Ирина Быстрова - Всему свое время

– Не за что, – ответила она.

– Я оставлю вам свои телефоны. – Адвокат полез во внутренний карман пиджака. – Вот, – протянул мне визитку, – звоните, если что.

– Ладно.

– А вообще, я не завидую вашей подруге.

– В каком это смысле? – встряла Светка.

– Он собирается оставить ее без ничего. – Адвокат развел руками.

– С вашей помощью, – тихо сказала я.

– Не суть, – адвокат глянул мне прямо в глаза, – с чьей. У него для этого есть все возможности. Им лучше помириться. Он готов. Но ждать долго не намерен. Две недели. Максимум месяц. Имейте это в виду.

Мы проводили его до дверей.

– Всего хорошего. – Адвокат отвесил нам прощальный поклон.

– До свидания, – кивнула я.

– Пока, – махнула рукой из-за моей спины Светка.

Он вышел, дождался лифта, еще раз кивнул нам на прощание и вошел в кабину. Двери мягко закрылись за ним, и кабина поехала вниз.

– Адвокатов у нас еще не было, – почему-то шепотом сказала Светка.

– В каком это смысле?

– Придется соблазнить его. – Светка задумчиво смотрела на закрытые двери лифта.

– Ты что? – Я покрутила пальцем у виска.

– Это ответственное и, возможно, опасное поручение, – с пафосом заговорила Светка, – возлагается, Ирэн, на тебя, – положила мне руку на плечо.

– Эй, эй, тормози. – Я стряхнула ее руку. – Что это тебе в голову пришло?

– Симпатичный? – Светка кивнула. – Симпатичный. В твоем вкусе? В твоем. Опять же явно сделал стойку на тебя. Значит, будет несложно…

– Для чего? – Я пощелкала у нее перед носом пальцами.

– Будет на нашей стороне, – пояснила Светка. – Он уже представляет собой колеблющуюся массу. Слышала же, как он о Петюне… Вот. Из этого надо извлечь пользу.

– Через «соблазнить»? – фыркнула я.

– Всегда, всегда, – учительским тоном сказала Светка, – важные вопросы решались через…

– Так, – разозлилась я, – дальше не надо. И вообще, что это мы тут стоим? Давай-ка…

Я подтолкнула Светку к двери в квартиру. Она вошла внутрь, я следом, повернулась, чтобы запереть дверь…

– Ой, – услышали мы тихий голос, – Ирка, не закрывай, пожалуйста…

Что это? Я замерла. Светка тоже. Я потянула на себя дверь и выглянула на лестничную площадку.

С шестого этажа, волоча за собой туго набитую темно-вишневую сумку, спускалась Маруся. Бледная, с темными кругами под глазами, но Маруся.

– Вот блин! – выдохнула за моей спиной Светка.

Маруся

– Подождите, пожалуйста! – крикнула я и, подхватив сумку, устремилась к лифту.

Дверцы лифта сомкнулись, и лифт поехал вверх.

Не успела. Конечно, с такой-то сумой. Я поставила ее на пол и посмотрела на руку. Красный рубец пересекал ладонь. Тяжеленная. Вроде ничего в ней и нет, а весит, как будто я все тома Большой Советской энциклопедии туда напихала. Глянула на световое табло. Четвертый, пятый… Не буду ждать. Подумаешь, всего лишь на пятый этаж подняться. Пусть даже с неподъемной сумкой. Не в первый раз, в конце концов. Может, попробовать левой рукой? Я наклонилась и взялась за ручки. Выпрямилась. Вроде нормально. Дотащу.

Когда я отдыхала на третьем этаже, лифт заскользил вниз. Я услышала, как он достиг первого этажа, дверцы открылись, кто-то вошел в него и поехал вверх. Можно было, конечно, перехватить, но вдруг там полная кабина? И куда я полезу со своей сумищей? «Незачем суетиться», – решила я и поволокла свою поклажу выше. Лифт, миновав меня, остановился где-то рядом, этаже на шестом, а может, даже и на пятом. Я перевела дух.

– Это квартира Зарубиной Ирины? – услышала мужской голос.

Я остановилась. К Ирке кто-то пришел. Незнакомец. Иначе не спрашивал бы так официально. Ирка ответила что-то из-за двери.

– Не могли бы вы открыть дверь? – очень вежливо попросил мужчина.

Я не видела его со своего четвертого этажа, но мне представилось, что он высок, строен и одет в такой, знаете ли, элегантный костюм в полосочку.

Ирка опять что-то произнесла. Я могла лишь слышать звук ее голоса, но слов разобрать не удавалось. Похоже, открывать не собиралась. Значит, она мужика этого не знает. Лучше переждать. Я осторожно поставила сумку на пол, стараясь не производить лишних звуков, и прислушалась.

– Нам надо поговорить, – продолжал незнакомец.

И через пару секунд:

– Меня зовут Олег Белов.

Олег. Да, имя вполне гармонировало с костюмом в полосочку.

– И я адвокат господина Рогова.

Что?! Сердце ухнуло в ноги, в голове застучали молоточки. Петя? Адвокат? Какой адвокат? Зачем адвокат?

– Могу показать бумаги. – Адвокат щелкнул замком портфеля.

Я почувствовала, как предательский чох подкрадывается к моему носу. Я всегда чихаю, когда разволнуюсь. Страшно смущаюсь при этом и постоянно ищу в журналах всякие советы о том, как избежать чоха. Нашла, кстати, один чудесный способ. Прочитала где-то в газете. Когда почувствуешь, что вот-вот чихнешь, нужно пощекотать кончиком языка верхнее небо, и все пройдет. Не знаю, в чем там фокус, но проходит на самом деле. Я усиленно завертела языком.

Ирка открыла дверь и весьма официально произнесла:

– Давайте ваши верительные грамоты.

Зашуршала бумага. Ирка, видимо, читала то, что подал ей адвокат. А потом…

– Развод? Петя что, с дуба рухнул?

Развод? Как развод? В глазах неожиданно потемнело. Я прислонилась к стене.

Адвокат что-то ответил, я не расслышала, что именно – уши заложило. Мелькнула мысль, что надо бы отлепиться от стены и сказать, что я здесь. Но тут же на смену ей пришел жуткий страх – а ну как выйдет еще хуже? Пока я соображала, что делать, адвокат вошел в Иркину квартиру, дверь захлопнулась, и в подъезде стало тихо.

Я потерла лоб, помассировала уши. Немножко отпустило. Лучше пережду. Он уйдет, и тогда уж… А если он не станет ждать лифта и пойдет пешком? Я испуганно подхватила сумку и огляделась. Спрятаться на лестничной площадке было негде. Не к мусоропроводу же идти. Мне там плохо станет, как пить дать, – я ужасно брезглива. Как там в фильмах? Обычно поднимаются на этаж выше. Я схватила сумку и побежала вверх по ступенькам. Даже не заметила, как оказалась на шестом. Вот что значит критическая ситуация: такие в тебе открываются резервы – что самой удивительно.

Я присела на ступеньки и задумалась. Развод. Не может быть! Почему? Так быстро? Ведь прошло всего пять дней с того момента, как…

С тою момента, как я, расколотив вдребезги итальянский сервиз, ушла из дома. Мне некуда было идти. Только к Ларисе.

– Ушла? – поразилась она. – А что случилось? Я думала, у вас все хорошо.

Все так думали. Я же никому не рассказывала. Да и потом, сама так думала. Что у нас все хорошо.

– У него женщина, – сказала я Ларисе.