Мелани Морган - Райский берег

— Все произошло так быстро! — посетовал Топану. — Заговорщики действовали чрезвычайно ловко, я даже не успел сообщить вам о чем-либо. Когда узнал о похищении, было слишком поздно.

— Что сейчас с заложниками? — вмешалась Патрисия. — Они живы? Что вы предпринимаете?

— К счастью, кризис разрешился. Сегодня утром наши войска получили приказ штурмовать убежище повстанцев. Всех заложников удалось спасти. Теперь они в полной безопасности. Он указал на брюнетку. — Это жена бригадира.

Все это время она держалась необычайно мужественно, что только можно…

— Мистер Топану! — вклинился в разговор кто-то еще. — Все разрешилось, как это здорово!

Топану извинился и повернулся к своему знакомому.

— Бедняжка, — сказала Патрисия, глядя на брюнетку. — Мне хотелось заговорить с ней, но я так и не собралась. — Она взглянула на Брайана и тут же поняла, почему он ее избегал. — Она напомнила тебе… Ох, прости!

Брайан взял ее за руку.

— Да, но это не значит, что она хотела позабавиться со мной. Нельзя предвзято относиться к людям. Надо быть внимательнее.

— Пока что мне не на что пожаловаться.

— Нет, ты слишком добра! — улыбнулся Брайан.

Топану поговорил со своим приятелем и вернулся к ним.

— Извините еще раз, старый знакомый, давно с ним не виделись. Так о чем мы говорили?

— О жене бригадира.

— Да, великолепная женщина! Я рад, что с ее мужем все в порядке. К счастью, и вы теперь, не опасаясь за свою безопасность, сможете посетить гробницу. Когда? Может, завтра утром? Вы увидите скульптуру, которая, уверен, вас поразит!

— Честно говоря, мистер Топану, — начала Патрисия, — мы уже…

— Мы уже посмотрели фотографии вещей, найденных при раскопках, — вмешался Брайан, — и остались в восхищении. Думаю, Патрисия предпочтет увидеть интерьер гробницы на фото. Не стоит зря рисковать. Зато первым же делом завтра мы отправимся в музей. Во сколько? В девять?

Топану поклонился.

— Отлично. Буду рад лично все вам показать.

Распрощавшись с Топану, Брайан подхватил Патрисию за руку и отвел ее в сторону.

— Не стоит рассказывать ему, как мы провели утро.

— Все равно я проболтаюсь!

Брайан покачал головой.

— Ту историю с пловцом ты держала при себе.

— Потому что это совсем другое. Но я не умею хранить тайны.

Он подошел к конторке портье. Патрисия была рядом.

— Значит, тебя не слишком сильно придется пытать, чтобы выведать, что задумала твоя сестрица?

— Как это — пытать?

— Прижигать пятки раскаленным утюгом.

Действует безотказно. — Казалось, Брайан говорит совершенно серьезно. — Да ты все равно ничего не знаешь, иначе давно проболталась бы.

Лицо Патрисии тут же приняло ярко-розовый цвет.

— Мисс Кромптон! — подошел к ним радушный портье. — Я уж начал беспокоиться. К вам гости?

— Гости? — машинально переспросила она, не сводя взгляда с лица Брайана.

Портье указал на мужчину и женщину, сидевших на диване.

— Вы просили их зайти, так они сказали. И решили подождать, хотя я не мог сообщить им, когда вы вернетесь.

— В любом случае, — Брайан повернулся и взглянул на посетителей, — я не хочу ничего знать.

— Но…

— Хватит. — Он прижал палец к ее губам. — Пойдем, побеседуем про сережки. Это гораздо интереснее.

Глава 10

— Довольна? — Брайан усмехнулся и взглянул на Патрисию. Совершила свой суточный минимум добрых дел? — Ювелир и его молодая жена только что ушли. Брайан запер за ними дверь и повернулся к Патрисии. Все-таки я выиграл. Это он делает серьги, а не она!

— Зато она знает английский и может переводить, — заметила Патрисия.

— Ладно, ладно, все равно я выиграл! Ты должна мне сто долларов!

— Не волнуйся, заплачу.

— Переведи их в какой-нибудь благотворительный фонд, которому доверяешь.

— Как благородно с твоей стороны!

— Или накорми меня на них обедом.

— Но мы же еще не завтракали, — напомнила ему Патрисия. Они посмотрели в сторону холла. Судя по доносившимся оттуда возгласам, праздник был в разгаре. — Я не расположена обедать в обществе посторонних. Закажем еду в номер?

— Идет.

— А я поеду к ткачам.

— У тебя коленка разбита и растяжение. Ты не сможешь вести машину.

— Зато ты сможешь. Ты же должен повсюду меня сопровождать, сам сказал. — Патрисия саркастически взглянула на него. — Или ты предпочел бы устроить себе послеобеденную сиесту?

— Неплохая мысль. В обществе девушки с разбитым коленом. — Патрисия покраснела как рак, и Брайан рассмеялся. — Надо же, я-то думал с тобой такая скукотища! Приведи себя в порядок, а я пока закажу нам что-нибудь поесть. На голодный желудок ходить по ботаническому саду мало радости.

— Нам еще надо забрать костюм у портного.

— Да, я и забыл. Отлично. Самое главное — пойти туда, где полно народу.

— Хочешь покрасоваться в толпе? — нахмурилась Патрисия.

— Просто нам нужно узнать друг друга получше, прежде чем… Пока мы не узнали друг друга совсем хорошо.

Патрисия побежала в душ. Однако закалывать волосы не стала и оделась весьма тщательно.

Настолько тщательно, что Брайан едва сдержался, чтобы не заключить ее в объятия, когда она появилась на веранде. Ее волосы были распущены, они почти касались талии, воротник белой рубашки подчеркивал белизну ее кожи, к тому же ногти на руках она покрыла лаком.

Еда тут же вылетела у него из головы, однако он еще был в состоянии сопротивляться искушению. Поэтому как настоящий джентльмен пригласил ее сесть за столик. Патрисия разложила на коленях салфетку, а Брайан попросил:

— Для начала расскажи мне о своем первом детском воспоминании.

Она подцепила вилкой салат из экзотических фруктов, попробовала и зажмурилась от удовольствия:

— Вот это деликатес! — Она нахмурилась и взглянула на него. — Похоже, ты и впрямь решил узнать меня получше.

— Я же сказал. У нас полное равноправие: сейчас я задал тебе вопрос, потом ты меня о чем-нибудь спросишь.

— О чем угодно?

— Только не о фирме.

Патрисия пожала плечами.

— Ладно, как скажешь. Первое, что я помню из детства, это как однажды мама пришла ко мне в спальню, чтобы поцеловать меня на ночь. Она склонилась надо мной. Помню, на ней было великолепное ожерелье, наверное из бриллиантов. Видимо, она шла на какую-то вечеринку. Я тут же сгребла ее за шею, ожерелье порвалось, бриллианты посыпались в разные стороны.

— Она, конечно, жутко рассердилась!

— Нет, представь себе. Она просто засмеялась и сказала: ты вся в меня!

— Тут она ошиблась.

— Пожалуй, нет. Нам обоим в жизни нужна любовь. Мы хотим знать, что небезразличны кому-то. Женщина дает секс, чтобы получить любовь.