Кей Грегори - Невесты Шерраби

Он никогда не хотел получить Эмму навечно.

Или хотел? Неужели он стал еще большим дураком, чем был в Шотландии?

Со стены на него насмешливо смотрел какой-то предок рода Себастьянов.

— Чего тебе, старый козел? — яростно прошипел Зак. — Ты не делал предложение женщине, на которой не хочешь жениться, и не получал отказа!

Предок продолжал смеяться. Зак шарахнул кулаком в стену, ушиб костяшки, ссутулился и пошел в сад, чтобы присоединиться к пирующим.

Идя через газон, Кент споткнулся о шланг, задержался и посмотрел на него с тоской. Полить бы их всех как следует…

И себя заодно.

Эмма рывком очнулась от глубокого сна без сновидений и часто заморгала.

— Ммм… — промычала она. — Что за…

— Это я, — раздался жизнерадостный голосок Джейми. — Миссис Ли сказала, чтобы я принес тебе чашку.

— Ох, спасибо. — Перевернувшись на спину, Эмма увидела, что цветастые шторы раздвинуты и ее маленькую спальню заливает беспощадный солнечный свет. Рядом с кроватью стояла нечеткая маленькая фигурка и криво держала чашку с блюдцем.

Эмма потянулась за очками.

— Лучше поставь, — сказала она, указывая на тумбочку красного дерева. — Сколько времени?

— Кажется, десять. — Все-таки немного чая с молоком выплеснулось на блюдце. — Миссис Ли сказала, что ты, наверное, захочешь встать до того, как мистер Кент уедет в Лондон. Но ведь ты не хочешь, правда?

— Чего не хочу? — После вчерашнего Эмма была не в лучшей форме. Возбуждение, напряжение и отчаяние, за которыми последовало несколько часов, когда она лежала без сна и смотрела на луну, сделали свое дело.

— Не хочешь видеть мистера Кента, — объяснил Джейми. — Он ужасно злой. Не разрешил мне играть в доме на барабане и накричал на Рипа за то, что тот ел "Таймс".

— Он не нарочно. — Эмма инстинктивно принялась защищать Зака. — Просто он такой человек.

— Что, всегда? — ужаснулся Джейми.

— Нет, не всегда. Временами. Особенно когда я рядом.

— Как папа Крисси? Он тоже всегда злится, когда я рядом.

Эмма улыбнулась, села и взяла чашку.

— Примерно. Но на тебя, Джейми, Зак не злится. Когда он уезжает в Лондон?

Мальчик пожал плечами.

— Не знаю. Миссис Ли сказала, скоро.

Конечно, после вчерашнего Заку хотелось уехать как можно скорее. Он и остался-то только потому, что Энни заранее приготовила ему комнату.

После встречи в библиотеке Зак избегал ее как чумы. То же самое было на Лонг-Айленде. Едва Кент заявил, что их короткая связь кончилась, как Эмма только его и видела.

Девушка сделала глоток. Может, Зак боялся, что она передумает и примет его предложение? Если так, то напрасно. Эмма знала, что он не хотел и не собирался жениться на ней. Но Саймон сказал, что он обязан это сделать, и Зак с опозданием вспомнил, что он все-таки джентльмен (хотя таковым себя не считал).

Однако избежать ее Заку не удалось. Вспомнив об этом, Эмма со стуком поставила чашку на блюдце.

В конце дня все гости (за исключением одного) собрались у парадного крыльца, чтобы попрощаться с молодоженами, отправлявшимися в свадебное путешествие. Ослепленные градом конфетти и риса, Зак и Эмма неожиданно столкнулись нос к носу.

Возбужденные гости ужасно толкались, и Заку пришлось придерживать Эмму за плечо. Когда трепещущая девушка подняла глаза, он удивил ее, спросив:

— Ты веришь, что эти двое действительно счастливы вместе? — Его голос был таким мрачным, что Эмма рассмеялась бы, если бы ей не хотелось плакать.

— Да, — ответила она, — верю. — В глубине души она думала, что Саймон выглядит скорее удовлетворенным, чем счастливым, а Оливия — слишком оживленной, как всегда бывает, когда человек колеблется между смехом и слезами.

— По крайней мере, они не строят иллюзий, — пробормотал Зак, избегая смотреть ей в глаза.

— Нет. Не строят. И я тоже больше не строю. — Она отвернулась и сделала шаг в сторону.

— Эмма… — Кент поймал ее за руку. — Не смей!

— Что я не должна сметь?

— Не уходи.

— Почему это? — ощетинилась она. — Я ничего… — Она осеклась, потому что к ним величаво подплывала Селия Камерон, длинный нос которой за версту чуял неприятности.

— Какой стыд, что твои отец и мать не смогли сегодня быть с нами, Эмма, — сказала она. — Ужасно досадно.

— Да, — согласилась Эмма. — Они надеялись, но папа все еще в Японии, а мама без него никуда не ездит.

— Ах, вот что… Ну ничего, моя милая. Мы рады, что хотя бы у тебя нет дел в других частях света.

— Дайте срок, — пробормотал Зак.

С застывшей улыбкой, вонзив в ладони розовые ноготки, Эмма повернулась к нему спиной и сделала несколько шагов к дому. Нельзя, невозможно было позволить Заку разозлить ее до такой степени, чтобы она испортила Саймону свадьбу. Достаточно и того, что Джералда, нахлеставшегося шампанского, рвало за розовым кустом.

Но спастись бегством она не успела. Позади раздался пронзительный голос Селии:

— Эмма! Эмма, не уходи! Оливия собирается бросать свой букет!

Эмма неохотно вернулась.

Перед ней вырос лес рук, и девушка недоуменно захлопала глазами. Когда в нее полетела связка белых роз и красных гвоздик, она не сделала попытки поймать цветы. Но букет угодил ей прямо в руку, поднятую, чтобы прикрыть лицо, и она инстинктивно схватила его.

Эмма пыталась улыбаться и казаться довольной, но, когда она понюхала розы, те уже почти не пахли, а пламенно-алые гвоздики в тумане казались просто розовыми.

Девушка поняла, что туман стоит только у нее в глазах, лишь когда Казинс увез новобрачных на "роллсе". На Эмму никто не смотрел; воспользовавшись этим, она улизнула к себе в спальню.

К тому времени, когда она снова спустилась, Селия с помощью миссис Ли и нанятой прислуги уничтожила почти все следы шумного веселья и Шерраби вновь стал тихим и мирным сельским особняком, который она называла домом.

Но мир оказался обманчивым.

Убежденная, что Зак продолжает дуться в библиотеке, Эмма прошла в гостиную, рассчитывая найти там Селию. Однако в гостиной никого не было. Она была готова уйти, но вдруг услышала какой-то звук, напоминавший негромкое урчание. В тот же миг ее чуткий нос уловил запах перегара. Оглядев комнату, она заметила лежавшую поперек дивана темную фигуру. Зак? Девушка осторожно двинулась вперед. Фигура немедленно захрапела.

Это был не Зак, а вдребезги пьяный Джералд.

Когда Эмма повернулась и хотела выйти на цыпочках, он поднял руку и схватил ее за подол.

— Отпусти, Джералд, — бросила она. — Я не из твоих подозрительных дам.

— Мои дамы не подозрительные, — пробормотал Джералд, охрипший от сна и перепоя, — и ва-аще не дамы. — Он икнул. — Но это все равно, если они богаты. Вроде тебя. Как насчет того, чтобы дать мне взаймы, Эм?