаться к Карло, приготовить ему обед. И помочь Пьетро сделать домашнее задание. Нет, все в порядке.

Они побежали в дом собирать вещи, а Розанна с ужасом взглянула на меня.

– Мы уже уезжаем? – Она изумленно вытаращила глаза. – Только солнышко наконец вышло! Только мы хотели устроиться с коктейлями на лютиковом поле! И все потому, что у одного ребенка ветрянка, другому ребенку надо делать домашнюю работу, а взрослый мужчина не может доползти до холодильника и сам себе приготовить обед? Скажите мне, что это сон.

– Это не сон, Розанна, – серьезно проговорил Джек, появившись на крыльце с коктейлями. Он поставил стаканы на стол. – Это реальность супружеской жизни. – Он предложил ей руку и помог подняться на ноги. – Пошли. Пройдет по меньшей мере двадцать минут, прежде чем они упакуют все вещи в оберточную бумагу, а Терезе еще нужно отыскать Пьетро в этих лесах, так что пойдем. Пойдем вдвоем: смотри, какое прекрасное утро, какое прекрасное небо. Пойдем, ведь нам не надо беспокоиться о супругах, детях и скучном чувстве долга, прочь от звенящих цепей на лютиковый луг, где мы в тишине выпьем по крепкому, действительно забористому коктейлю!

– Прекрасный тост, – пробормотала она, сжимая бокал, охотно опираясь на его руку и вышагивая рядом с ним на каблуках. Я слушала их разговор.