Лайза Аппиньянези - Память и желание. Книга 2

Квартира Теда находилась в восточной части Гринич-виллидж – несколько сырых комнат, почти начисто лишенных мебели, если не считать многочисленных матрасов, подушек и ковров. В квартире грохотала музыка, покачивалось пламя толстых белых свечей, танцевали парочки, несколько дружеских компаний увлеченно беседовали о чем-то, сидя кружком. Катрин уловила в воздухе сладковатый запах марихуаны.

В последней из комнат было тихо. Тед декламировал стихи небольшому кругу слушателей. Катрин знала, что он увлекается поэзией, но никогда еще не слышала, чтобы Тед читал вслух собственные сочинения. Она присоединилась к аудитории. Тед буквально изрыгал гнев и ярость. Стихотворение было о шахтерах. Богатые, изобиловавшие метафорами строки. Шахта уподоблялась одному из дантовских кругов ада, потом лондонскому метро, потом душному лабиринту. Хорошие стихи, подумала Катрин. Очень даже хорошие.

Когда Тед закончил, она подошла и застенчиво сказала, что стихотворение ей очень понравилось. Тед обнял ее своими лапищами. От него пахло спиртным.

– Спасибо, детка. А где твой братец?

Катрин пожала плечами:

– Я пришла одна.

– Неужели?

Тед удивленно приподнял мохнатую бровь.

– Правда.

– А где твой бокал? На, – он сунул ей в руку стакан, налил красного вина. – Выпьем за поэзию и всякую прочую ерунду.

Они чокнулись, и Тед осушил свой стакан до дна.

– А сейчас ты увидишь, как танцуют поэты.

Он потянул Катрин в соседнюю комнату, исполнил целую пантомиму, качая бедрами и закатывая глаза, а потом признался, крепко обняв ее за плечи:

– Вообще-то танцор из меня никудышный. Вот Брайан по этой части мастак.

Он показал на одного из гостей, познакомил его с Катрин и велел им немедленно танцевать.

Брайан улыбнулся:

– Большой человек приказал – мы повинуемся.

Катрин танцевала долго. Партнеры сменялись, она даже не знала, как их зовут. Некоторые называли ее «хорошенькой цыпочкой», пытались хватать за разные места. Иногда она встречалась глазами с Тедом, который подмигивал ей и одобрительно кивал. Для него она по-прежнему оставалась ребенком! Катрин пыталась разыскать Лео, но того нигде не было видно. Она не видела брата с самого новогоднего приема. Внезапно Катрин неудержимо захотелось поговорить с братом, рассказать, что теперь она все знает.

Катрин отправилась бродить по окутанным табачным дымом комнатам. Повсюду стояли, сидели, лежали парочки. В одной из комнат было темно. Катрин хотела было пройти мимо, но внезапно услышала тихий стон. Приглядевшись, она увидела, что в углу сплелись два тела – Лео и Клаудиа.

Катрин вскрикнула, хотела потихоньку удалиться, но Клаудиа звонко рассмеялась:

– А вот и наша деточка-сестреночка. Папенькина дочка, будущая старая дева.

Она насмешливо взглянула на Катрин своими огромными синими глазами, расхохоталась, и, взяв Лео за волосы, повернула его лицом к двери.

– В следующий раз, Лео, когда тебе захочется воткнуть в меня свою штуковину, оставь, пожалуйста, ребенка дома.

Она поднялась, оттолкнула Катрин и вышла из комнаты.

Лео угрюмо смотрел на сестру.

– Извини, – прошептала она, а потом, не выдержав, выкрикнула: – Она совсем такая, как Сильви, правда?

Катрин посмотрела вслед вихляющей бедрами Клаудии с отвращением.

– А что в этом плохого? – накинулся на нее Лео. – Если бы ты была такая, как она, от тебя по крайней мере мухи бы не дохли.

Катрин застыла на месте, как громом пораженная.

– Ты и есть папочкина дочка! – раздраженно выкрикивал Лео. – Клаудиа совершенно права. Кстати, чтоб ты знала, наш любимый папаша был без ума от Сильви. Ты когда-нибудь видела их парижские фотографии? Наша мать была поразительно хороша, так что я Жакоба отлично понимаю. Они зачали меня, когда еще не были женаты. Наш папочка не утерпел.

Катрин почувствовала, что ее вот-вот стошнит. Еще одно открытие, почти такое же приятное, как предыдущее. Земля уходила у нее из-под ног. Катрин беспомощно смотрела на сердитое лицо брата.

Но ее молчание раззадорило его еще больше.

– Трахнул бы тебя кто-нибудь, что ли, – пробормотал он и вышел.

Вот и решение вопроса, подумала Катрин. Она свирепо направилась в самую большую комнату, налила себе большой бокал вина и залпом выпила. Неподалеку танцевали двое – Тед и Клаудиа. Повинуясь безотчетному порыву, Катрин ринулась к молодой женщине, оторвала ее от партнера и громко выкрикнула:

– Шлюха!

Потом размахнулась и влепила Клаудии пощечину.

Лео от изумления выронил стакан – никогда еще он не видел сестру в таком состоянии. Остолбенев, он наблюдал, как Клаудиа размахивается и рассекает рукой пустоту. Тед успел оттащить Катрин в сторону и поволок ее в соседнюю комнату.

– Успокой эту маленькую сучку, – прошипела Клаудиа, обернувшись к Лео.

Он, все еще не пришедший в себя, положил ей руку на плечо:

– Ничего, Тед сейчас прочитает ей лекцию.

Он от греха потащил Клаудию в другую сторону, а когда оглянулся, увидел, что Катрин решительно целует Теда в губы.

– Лео сказал, что меня нужно трахнуть, – объявила Катрин Теду, сосредоточенно глядя ему в глаза.

– И кто это должен сделать? Я?

Катрин прижалась к нему еще сильнее, стараясь вихлять бедрами точь-в-точь как Клаудиа.

– Что ж, у этого парня определенно есть вкус. – Тед смотрел на девушку с любопытством. – Ты уверена, сестренка? Ты раньше это когда-нибудь делала?

Катрин окрысилась:

– Я не ребенок! И никакая я тебе не сестренка! Я больше не сестренка, не дочурка – я женщина.

Тед погладил ее по волосам, вытащил из них гребенку.

– Трудно взрослеть, да? – прошептал он.

Она уткнулась лбом ему в плечо и какое-то время они танцевали молча.

Потом он спросил:

– Так делала ты это раньше или нет?

Катрин покачала головой, зарылась лицом еще глубже ему в рубашку.

– Нет, но хочу.

Он отвел ее в ту самую спальню, где накануне она видела Лео с Клаудией.

– Ты посиди здесь, как следует обдумай. – Он снова сунул ей в руку стакан вина. – А я постараюсь выпроводить всю эту публику.

Потрепав ее рукой по голове, Тед улыбнулся и вышел.

Катрин осмотрелась по сторонам. Очевидно, именно в этой комнате Тед проводил большую часть времени. В углу стоял небольшой письменный стол, заваленный книгами и бумагами. Катрин подошла поближе, увидела, что листы исписаны стихотворными строчками. Взяла в руки томик, раскрыла. «Сонеты» Шекспира. Перелистывая страницы, девушка отпила вина. Потом, вспомнив, зачем она здесь, сняла платье и легла в постель. Она зажмурила глаза, но сразу начала кружиться голова, и пришлось открыть их вновь. Катрин попыталась читать книжку, время тянулось медленно. Постепенно шум голосов стих. Затем в дверях появился Тед. Когда она смотрела на него снизу вверх, он казался настоящим гигантом.