Джастин Валенти - Две пары

В следующий миг Доминик уже склонился над ней, объясняя встревоженной партнерше Джоанны, что он доктор. Измерив Джоанне пульс, он нахмурился и послушал ей сердце.

Через минуту она открыла глаза.

– Я в порядке, честное слово. Просто голова закружилась, – слабо вымолвила Джоанна и настояла на том, чтобы подняться, хотя Доминик рекомендовал ей немного полежать.

Он усадил ее на стул и принес стакан воды.

– Когда вы в последний раз были у врача, Джоанна? – спросил он со смешанным чувством тревоги и сострадания.

– Не помню.

– Сходите к нему как можно быстрее.

– По-вашему, это что-то серьезное? – Джоанна думала о том, понял ли Доминик, что она беременна, или нет.

– Нет, не думаю. Но рисковать все же не стоит, – улыбнулся он. – В любом случае пока следует воздержаться от посещения теннисного корта.

– Я испортила вам игру. Извините.

– Не говорите глупостей. Послушайте, давайте я отвезу вас домой. Ночью выспитесь как следует, а завтра утром будете в полном порядке. Считайте здоровый сон моим профессиональным советом.

Холодок пробежал по спине у Джоанны, когда она вспомнила, что именно беспокоило ее в отношении Доминика.

– Все будет в порядке, – заверила она его и поспешила прочь.

– Джоанна, позвольте мне хотя бы вызвать вам такси. Я просто настаиваю.

– Мне нужно переодеться.

– Хорошо. Я буду ждать вас у выхода.

В раздевалке Джоанну стал бить странный озноб, и она закусила губу, чтобы совладать с собой. Она думала о Люде, о том, как он обрадуется, когда она ему скажет. Теперь у нее не было сомнений в том, что она беременна. Она падала в обморок единственный раз в жизни, и именно в таком состоянии.

Доминик стоял на тротуаре перед клубом в теннисном костюме и безуспешно пытался поймать такси.

– Черт бы побрал этих таксистов! Куда они все запропастились! – в отчаянии воскликнул он, перехватив взгляд Джоанны и смущенно улыбнувшись. – Я знаю, что выгляжу смешным. Похож на победителя Уимблдона, который пытается сбежать от журналистов.

– Я признательна вам за заботу, но справлюсь сама. А вы возвращайтесь на корт. Я прекрасно себя чувствую и в состоянии поймать такси. – Она виновато коснулась его руки.

– Нет, дорогая моя, об этом и речи быть не может. Я не допущу, чтобы потом говорили, будто я бросил даму в беде.

Подъехала машина, и Доминик широким жестом распахнул перед Джоанной дверцу.

– Спасибо, – пробормотала она, садясь в такси.

Прежде чем закрыть дверцу, Доминик слегка коснулся ее щеки. Джоанна откинулась на спинку сиденья и вспомнила другой случай, когда Доминик не пришел на помощь «даме в беде».

Когда Джоанна забеременела в третий раз, она захотела сменить доктора. Надин порекомендовала ей Доминика Грэма.

– Он просто великолепен. Конечно, это недешево, но в больнице Святой Анны прекрасные условия для родов.

– Наверное, так и есть, Надин. Но я не могу относиться к Доминику как к врачу. Я часто встречала его с женой на вечеринках у Эбби.

– Ну и что? Эбби, кстати, мне его и рекомендовала.

– Это большая разница. Ты не была с ним знакома раньше, не встречалась в обществе.

– Зато теперь встречаюсь. Мы с ним друзья, я называю его по имени. Кстати, он был у меня на последнем обеде. Ты должна его помнить.

– Нет. А когда это было?

– Наверное, вы с Беном были в то время в отпуске, – задумавшись на мгновение, ответила Надин. – Я приглашала Эбби с ее парнем, Доминика с Алексис и еще одну пару. Уже не помню, кого именно. В любом случае готова поручиться, что Доминик потрясающий доктор. Обходительный, знающий, всегда готовый помочь. – Пока Надин говорила, двухлетняя Кейт пыталась вскарабкаться на колени к матери.

– Хорошо, – сдалась Джоанна. – Наверное, мне все же следует обратиться к нему. Дини, как бы мне хотелось родить ребенка!

– Родишь, Джен. Доминик об этом позаботится, – отозвалась Надин, передавая дочь на руки сестре.

Джоанна записалась на прием к Доминику. У дверей его кабинета она заметила бедно одетую супружескую чету, по-видимому, испанцев. Они чувствовали себя среди состоятельных клиентов Доминика совершенно спокойно.

Когда подошла очередь Джоанны и ее ввели в кабинет доктора Грэма, он остолбенел от неожиданности.

– Я сестра Надин Баррет, – сказала она, чувствуя себя неловко.

– Да, конечно. Я хорошо помню вас, Джоанна. Просто я не знал, что вы и есть миссис Бен Мэгид. Прошу вас, садитесь. – Он указал на кресло. – Чем могу служить?

– Дело в том, что я беременна. За последние четыре года у меня было два выкидыша. Без каких бы то ни было видимых причин, – объяснила она и упомянула еще о некоторых деталях.

Доктор Грэм не показался ей ни внимательным, ни чутким, хотя Надин отзывалась о нем именно таким образом. Он как будто вообще ее не слушал.

– Я вынужден прервать вас, Джоанна. К сожалению, я в настоящий момент не беру новых пациенток с беременностью. Если речь идет об осмотре и каких-то рекомендациях, то я готов помочь. Но вести вас до самых родов я не смогу. У меня и так слишком много пациентов, особенно теперь, когда я стал заведующим отделением в клинике. – Он улыбнулся. – Извините, мне очень жаль. Но я могу порекомендовать вам прекрасного акушера.

Джоанна осталась сидеть без движения, чувствуя, как кровь прихлынула к ее лицу. Доминик заполнял бланк приема пациента, а Джоанна обиженно разглядывала его. Он принял Надин, но отказал ей. У него огромное количество пациентов в клинике, вряд ли еще одна беременная женщина так уж серьезно изменит ситуацию.

Выйдя из кабинета, Джоанна швырнула направление к акушеру в корзину для мусора. Она сама найдет доктора.

Джоанна остановила свой выбор на очень опытном пожилом человеке с огромным стажем работы в родильных домах. Но все было напрасно: он не спас ее от очередного выкидыша.

Однако с тех пор Джоанна не могла избавиться от мысли, что если бы Доминик стал ее лечащим врачом, она благополучно родила бы. И теперь у нее, как и у Надин, был бы свой ребенок.

На следующее утро после своего падения в обморок на теннисном корте Джоанна ждала в приемной своего нового доктора и думала о том, что за давностью времени пора перестать винить Доминика за то, что он тогда отказал ей в медицинской помощи. Без сомнения, причины его отказа были истинно весомыми, а она просто погорячилась ввиду серьезности своего положения и решила, что он отдает предпочтение сестре.

Джоанна обратилась к доктору Теодору Хэллорану, которого порекомендовала ей коллега из «Омеги». Хэллоран казался моложе своих лет, потому что носил огненно-рыжую бороду и пышную шевелюру такого же цвета. Казалось, что его познаниям в этой области нет предела. Он охотно отвечал на все вопросы Джоанны, относясь к ней как к разумному человеку, который в состоянии правильно оценить процессы, протекающие в его организме.